Время легенд - Норма Бейшир

— Значит, ты собираешься жениться на моей дочери, — произнес он, лукаво улыбаясь.

— Как только мы выберемся из этого пекла, — ответил Николас кивнув.

Лайнд вздернул бровь:

— Думаешь, тебе удастся ее обуздать?

Николас рассмеялся.

— Понятия не имею, — признался он.

Фургон резко остановился посреди пустыни, и разговор прервался.

— Тихо! — отрывистым голосом скомандовал Форрестер, сидевший рядом с Рашид ом впереди. Лайнд натянул на голову тюрбан. Джейм заправила под платок выбившийся локон рыжих волос. Николас, который вполне мог сойти за араба — его выдавали только голубые глаза, — сидел не шевелясь.

Внезапно их взяли в кольцо. Фургон окружили ливийские гвардейцы, грозившие беглецам оружием.

Лайнд вынул револьвер и затаился в ожидании. Джейм отпрянула в тень, сунув руку в складки одежды и нащупывая гладкую холодную сталь пистолета, который ей дал отец, совсем не уверенная, что сможет пустить его в ход, если в этом возникнет нужда. Они прислушивались к голосам Рашида и Форрестера, по-арабски разговаривавших с гвардейцами. Джейм не понимала ни слова, но по звуку голосов догадывалась, что эта беседа не из приятных. Она уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но Николас дал ей знак молчать, прижав палец к губам. Потом он посмотрел на Лайнда, который кивнул ему, и, обнажив оружие, медленно двинулся к заднему борту кузова.

Голоса, доносившиеся снаружи, зазвучали громко и злобно, и Лайнд одним броском бесшумно метнулся к месту, откуда он мог наблюдать за тем, что происходит сзади. Джейм была удивлена, как гибок и ловок отец в преклонном возрасте. Николас приготовился прикрыть Лайнда. Джейм все еще трогала пистолет, продолжая гадать, хватит ли ей духу воспользоваться им. Она услышала голос Рашида, который яростно заспорил с гвардейцем, и медленно приподняла ствол.

Раздался первый выстрел.

Он породил цепную реакцию. Рашид и Форрестер открыли по наступающим ливийцам огонь из автоматов. Лайнд и Николас начали стрельбу по противникам, приближавшимся сзади. Внезапно Лайнд повалился на спину, прижимая ладонь к правому плечу. Джейм вскочила на ноги и пробралась к отцу. Николас прикрывал их обоих.

— Все в порядке, принцесса, — сказал Лайнд, пока Джейм разрывала на нем рубашку, обнажая рану.

— Господи, папа… — судорожно выдохнула она.

— Ничего страшного, кость не задета, — заверил ее отец. — Со мной это не в первый раз.

— Так много крови… — Кровь хлестала из раны, оставляя на одежде Лайнда и Джейм алые пятна.

— Проклятие, — пробормотал Николас и пополз по полу.

Джейм рывком обернулась к нему:

— Что случилось?

— Патроны кончились, — отозвался он, шаря в темноте в поисках другого оружия.

— Вот, возьми мой. — Джейм приподняла голову и, увидев нацеленный на нее ствол ливийской винтовки, инстинктивно нажала на спусковой крючок пистолета, который держала в руке, и почувствовала, как тот вздрогнул от выстрела. Ливиец опрокинулся на спину и свалился на землю.

В тот же миг фургон вновь взревел мотором и ринулся вперед с удивительной для своего состояния скоростью. Джейм, застигнутая врасплох, потеряла равновесие и упала на дно кузова.

— Прикрой нас сзади! — крикнул Форрестер Николасу.

— Прикрываю! — Николас дважды выстрелил.

Джейм вновь подползла к отцу. Он потерял много крови и был в обмороке. Джейм оторвала полосу ткани от подола своего платья и наложила давящую повязку, чтобы остановить кровотечение.

«Господи, папа! — думала она, — Прошу тебя, не умирай, ведь я так долго тебя искала!»

Вашингтон, округ Колумбия, вторник, 15 апреля, 10.56

Гарри Уорнер всю ночь не покидал своего кабинета.

Глядя на экран портативного телевизора, который он принес с собой, Уорнер гадал, удалось ли им вовремя выбраться из пекла. Если бы только они дали о себе знать!

По сообщениям газет, радио и телевидения, ущерб, нанесенный гражданскому населению, удалось свести к минимуму. Главной целью нападения были ливийские военные объекты и лагеря подготовки террористов — эти районы пострадали куда серьезнее. Появлялись противоречивые сведения о разрушениях французской дипломатической миссии, находившейся в центре Триполи, а также о количестве жертв и о судьбе самого Каддафи.

Его не видели с начала нападения, то есть уже около шестнадцати часов, и эфир заполнили слухи о смерти диктатора. Ливийская сторона продолжала утверждать, что были сбиты три американских самолета, а их экипажи казнены. Однако по сообщениям Пентагона, нападавшие недосчитались только одного бомбардировщика «F — 111».

«Где они, черт побери?» — думал Уорнер.

Ливийская граница, вторник, 15 апреля, 11.15 — Его нужно доставить в больницу, — сказала Николасу Джейм, проверяя, подает ли отец признаки жизни. У Лайнда был нитевидный пульс, поднялась температура. Он лежал без сознания.

— Мы уже почти вырвались на свободу, — ответил Николас, пытаясь успокоить ее. — Осталось недолго.

Джейм посмотрела на него в темноте. В ее глазах застыл ужас.

— Боюсь, у нас осталось совсем мало времени.

Внезапно старый фургон остановился, скрежеща тормозами. У Джейм перехватило дыхание. «Неужели опять? — думала она, прислушиваясь к неистовому биению своего сердца. — Господи, только не это!»

Двое мужчин, оба вооруженные, обошли вокруг автомобиля и заглянули в кузов. Джейм замерла, всматриваясь в их лица, гадая, что им нужно и что они собираются сделать. Дрожащими пальцами она нащупала в темноте свой пистолет.

— Джейм! Обнажи голову! — велел Николас.

— Что?.. — растерянно произнесла она.

— Обнажи голову — пусть они увидят, что ты американка!

Джейм не шевельнулась, и тогда Николас протянул руку и сорвал с нее платок. Длинные рыжие волосы Джейм рассыпались по плечам. Мужчины переглянулись, обменялись несколькими арабскими словами и отступили.

— Это тунисцы, — прошептал Николас.

Джейм с облегчением вздохнула. Рашид завел мотор, и фургон пересек границу, оказавшись в Тунисе.

Наконец они были в безопасности!