Горячая шестерка - Джанет Иванович

– Да ты что, я сама чувствительность. Я даже прочел «Мосты округа Мэдисон». Два раза! Очень трогательная книжка...

Я одарила его голубиным взглядом, полным надежды.

– Так ты снимешь ее с крючка?

– Зависит от того, насколько крепко она сидит на крючке.

– Она не хочет попасть в тюрьму. Ей не нравятся туалетные кабины без дверей.

– Почему я?

– Ты говоришь совсем как моя мать.

– Ладно, я прослежу, чтобы она не попала в тюрьму, – сказал он. – Но ты у меня в долгу.

– Мне ведь не придется приезжать и одевать тебя, верно? Я не такая девушка.

– Живи в страхе.

Черт!

Я оставила Саймона и спустилась вниз. Винни был там, но Лунатик исчез.

– Где же он? – поинтересовался Винни. – Ты, кажется, сказала, что он сидит у задней двери.

– И сидел! Я велела ему ждать на скамье около дежурного.

Мы оба взглянули на скамью. Она была пуста.

Энди Диллер работал за своим столом.

– Эй, Энди, – сказала я. – Ты не знаешь, что случилось с моим беглецом?

– Извини, я не обратил внимания.

Мы обшарили первый этаж, но Лунатика не нашли.

– Мне надо вернуться в офис, – заявил Винни. – Меня работа ждет.

Позвонить букмекеру, поиграть с пушкой, пожать руку мистеру Стампи. Знаю я его работу.

Мы вышли вместе и увидели Лунатика на парковочной площадке, наблюдающего за тем, как горела моя машина. Там же крутились несколько полицейских с огнетушителями, но дело явно было плохо. Подъехала пожарная машина, мигая огнями, и остановилась на площадке.

– Эй, дружок, – обратился ко мне Лунатик. – Ужасно обидно насчет твоей машины. Прямо бред какой-то, дружок.

– Что случилось?

– Я там сидел на скамье, тебя ждал, вдруг увидел, Рифер мимо идет. Ты знаешь Рифера? Ну ладно, Рифера только что выпустили из кутузки, и его брат должен был заехать за ним. Ну, Рифер и говорит, чего бы мне не выйти и не поздороваться с его братом. Я и вышел с Рифером, а ты знаешь, у Рифера всегда хорошая травка, так что одно потянулось за другим, и я решил отдохнуть в твоей машине и покурить. Уж не знаю, как это случилось, но только вдруг сиденье загорелось. И оттуда уже пошло повсюду. Красивое было зрелище, пока эти джентльмены не прибежали с огнетушителями.

Красивое? Ха! Интересно, если я сейчас его придушу, покажется ли это ему красивым?

– Я бы хотел тут побыть и полюбоваться, – сказал Винни, – но мне надо возвращаться в офис.

– Ага, а я могу пропустить стаканчик, – вставил Лунатик. – Нам надо закончить наше дельце, дружок.

* * *

Было уже почти четыре часа, когда мне удалось договориться, чтобы машину увезли. Спасти удалось лишь монтировку, вот и все. Я стояла на площадке и рылась в сумке в поисках сотового, когда подкатил «Линкольн».

– Не повезло с машиной, – посочувствовал Митчелл.

– Я уже начинаю привыкать. Со мной такое часто случается.

– Мы наблюдали издалека и решили, что тебя надо подвезти.

– Да нет, я позвонила приятелю, он подъедет и заберет меня.

– Чистое вранье, – заявил Митчелл. – Ты стоишь здесь уже час, и никому не звонила. Готов поспорить, твоей мамочке не понравится, узнай она, что ты врешь.

– Все лучше, чем садиться в вашу машину, – сказала я. – Тогда бы ее хватил инфаркт.

Митчелл кивнул:

– Может, ты и права. – Тонированное стекло поползло вверх, «Линкольн» выкатился с площадки. Я нашла телефон и позвонила в офис Луле.

– Вот это да! Если бы я получала пять центов за каждую изуродованную тобой машину, я бы могла спокойно уйти на пенсию, – заметила приехавшая за мной Лула.

– Я тут ни при чем.

– Черт, да ты вечно ни при чем. Видно, все дело в карме. Тебя вообще лучше к машинам не подпускать.

– Полагаю, у тебя нет никаких новостей о Рейнджере?

– Только то, что Винни передал досье Джойс.

– Она была счастлива?

– Схлопотала оргазм прямо в офисе. Нам с Конни пришлось извиниться и пойти поблевать.

Джойс Барнхардт та еще поганка. Когда мы обе ходили в детский сад, она плевала в мое молоко. В школе она была первая сплетница и тайком сфотографировала девочек в раздевалке. И не успели еще высохнуть чернила на моем брачном свидетельстве, как я застала ее с голой задницей вместе с моим мужем (теперь бывшим) на моем совершенно новом обеденном столе.

– Чтоб ей пусто было!

– Еще с машиной Джойс произошла забавная история, – продолжила Лула. – Пока она в офисе толковала с Винни, кто-то проткнул шину отверткой.

Я подняла брови.

– Не иначе как дело рук господа, – сказала Лула, заводя свою красную торпеду и включая музыку на такую громкость, что пломбы из зубов могли посыпаться.

Она проехала по Норт-Клинтон до Линкольна, потом свернула на Чэмберс. Когда она высадила меня около дома, Митчелла и Хабиба нигде не наблюдалось.

– Ты кого-то ищешь? – поинтересовалась она.

– Двух парней в черном «Линкольне», они весь день за мной таскались в надежде, что я приведу их к Рейнджеру. Сейчас их не видно.

– Кто только не ищет Рейнджера!

– Ты думаешь, это он убил Гомера Рамоса?

– Я могу представить себе, как он убивает Рамоса, но чтобы поджечь дом... Дураком мне его трудно представить.

– Чтобы, к примеру, попасть под скрытую видеокамеру.

– Рейнджер должен был знать, что там установлены скрытые камеры. Здание принадлежит Александру Рамосу, а Рамос никого не оставляет без присмотра. У него в этом здании офисы. Я знаю, потому что заходила туда разок, когда работала еще по своей бывшей специальности. – Бывшая специальность Лулы – девушка по вызову, так что я не стала интересоваться деталями визита.

Распрощавшись с Лулой, я прошла через двойные стеклянные двери в вестибюль моего дома. Я живу на втором этаже, так что могу выбирать между лифтом и лестницей. Сегодня я предпочла лифт, потому что сильно притомилась, наблюдая, как горит моя машина.

Я вошла в квартиру, повесила сумку и куртку и заглянула к Рексу, моему хомячку. Он бегал по своему колесу в аквариуме, розовые лапки так и мелькали на фоне красного пластика.

– Привет, Рекс, – сказала я. – Как дела?

Он на секунду приостановился, поводя усами и поблескивая глазами в ожидании, что с неба свалится еда. Я дала ему изюминку из коробки в холодильнике и рассказала про машину. Он сунул изюмину за щеку и принялся снова бегать. Будь я на его месте, я немедленно съела бы изюмину и завалилась спать. Не понимаю я этой беготни удовольствия ради. Лично меня можно заставить побегать, только если пустить по моему следу серийного убийцу.