Рассказы - Роберт Альберт Блох

Он написал несколько книг, но никто не обратил на них внимания, поскольку они опережали своё время, что бы это ни значило.

Я так понимаю, он хотел жениться, но любимая девушка отвергла его в пользу более обеспеченного ухажёра, нанеся тяжёлую сердечную рану. Вот так он и стал преступником, если его послушать.

По его словам, он заделался настоящей шишкой. Он стал похож на одного из тех суперзлодеев, о которых ты не раз слышал; сам никогда нигде лично не участвовал, а только давал советы. Он планировал дела и получал комиссионные.

Старик, благодаря логическому складу ума, всё организовывал, используя передовые научные достижения. Очень скоро он начал работать с бандами, совершающими преступные деяния по всей Европе, и сколотил целое состояние. В это легко поверить, ведь он, будучи прикованным к инвалидному креслу, шестьдесят лет прожил в роскошном номере отеля и всё такое.

Он называл имена, даты, места, не имеющие для меня никакого значения, и я просто пропускал их мимо ушей.

Наконец-таки он понял, что я его не слушаю, и заткнулся. Это меня вполне устроило, вот только было интересно, что он имел в виду, говоря о собственной смерти.

Через пару ночей всё повторилось. Я читал про врачей с запада, которые поддерживали чью-то жизнь, массируя сердце во время операции. Они сделали это на Синае несколько месяцев назад, верно?

— Доктора! — возмутился старик. — Они величают себя «медицинскими светилами» и ничего не знают о жизни. Если бы я слушал их, то был бы мёртв и похоронен шестьдесят лет назад.

Ну, так получилось, что я чуток подустал и задремал прямо посреди повествования. Однако я помню, как старик рассказывал о том, что полицейские ищейки напали на его след, но какой-то детектив опередил их и попытался его схватить. Он схлестнулся с детективом — я запамятовал его имя — и должен был умереть. Вот только не умер, его просто частично парализовало.

События происходили где-то в Европе, и он решил остаться там, чтобы подлечиться. У него было много денег, спрятанных в дюжине разных банков, и теперь никто его не преследовал; он чудом выбрался живым из передряги, но остался калекой.

Того детектива тоже объявили погибшим. Потому-то старику выход в отставку представлялся хорошей идеей. Он переезжал с места на место, кочуя по Европе и надеясь однажды вернуться домой. Но самое забавное, что детектив на самом деле не погиб, а был жив. Отсюда следует, что по возвращении на старика вновь началась бы охота.

Поэтому для всех он оставался мёртвым. Он прибыл в нашу страну из Германии, где проживал до того времени, когда к власти пришли нацисты.

— Странно считаться умершим в течение стольких лет, — вздохнул он. — Но вижу, что утомил вас, мисс Хоуз…

Вот тогда я и понял, что задремал. Я тут же извинился, но старик только усмехнулся. Это его ничуть не беспокоило.

Нет, ещё не конец. Подожди минутку, мне есть о чём рассказать. Послушай-ка историю об астероиде. Ты знаешь, что такое астероид? Это какая-то планета, полагаю, только старик говорил не про натуральную, а про рукотворную. Называется она искусственным спу-чем-то. Ах да, спутником, вот как. Искусственным спутником.

Всё началось с газеты. Помнишь публикацию недельной давности о том, что правительство собирается строить космическую платформу для запуска ракет на Луну? Ты когда-нибудь в своей жизни слышал что-то настолько безумное? Но я думаю, что мы это сделаем.

Ну, я читал вслух ту самую статью — старик был очень слаб, а доктор Купер сказал, что это навсегда, — и вдруг заметил, что он сидит. Он не садился уже неделю и почти ничего не ел, но вот же сидит прямо.

— Вы не могли бы ещё раз прочитать это, мисс Хоуз? Помедленнее, пожалуйста.

Он всегда отличался вежливостью, скажу тебе.

Я перечитал, и он начал хихикать, а на его лице появилось забавное выражение. Это была не совсем улыбка, но что-то вроде. Его щёки ввалились, как бывает перед кончиной, но на минуту, клянусь, он снова сделался молодым.

— Я так и знал! — воскликнул он. — Я знал, что они это сделают! Вот та новость, которую я ждал!

— Пожалуйста, вам же известно, что доктор Купер не велит перенапрягаться. Вам требуется отдых.

— Теперь у меня будет предостаточно времени для отдыха. Я верю в наш мир.

И он продолжал говорить.

Не знаю, сколько в сказанном было выдумки, так как многое звучало совершенно нелепо, но он действительно посылал письма и получал ответы. Все те учёные знали его.

Старик рассказал, что решил исправиться, получив от жизни второй шанс. Он хотел сделать что-то хорошее для нашего мира и вновь углубился в изучение своей математики. Он заявил, что когда-то написал книгу с сумасшедшим названием «Динамика астероида». И речь в ней шла именно о создании космической платформы.

— Да, мисс Хоуз, — вещал он. — Шестьдесят с лишним лет на-зад. Ничего удивительного нет в том, что никто не воспринимал мои идеи всерьёз; я опередил своё время. Многие годы я пытался просто привлечь внимание научных авторитетов к моим новаторским работам. Постепенно мне это удалось.

Он продолжал выстраивать свои теории и переписываться с учёными, подкармливая их гипотезами, например, того же Эйнштейна. Он не требовал никакого вознаграждения, лишь бы люди науки трудились над воплощением его мечты. И спустя долгое время они это сделали. Старик заявил, что жил лишь идеями создания искусственного как-его-там и построения космической платформы. Поэтому он всё писал и писал, даже отправлял диаграммы.

В Германии он собирал экспериментальные модели, передавая их в дар университетам и правительству, но никогда не позволял использовать своё имя. Он лишь стремился сделать что-то хорошее для нашего мира.

— Я только пытался искупить вину, мисс Хоуз. Я хотел помочь человеку достичь звёзд. И теперь, как я вижу, работа при несла свои плоды. Какую ещё награду мне желать?

Конечно, я попытался успокоить его. А что ещё я мог сделать для бедного старика? Поэтому я сказал, что, по-моему, это замечательно, а его должны превозносить в газетах наравне с другими крупными учёными.

— Такого никогда не случится, — ответил он. — И это больше не имеет значения. Моё имя останется жить только в качестве символа позора.

Что бы это ни значило.

Кризис наступил той же ночью. Я уже засыпал на диване в соседней комнате, когда услышал, что старик задыхается. Я поспешил в его спальню, взглядом оценил ситуацию и вызвал доктора Купера.

Но к тому времени, когда доктор добрался до отеля,