Мыс Грома - Джек Хиггинс

— Дела могли принять оборот и похуже. Хватит говорить об этом, Дженни, это бессмысленно. Сантьяго и его приятели, этот зверь Альгаро — все они нас уже больше никогда не побеспокоят.

— Разве можно быть в этом уверенным?

— Это так же верно, как то, что крышка гроба закрывается, — бесстрастно произнес он.

На лице Дженни мелькнуло выражение, отдаленно напоминающее боль. Она на мгновение закрыла глаза, потом вновь открыла их.

— Люди на самом деле не меняются, не правда ли?

— Я такой, какой есть, Дженни, — просто ответил он. — Но ты ведь это знала.

— Я увижу тебя снова?

— Думаю, вряд ли. — Поцеловав ей руку, Диллон встал, подошел к двери и отворил ее.

— Диллон, — окликнула она.

Он обернулся.

— Что, Дженни?

— Храни тебя Бог. Будь осторожен.

Дверь за ним тихонько захлопнулась. Она закрыла глаза и вскоре уснула.

Карни получил разрешение пройти вместе с ними по бетонированному покрытию аэродрома туда, где стоял «лирджет». Рядом шел носильщик, кативший перед собой тележку с багажом. Один из пилотов вышел им навстречу и стал помогать носильщику укладывать вещи в багажное отделение, пока Диллон, Фергюсон и Карни стояли у подножия трапа.

Бригадный генерал поднял руку с чемоданчиком.

— Спасибо вам, капитан Карни. Если вам когда-нибудь будет нужна помощь или я смогу оказать вам услугу… словом, я в вашем распоряжении. — Они обменялись рукопожатием. — Берегите себя, друг мой, — сказал он и стал подниматься в самолет по трапу.

— И что дальше? — спросил Карни. — Я хотел сказать, как будут развиваться события в Лондоне?

— Решать премьер-министру, — ответил Диллон. — Это будет зависеть от того, что он решит делать с этими документами.

— Это было так давно…

— И такая точка зрения имеет право на существование.

Поколебавшись, Карни спросил:

— А как насчет этого парня по фамилии Пэймер? Что будет с ним?

— Откровенно говоря, я не подумал об этом, — спокойно ответил Диллон.

— Да нет, ты подумал. — Карни покачал головой. — Да поможет тебе Бог, Диллон, ты никогда не изменишься. — Сказав это, он отвернулся и пошел обратно по бетонированной полосе.

Диллон поднялся в самолет и, усевшись в кресло рядом с Фергюсоном, пристегнул ремни безопасности.

— Хороший парень, — сказал Фергюсон.

Диллон кивнул.

— Лучше и быть не может.

Второй пилот втянул трап внутрь самолета, закрыл дверцу и забрался в кабину, где уже сидел его коллега. Через секунду взревели моторы, и самолет рванулся вперед. Несколько мгновений спустя он уже набрал высоту и полетел по направлению к морю.

Фергюсон посмотрел в иллюминатор.

— А вот и Сент-Джон.

— Да.

Фергюсон вздохнул.

— Мне кажется, нам нужно обсудить, как будут разворачиваться события после нашего возвращения.

— Не сейчас, бригадный генерал. — Диллон закрыл глаза. — Я устал. Давайте поговорим попозже.

Когда Карни вернулся к себе домой в Чоколит-хоул, тот показался ему как никогда безлюдным. Он стал бесцельно бродить, переходя из одной комнаты в другую, потом направился на кухню и достал из холодильника банку пива. Когда он вышел в гостиную, зазвонил телефон.

Звонила его жена Кэри.

— Привет, милый, как у тебя дела?

— Отлично, просто отлично. Как дети?

— С ними, как всегда, нет никакого сладу. Они по тебе скучают. Я позвонила тебе совершенно случайно. Мы сейчас на автозаправочной станции, неподалеку от Орландо. Я остановилась здесь, чтобы заправиться.

— Жду не дождусь, когда вы приедете.

— Теперь уже немного осталось. Тебе, наверное, одиноко там одному. Какие новости, есть что-нибудь интересное?

На лице Карни появилась еле заметная улыбка. Он глубоко вздохнул.

— Да, в общем-то, ничего особенного. Обычная текучка.

— Пока, милый, нам уже пора ехать.

Положив трубку, он отпил немного пива и вышел на крыльцо. Стоял великолепный вечер, воздух был так чист, что он видел без труда острова на противоположной стороне Пилсбери-саунд и даже дальше. Далеко до них, хотя и не так далеко, как до того места, где сейчас Макс Сантьяго.