Игры с Шакалом - Барбара Вуд

— Слава богу. Вы мне не поможете? Я разыскиваю свою сестру Адель Харрис, которая проживала в этой гостинице два дня назад. Возможно, она еще зарегистрирована здесь, и, вероятно, оставила сообщение для меня, Лидии Харрис. Посмотрите, пожалуйста.

— Она американка? — спросил он.

Я энергично закивала.

— У нас сегодня нет американских туристов, мадам. В Риме сейчас вообще мало одиночных туристов. Очень плохой год. Они останавливаются внутри городских стен и проживают рядом с Римским форумом. У нас чаще останавливаются группы. На прошлой неделе, например, были французские туристы. Сегодня — туристы из Японии. В четверг прибывает группа из Югославии. Американцы не ожидаются.

— Моя сестра приехала одна. Думаю, она могла выехать два дня назад. Проверьте, пожалуйста.

— Конечно. — Он отвернулся и стал изучать регистрационную книгу. Вскоре сказал: — К сожалению, мисс Харрис не значится.

— Не может быть! — огорченно произнесла я. — Значит, она и в самом деле выехала отсюда. Вы точно уверены, что она не оставила адреса, по которому следует пересылать письма? Мне обязательно надо найти ее.

У мужчины был вид человека, который совершенно сбит с толку.

— Но это имя мне совершенно незнакомо. Скажите, когда она останавливалась у нас?

— Два дня назад. Сестра звонила мне из этой самой гостиницы. Поэтому я точно знаю, что она была здесь. Потом я отправила ей телеграмму. Должно быть, она получила ее. Пожалуйста, загляните в записи и проверьте, не оставила ли она сообщения для меня, Лидии Харрис.

— Мадам, я действительно не припоминаю такого имени, но ради вас еще раз проверю.

Здесь было что-то не так. Поведение этого человека или смутное подсознательное ощущение подало сигнал тревоги. Я почему-то была уверена, что он не скажет ничего обнадеживающего об Адели. Я оказалась права.

— Извините, мадам, но в нашей гостинице никто под именем Адель Харрис никогда не регистрировался. Возможно, она остановилась в другой гостинице Рима.

— Нет, сестра останавливалась в отеле «Резиденс Палас», — спокойно сказала я. — Она разговаривала со мной, вероятно, из этого же вестибюля. Я уверена. Сестра отправила мне посылку, на которой значится адрес гостиницы. Мне бы хотелось, чтобы вы еще раз проверили. Пожалуйста, на этот раз проверьте повнимательнее.

— Разумеется, мадам. Извините меня.

На этот раз он исчез и, пока его не было, я облокотилась на стол и еще раз оглядела вестибюль. Японцы, видимо, собирались на экскурсию. Из находившегося по соседству ресторана слышался стук посуды и обрывки разговора припозднившихся туристов. На стенах висели большие витиевато украшенные зеркала и старинные гравюры с изображением римских археологических раскопок.

Не знаю, как это объяснить, но что-то привлекло мое внимание к мужчине в холле. Он был немного выше меня, хорошо одет, смуглее, чем большинство итальянцев; огромные солнцезащитные очки закрывали часть лица. Он лениво прислонился к стене и читал какую-то итальянскую газету.

— Извините, мадам, — сказал дежурный администратор с искренним сожалением. — Я все проверил и даже просмотрел записи двухмесячной давности, но в этой гостинице Адель Харрис не останавливалась.

Не веря своим ушам, я уставилась на дежурного.

— Но это невозможно! Я знаю, что она была здесь!

Мужчина пожал плечами.

— Послушайте. Два дня назад я звонила в эту самую гостиницу и разговаривала с человеком, который сидел за этим самым столом. И он сообщил мне, что Адель расплатилась и выехала.

Он покачал головой.

— Возможно, она была здесь под другим именем. Возможно…

— Мадам, в этой гостинице не было американцев. Уже давно. Они едут в «Хилтон» или «Холидей Инн». В Риме сейчас дела идут плохо. За три месяца у нас останавливалось мало одиночных туристов, все прибывают группами. Поверьте мне, это так.

Ничего не понимая, я вздохнула. Видно, от него я ничего не добьюсь.

— Если это так, то почему мне по телефону сказали, что она оплатила счет? Кто тут дежурит ночью?

— Луиджи Барони.

— Замечательно, можно поговорить с ним?

— Он придет вечером, мадам.

— Хорошо. — Я оглядела вестибюль. Японцы ушли, однако незнакомец с газетой был еще здесь. Он вызывал у меня странное чувство, от которого я не могла избавиться. — Тогда, пожалуй, мне придется у вас остановиться. Найдется номер с ванной?

— Разумеется, мадам.

Отметившись в журнале и заплатив вперед, решила, что всему должно найтись простое объяснение. Я немного посплю, приму душ, поем в ресторане, затем непременно пригрожу администратору тюрьмой, если он не скажет, где находится Адель.

Дежурный постучал по колокольчику, и носильщик в красно-белом фартуке в полоску взял мой чемодан.

— Prego[3], — сказал он и жестом предложил пойти вперед. Проходя мимо него, я оглянулась.

Человек с газетой исчез.

После подъема на лифте размером с телефонную будку и беглого осмотра огромного номера люкс, я растянулась на постели, чтобы проверить, насколько она удобна, и тут же заснула.

Проспав шесть часов и увидев три странных сна, я проснулась и не сразу поняла, где нахожусь. Я чувствовала себя неплохо и была готова к встрече с новым миром. Мой номер был обставлен антикварной мебелью, пол устлан старинными коврами, на стенах висели очаровательные гравюры, похожие на те, которые я видела в вестибюле. Номер удивил меня, такой роскоши я не ожидала.

Двери с жалюзи вели на просторный балкон. Я вышла на балкон и осмотрелась. Передо мной открылся очаровательный вид. Потом я вернулась в номер.

Нежась в ванной, я раздумывала над тем, как поступить, если ночной дежурный откажется подтвердить, что разговаривал со мной. Где мне тогда искать эту сумасбродку? Что тогда делать? Вернуться в Америку?

Вытираясь большим, мягким полотенцем, я думала о полете домой, о том, как объяснюсь с доктором Келлерманом и буду жить, опасаясь, что в квартиру опять кто-нибудь проникнет в мое отсутствие.

Вдруг меня осенило — я поняла, почему мое внимание привлек мужчина с газетой.

Я его видела раньше!

Конечно же, это точно был он. Мы с Джоном Тредвеллом, пройдя таможенный досмотр, ловили такси. Осматриваясь вокруг, я заметила смуглого человека в огромных солнцезащитных очках, который читал газету, и мой взгляд на мгновение невольно задержался на нем.

Возможно, меня привлекла его совсем не итальянская внешность. Или то обстоятельство, что он, скорее, делал вид, что читает. Тогда в аэропорту я бросила на него мимолетный взгляд и села в такси.

Теперь он объявился в гостинице.