Удержаться на краю - Алла Полянская

– Я думаю, что они все со сдвинутой психикой. – Виктор наблюдает за Бруно. – Хороший пес, умница просто. Как он ее! Да, я думаю, что они обе сумасшедшие, такие вещи ни для кого бесследно не проходят. Хотя экспертиза признает их вменяемыми. Мегера эта деньги зятю давала на раскрутку бизнеса, средства-то у нее были, она в квартире по привычке жила, а дача в Привольном большая. Там один участок на много тысяч зеленых тянет. Мужик этот неплохой и, скорее всего, знать ничего не знал. Ну, хоть пацан при нем останется. Ладно, пора все оформлять. Я в допросную, пообщаюсь с убийцей, она хорошо на меня реагирует. Люба, понаблюдаешь?

– Нет, мы домой. – Люба поднялась. – Там Леонид с суток придет. Дядя Андрей, забыла тебе сказать. Я замуж выхожу за Леонида, и вы все приглашены на свадьбу, дату сообщу дополнительно. Идем, Бруно.

Люба поднялась и вышла, пес последовал за ней.

Офицеры ошеломленно переглянулись и захохотали.

– Вот ведь характер! – Реутов покрутил головой: – Ну, кремень! Бедный Ленька, не знает, с кем связывается. Ну, зато мамаша его вздохнет спокойно – пристроила сына в хорошие руки.

– Ладно, давайте закончим – и по домам. – Бережной сложил папки стопкой. – Объединяем дело, и все. Что там с мамашей?

– Бруно ее помял, но через недельку говорить сможет. – Реутов тоже поднялся. – Спать хочу – сил нет. Все, давайте оформим первичные протоколы, и я хочу избавиться от этого дела.

Все молча согласились.

* * *

– Денис, подай мне перец. – Диана всегда сама готовит мясо для пикников. – Все, можно жарить. Люба, там в холодильнике еще кастрюля, неси.

Перед домом уже поставлен мангал, в котором краснеют угли, и Реутов с удовольствием наблюдает через окно, как Аленка с Женькой ведут за руки его маленькую Катюшку. Та семенит ножками, стараясь поспеть за друзьями, и по ее радостно улыбающейся мордашке видно, что она очень довольна.

– Народу все прибавляется. – Реутов улыбнулся. – Это ж сегодня и Милана придет, Женька очень ждет Бруно.

– Ох, не напоминай мне… – Подошедшая Люба вздохнула: – Когда Мила забрала Стаю, Женька так плакал! И не хочет другую собаку и кота тоже. Пришлось нам почти каждый день Миле надоедать, потому что Женька очень скучал, и Бруно тоже. А тут у Милы с Георгием вроде бы что-то начало получаться… и мы им мешали.

– Думаю, они тебя не стесняются. – Реутов засмеялся. – Лень, помоги мне.

Леонид подхватил огромную кастрюлю с мясом, и они с Реутовым потащили ее к столу, стоящему у мангала. Люба достала телефон и начала просматривать какие-то документы.

– Как вам живется? – Диана собирается растормошить Любу во что бы то ни стало. – Молодожены все-таки.

– Нормально. – Она покосилась на Диану. – Словно мы живем вот так уже лет сто. Ну, вы же знаете, что мы переехали, купили дом. Надины картины почти все были раскуплены в частные коллекции, хотя некоторые более-менее нормальные я оставила для Женьки, чтоб он знал – у него была тетка. Она бы, наверное, хотела этого. Но от основной массы картин я избавилась, все-таки это ужасный ужас, хоть и талантливый.

– Ну и правильно. – Диана достала из холодильника кастрюлю с компотом. – Помоги мне перелить…

Они переливают компот в кувшины, а за окном слышны разговоры, детский визг, щебет птиц.

– Женька очень скучает по своим друзьям, прикипел к ним всем сердцем. Я ему предлагала взять собаку и кота, но он не хочет других, ему нужны эти, и это его принципиальная позиция, вредина ужасный, если что вбил в голову – все, не сдвинешь!

– А, ну да, ему же не в кого было пойти. – Диана смеется. – Люба, развеселись, все же отлично!

– Да. – Она смотрит в окно, как Реутов и его красотка-жена нанизывают на стальные шпажки мясо для шашлыков. – Просто с отцом все паршиво… нет, я не удивлена, что Татьяна так поступила. Она вообще на все способна. А отец… даже не извинился. В общем, мы с ним чужие люди.

– Ну и бог с ним вовсе. А негодяек этих упрятали так, что уж больше не выйдут. Вон, гляди, Мила приехала, Женька с Бруно обнимается. Идем, поздороваемся.

Бруно радостно бросился к Любе. Он скучает по этой части своей Стаи и не понимает, почему нельзя жить всем вместе. Зато можно видеться, и тогда радость от встречи переполняет сердце.

– Бруно! – Женька обнимает приятеля. – Я тебя так люблю, ты же мой самый лучший друг!

– Ну, тогда я не знаю, что делать. – Мила и Георгий несут большую коробку. – Иди сюда, Жень.

Подошел не только Женька – все дети сгрудились около коробки, и взрослые тоже подтянулись.

– Вот, смотри. – Мила открыла коробку, где оказался щенок ротвейлера и мордатый рыжий котенок. – Тебе придется о них заботиться.

– Нет. – Женька отошел от коробки и надулся: – Друзей не предают.

– Так ты дружи с Бруно. – Мила присела и заглянула ему в глаза. – Но понимаешь, какое дело. Вот этот щенок – сын Бруно. И он будет только рад, если ты позаботишься о его сыне, ведь он еще совсем маленький. А котенок – сын Декстера. Ты думаешь, я где-то взяла их и сейчас тебя обманываю? Так вот чтоб ты знал, у меня есть документы, смотри – все же написано.

Мила протянула Женьке глянцевые бланки с родословными.

– Читай, ты же умеешь? Вот, смотри, указано, кто отец, видишь? Бруно!

Женька недоверчиво покосился на Милу и взял документы.

– Если ты не хочешь, я заберу. – Аленка уже схватила на руки котенка. – Мама, можно?

– Нет. – Диана нахмурилась: – В принципе можно, но именно этого котенка – нет. Он для Жени.

Аленка с сожалением вернула рыжий пушистый комок в коробку:

– Везет же некоторым…

Котенок зашипел и спрятался за щенка.

– Ладно. – Женька по буквам внимательно прочитал документы и присел рядом с коробкой. – Но Бруно и Декстер все равно главнее.

– Конечно, кто же спорит!

Женька и Бруно наклонились к коробке, пес обнюхал щенка, а потом котенка, который снова зашипел на него. Такой же высокомерный и недоверчивый, как Декстер. И пахнет так же.

Стая снова увеличилась.

Бруно и Женька понимающе переглянулись. Что ж, большая Стая – сильная Стая.