Время легенд - Норма Бейшир

Они были на вражеской территории и остро ощущали это.

Вашингтон, округ Колумбия, пятница, 11 апреля, полдень

Члены Совета национальной безопасности собрались в Овальном кабинете на встречу с президентом Рейганом. К их удивлению, вице-президента Буша и министра обороны Уайнбергера не оказалось — оба были в заграничных командировках. Один из членов Совета выразил озабоченность по поводу возможности проведения военной акции против Ливии, директор ЦРУ Уильям Кейси прямо заявил о необходимости отзыва его агентов из Ливии до начала этой акции. Однако все присутствующие разделили мнение госсекретаря Джорджа Шульца о том, что США достаточно терпели и пришло время для решительных действий.

Как выяснилось, президент еще два дня назад одобрил ориентировочный план воздушного удара по Ливии. Члены Совета согласились, что удар должен быть внезапным и самолеты-носители должны подняться в воздух, как только авианосцы займут предписанные позиции. Президент Рейган потребовал предпринять все необходимые меры, чтобы свести к минимуму ущерб гражданскому населению противника.

К сожалению, прекращение потока информации и недостаток достоверных фактов привели к тому, что президенту и Совету национальной безопасности пришлось полагаться на домыслы и предположения, и это вынудило их усомниться в возможности нанести внезапный удар. Их озабоченность и сомнения все возрастали, и наконец было решено отложить нападение.

До поры до времени.

Ливийская пустыня, суббота, 12 апреля, 6.42

Старый фургон громыхал по пустыне, поднимая за собой огромное облако пыли и песка. Рашид утопил в пол педаль акселератора, и дряхлый автомобиль угрожающе затрясся.

— Что он делает? Тренируется перед выступлением на «Инди — 500»? — раздраженно осведомилась Джейм, стряхивая песок с платья.

— Рашид пытается наверстать упущенное время, — объяснил ей Форрестер, открывая одну из кожаных сумок, которые он захватил в алжирском отеле, и доставая оттуда две длинные буханки домашнего хлеба и четыре фляги. Задержавшись из-за песчаной бури и неполадок в машине, путешественники более чем на сутки выбились из графика движения.

— Сколько осталось до Триполи? — спросил Николас.

— Трудно сказать. — Форрестер разломил одну из буханок и передал Рашиду половину вместе с фляжкой. — Мы должны были оказаться там еще вчера.

«Он чем-то обеспокоен, — подумала Джейм. — Что он от нас скрывает?»

Форрестер разломил вторую буханку и дал каждому из них по половине. Потом он открыл фляжку и наполнил две оловянные кружки чем-то похожим на молоко.

Измученная жаждой, Джейм сделала большой глоток и проглотила, скривившись.

— Что это? — спросила она.

— Верблюжье молоко, — ответил Форрестер. — Это лучшее, что нам удалось раздобыть при той спешке, в которой мы уезжали, — произнес он, откусывая хлеб и задумчиво жуя.

Джейм внимательно посмотрела на него.

— Что вас тревожит?

— Если вы еще не заметили, милая девушка, нам вот-вот предстоит пройти сквозь адское пламя, — ответил Форрестер. — И если это вас не беспокоит, значит, с вами что-то не в порядке. — Он откусил еще хлеба и с явной натугой задвигал челюстями.

Беспокоит, и даже очень, подумала Джейм.

Вашингтон, округ Колумбия, 12 апреля, 23.15

В конторе Гарри Уорнера царила гробовая тишина.

Уорнер в одиночестве сидел за своим столом, глядя на свой личный телефон. Когда же он зазвонит, черт побери? Проходили минуты, и раздражение Уорнера все нарастало. Он должен был связаться с Лайндом… любой ценой. Вице-президент Буш только что вернулся из Саудовской Аравии. Уайнбергер в эту минуту возвращался с Филиппинских островов в Вашингтон. Представитель США в ООН находился в Лондоне на переговорах с британским премьер-министром Маргарет Тэтчер. Еще днем глава итальянского правительства объявил о том, что примет в понедельник посланника американского президента. «Время уходит», — мрачно размышлял Уорнер.

Труднее всего ему было признаться самому себе, что он совершил непоправимую ошибку и, сам того не ведая, пустил предателя по следу Лайнда и его дочери.

Если бы только он мог сообщить им, что убийца уже в пути!

Триполи, воскресенье, 13 апреля, 8.52

После целого ряда неприятных задержек ранним воскресным утром Рашид вывел фургон на улицы ливийской столицы. Джейм крепко спала в объятиях Николаса в кузове, пребывая в блаженном неведении относительно того, что они наконец достигли цели своего путешествия.

— Рашид пойдет искать Единорога, — сказал Форрестер Николасу. — Теперь нам остается ждать, пока они не вернутся вместе.

Николас посмотрел на него и спросил:

— Не кажется ли вам, что вы должны объяснить нам обстановку?

— Есть вещи, которые вам… точнее сказать, ей лучше не знать, — нехотя отозвался Форрестер, раздвигая полотнища брезента, закрывавшие сзади кузов фургона, и выглядывая наружу.

— Вы сами говорили, что мы находимся здесь между жизнью и смертью, — напомнил Николас, глубоко вздохнув. — Лично я предпочел бы знать, ради чего рискую головой.

Форрестер надолго задумался.

— Пожалуй, вы имеете на это полное право, — решил он наконец и бросил взгляд на Джейм, которая по-прежнему спала. — С того самого дня, когда она приступила к поискам своего отца, кто-то намеренно подкидывал ей дезинформацию, стремясь укрепить ее в решимости выяснить правду. Кто-то подталкивал Джейм сюда, поближе к отцу, чтобы по ее следам найти Единорога, ликвидировать его и сорвать проводимые им операции.

— И вы знаете, кто этот человек?

Форрестер кивнул.

— Вы расскажете ей? — осторожно спросил Николае.

— Нет, если смогу этого избежать, — ответил Форрестер, покачав головой.

Залив Сидра, воскресенье, 13 апреля

Шестой флот США занял позицию у ливийского побережья. Авианосцы «Америка» и «Коралловое море», каждый из которых имел на борту сто шестьдесят истребителей и бомбардировщиков, сопровождали четырнадцать линкоров и два вспомогательных судна. Одно из них, «Тикондерога», было вооружено сложнейшей противовоздушной системой «Эгида». Корабли были в полной боевой готовности, дожидаясь приказа из Вашингтона.

Повисла пауза…

Триполи, воскресенье, 13 апреля, 16.25

— Что будем делать теперь? — осведомилась Джейм.

— Ждать, — лаконично ответил Форрестер. — Рашид найдет вашего отца. Нам нельзя идти к нему, это было бы слишком опасно. Остается только ждать, когда он сам придет.

Форрестер решил, что спокойнее всего будет ждать в британском консульстве, что находится в центре города.