Застенчивый убийца - Лейф Г. В. Перссон

– Я очень рад наконец встретиться с тобой, Ларс Мартин, – сказал его новый источник информации, улыбнулся, обнажив белые зубы, и протянул загорелую жилистую руку. – Крестница моей супруги тоже полицейский, а ее сожитель когда-то работал с тобой, и я слышал немало историй о тебе. Меня зовут Карл, друзья называют Калле, и я очень рад возможности отобедать с тобой.

«Отобедать со мной. Это все объясняет», – подумал Юханссон и скосился на Альфа, который, судя по его виду, был занят какими-то своими мыслями.

– Спасибо, Калле, – сказал Ларс Мартин Юханссон и дружелюбно похлопал нового знакомого по плечу, поскольку его правая рука еще не годилась для рукопожатий, а дотошный зять наверняка рассказал о случившемся. – Друзья называют меня Ларсом. А твоя крестница… – продолжил Юханссон, в то время как не без труда сел и прислонил костыль к стулу, одновременно заметив, как официант поспешил к нему на помощь. – Твоя крестница, как ее зовут?

– Сузанна Сёдерхьельм, – сказал его новый друг. – Работала у тебя в те времена, когда ты возглавлял Государственную криминальную полицию. Сейчас сошлась с твоим ближайшим помощником в ту пору, интендантом Викландером. Но это тебе, пожалуй, известно?

«Значит, они в конце концов сошлись? Самое время, – подумал Юханссон. – Мир тесен. Надо позвонить Викландеру. Мы ведь почти не разговаривали с тех пор, как я ушел».

– Два просто замечательных сотрудника, – объяснил Юханссон. – Очень компетентные.

– При таком-то руководителе разве могло быть иначе? – с улыбкой сказал Калле. – Альф и я заказали себе холодного пива, еще ведь лето, но, если ты предпочитаешь что-то другое, я могу присоединиться. Сам я подумывал взять сухой мартини в качестве аперитива.

– Звучит хорошо, – одобрил Юханссон и кивнул в знак подтверждения официанту, у которого хватило такта не пытаться убрать в сторону его костыль.

– Тогда, значит, между нами полное согласие, – сказал хозяин застолья. – И я попрошу принести еще одно холодное пиво и два по-настоящему холодных коктейля по моему собственному рецепту. Только осторожно с мартини. Очень осторожно. Достаточно, если ты время от времени будешь подходить с бутылкой.

– Естественно, директор Бломквист. – Официант слегка поклонился. – И когда вы будете готовы сделать основной заказ, скажите.

«Калле Бломквист», – подумал Юханссон. Много значившее для него имя, поскольку оно повлияло как на его выбор профессии, так и на образ жизни в ту далекую пору, когда он еще бегал в коротких штанишках и с постоянно разбитыми коленями в родительской усадьбе в северном Одалене.

Полчаса спустя, когда мартини был выпит и они расправлялись каждый со своей порцией закусок, новый друг Юханссона перешел к делу.

– Твой зять рассказал мне, что на тебя вышел Стаффан Нильссон, – сказал Калле. – Насколько я понял, он предложил тебе поучаствовать деньгами в каком-то проекте, связанном с недвижимостью в Таиланде.

– Я никогда не встречался с Нильссоном, – уточнил Юханссон и покачал головой, посыпая зеленым луком филе селедки, блестевшее от жира и очень аппетитно выглядевшее рядом с желто-белой молодой картошкой. – Сей господин направил мне массу материалов, – продолжил он. – Мой брат Эверт попросил меня заняться этим делом. Я ведь сижу в правлении нашей семейной риелторской фирмы, а у него самого нет времени. Речь идет о квартирах и домах, с полным и долевым владением, с общим сервисным центром, отелях, ресторане, персонале и так далее, в Као-Лаке в Таиланде. Сам я даже не знаю, где это находится. Весь проект выливается в пару сотен миллионов, куда мы могли бы войти с десятью процентами, – сказал Юханссон непринужденно, поскольку после визита на лечебную физкультуру потратил полчаса на изучение бумаг в папке, которую Гунсан дала его лучшему другу.

– На твоем месте я был бы очень осторожен с этим человеком, – сказал господин с именем книжного детектива. И подчеркнул свои слова, покачав головой и подняв вилку с селедкой в предостерегающем жесте.

– Расскажи подробнее, – попросил Юханссон.

Новый знакомый просто хотел предостеречь Юханссона, даже не имея понятия о проекте, куда Юханссону и его брату предложили вложить деньги. Сам он вдобавок продал всю свою недвижимость в Таиланде несколько лет назад, сразу после цунами, и сегодня посещал эту страну только в качестве туриста в компании жены, своих детей и внуков. У него остался лишь дом к северу от Као-Лака, где они и останавливались. Фантастическая страна, фантастический климат, фантастический народ, но все равно предостеречь стоило. Стаффан Нильссон, или Стаффан Леандер Нильссон, или Стаффан Леандер, как он также называет себя, не тот человек, с кем делают дела, и это совершенно независимо от всего прочего.

– Вот как, – сказал Юханссон. – И в чем проблема? Опиши его. Как я уже говорил, мне никогда не приходилось с ним встречаться и даже разговаривать по телефону.

– Ленивый, некомпетентный и нечист на руку, – сообщил его новый знакомый. – Такие, как Нильссон, просто омерзительны сами по себе.

– Вот как, – повторил Юханссон.

В середине восьмидесятых директор Карл Бломквист вложил приличную сумму денег, заработанных на шведской бирже годом ранее, в покупку акций гостиничного комплекса на восточном побережье Таиланда. В бухте на острове Самуй, на не освоенной в те времена девственно-красивой территории, в экзотическом месте, которое трудно представить себе принадлежавшим шведу. Вдобавок на базе новой концепции, нацеленной в первую очередь на семьи с детьми. Представителей среднего класса, не слишком молодых, кого интересует солнце и тепло, тишина и покой, хорошая еда с легким налетом экзотики и не слишком большим количеством специй, один или другой коктейль с зонтиком, выпитый вместе с супругой, пока их отпрыски находятся под присмотром специально обученного персонала.

– Без толп двадцатилетних с их шумными развлечениями: дискотеками и барами, проститутками – и всего того, с чем, к сожалению, по-прежнему ассоциируются туристические поездки в Таиланд, – сказал Карл Бломквист, выливая коричневый соус на только что принесенное официантом мясо.

– Как Стаффан Нильссон попал на этот проект? – поинтересовался Юханссон, в сомнении ковырнув вилкой антрекот с хреном, за который ему, пожалуй, не стоило браться.

– Нам с моим компаньоном требовались инвесторы. Мы не хотели тянуть весь проект сами. И банк помог нам. Именно они, я работал с СЕ-банком в то время, прислали молодого Нильссона. Я говорю молодого, поскольку он ведь был на двадцать с лишним лет моложе меня и моего партнера. Ему тогда еще не исполнилось и тридцати, если я правильно помню.

С определенным шармом, приятный. Деньги у него тоже имелись. Собирался вложить пару миллионов, доставшихся ему в наследство от матери.

Мы, к сожалению, поддались на уговоры и взяли его в нашу компанию, – продолжил Карл Бломквист и вздохнул.

– Печально, – согласился Юханссон.

– Как ни прискорбно, но мы совершили еще большую ошибку.