Мрачные дни в Саннивейле - Эмиль Коста

Глаза Меган вызывающе сощурились.

– Сами догадайтесь, вы ведь были женаты.

Я выдержал взгляд нахалки с каменным лицом, хотя это стоило больших усилий, и вытащил свой козырь:

– Зачем вы сдвинули ковер?

Это застало ее врасплох. Мисс Шумер совсем растерялась, глаза ее забегали по столу, пальцы с удвоенной скоростью принялись оттирать чернильные пятна. Ее плечи поникли. Какими бы скверными не были отношения в этой семье, сейчас девчонке было стыдно. Она с трудом выдавила:

– Да… Я подошла к нему и наклонилась, чтобы рассмотреть. Лужа крови была такой огромной, почти добралась до края этого дурацкого ковра, а я только накануне прибралась… Мне правда жаль, я даже не подумала, что это может запутать следствие.

– Главное, что мы вовремя в этом разобрались. Значит, последний раз вы видели отца вечером накануне убийства…

– Мы поужинали вместе. Потом я вымыла посуду и пошла к подруге. Ночь провела у нее, а дальше вы уже знаете.

– Как зовут эту подругу?

– Памела Свонсон… Ее вы тоже вызовете на допрос?

– Если понадобится. Пока требуется лишь подтвердить ваше алиби.

– Хорошо. Их домашний номер…

Она продиктовала телефон и адрес подруги. Пока я заносил эти сведения в блокнот, мисс Шумер ерзала на стуле, сжимая пальцами сумочку, и наконец спросила:

– Я могу идти?

– Конечно… – я оторвался от записей, – Дом опечатан как место преступления, за личными вещами можете прийти в сопровождении полицейского. Вам есть, куда податься в ближайшее время?

– Мисс Гувер разрешила пока пожить у нее.

– Но у вас ведь есть родные, которые согласятся оформить временную опеку?

– Нет, – Меган встала, – До моего совершеннолетия осталось всего ничего – как-нибудь перебьюсь. До свидания, сэр.

– Постойте. Скажите своей соседке… Мисс Гувер… Что ей тоже нужно пройти дактилоскопию. Вот теперь всего хорошего.

Я встал, чтобы проводить мисс Шумер до дверей, но она оказалась проворнее. Несговорчивая свидетельница исчезла, а я рассовал по карманам блокнот и сигареты. Хотелось еще разок взглянуть на мисс Гувер, но я намеренно тянул время. Следователю нужна ясная голова, а при виде сексапильной свидетельницы я эту самую голову попросту теряю.

Мои размышления были грубо прерваны дежурным, который принес очередную весть:

– Детектив Бойд! Только что позвонил док Белл, он извлек пулю.

– Ну, здорово, – отозвался я, – Когда будет отчет?

– За ним придется сходить… Морг при больнице, это всего через два дома отсюда, кирпичное здание рядом с мэрией.

По смущенному виду копа я догадался, что идти туда придется самому. Виновато разведя руками, он исчез. Я бросил быстрый взгляд за окно, по которому дробно стучали капли дождя, застегнул плащ и зашагал к выходу. Уилкинс старательно пыхтел над бумагами, ссутулившись над столом. Я подбросил ему блокнот, раскрытый на странице с допросом Меган, и поскорее смылся. Не хватало новых нотаций по поводу корявого почерка.

Мне почти удалось выскочить на улицу, когда бархатный голос произнес:

– Мистер Бойд!

Я обернулся. Она стояла передо мной во всей красе. В руках – влажный носовой платок с пятнами от чернил. Какой болван посмел грубо измарать это чудное творение природы? Что за идиот мог заподозрить в чем-то дурном эти пальцы и потребовать снять с них отпечатки? Ах, да! Это был я. Наверняка она меня ненавидит.

– Я должна остаться для допроса? – осведомилась мисс Гувер.

Обычно с дамами я вполне обходителен, но тогда ответил отрывисто и грубо:

– Не думаю, что сейчас подходящее время…

– Скорей всего, опрашивать соседей придется завтра. Мне тут работы невпроворот, – проворчал Уилкинс, щурясь над моим блокнотом.

– Пожалуй… Мы навестим соседей жертвы в их домах с утра, – согласился я.

– Завтра я работаю. Буду дома с часу до двух.

Я смог лишь кивнуть и не прощаясь вышел за дверь. День клонился к вечеру, и на площади показались первые гуляки. Невзирая на дождь, местные щеголи были разодеты в пух и прах. Я в своем мятом плаще выглядел полным дегенератом. И чувствовал себя соответственно. С мисс Гувер я вел себя как мальчишка! Когда такое бывало?

Не оглядываясь, я зашагал в сторону мэрии. Больница оказалась ровно там, где было обещано. Среди окружавших площадь зданий прошлого века трехэтажная кирпичная коробка смотрелась как одинокий прыщ на подбородке. Внутри тоже все было устроено по-современному: прямые линии, неудобные кресла для посетителей, бледная краска на стенах… Симпатичная медсестричка, которая встретилась в холле, подсказала, где искать морг. Я прошел по длинному прямому коридору со множеством дверей и свернул на неприметную лестницу, ведущую в подвал.

Внизу было холодно. Я плотнее затянул пояс плаща и стукнулся в дверь с табличкой «Морг». Ответа не последовало, поэтому ничего не оставалось, кроме как войти без разрешения. Внутри оказалось просторное помещение с белым кафелем на стенах и бетонным полом, натертым до блеска; было ослепительно светло от лампы над прозекторским столом. После полумрака, царящего на лестнице, я на секунду растерялся. Встал в дверях и сощурился, будто застенчивый очкарик, подпирающий стенку на школьном балу.

– Доктор Белл! Вы здесь?

– Детектив! – фигура в белом выплыла из-за огромного шкафа с заспиртованными препаратами, – Я почему-то думал, что за отчетом вы пришлете напарника.

– Ему и так работы хватает в участке, – глаза потихоньку привыкли к свету, и я разглядел знакомую лысину патологоанатома, – Значит, пуля у вас? Что удалось узнать?

– Немногое. Отчет пока не готов, я к вечеру занесу его в участок, а сейчас так все расскажу и покажу. Идемте.

Белл поманил меня за собой. Обойдя шкаф, мы оказались перед распахнутой дверью, откуда так и тянуло морозным воздухом. Вот где располагалась настоящая покойницкая! Здоровенная квадратная комната с каменными стенами, покрытыми инеем. Четыре каталки для мертвецов: три пустые, а на четвертой – труп, прикрытый белоснежной простыней с багровыми пятнами.

Парень, который проектировал это уродливое здание, по-видимому, планировал устроить здесь мясную лавку с огромным морозильником или логово психопата. Готов поклясться, что в полу я увидел сток для крови. Меня передернуло – разумеется, только от холода. Белл сделал вид, что ничего не заметил, и откинул простынь. Шумер лежал все в той же скрюченной позе. Одежда на спине была задрана, а кожу украшал свежий аккуратный разрез.

– Трупное окоченение еще не разрешилось, так что пришлось повозиться, – заметил док с недовольной миной, – Самому мне его не разогнуть, а звать наших санитаров не хочу, эти амбалы от улик места на месте не оставят.