Приговор - Джеймс Шиан

Ровно в 8.30 его и Дикарло провели в кабинет судьи. Стэнтон пребывал в добром расположении духа. Судья явно был доволен собой. Джек не мог решить, хорошо это для него или плохо.

– Есть ли, джентльмены, сегодня с вашей стороны какие-либо ходатайства? Не пришли ли вам среди ночи в голову новые теории?

– Нет, ваша честь, – ответил Дикарло.

– Нет, господин судья, – повторил Джек.

– Прекрасно. Мистер Тобин, сколько вы сегодня намерены вызвать свидетелей?

– Троих, сэр. Последнее свидетельство представляет собой видеозапись.

– Хорошо. Мистер Дикарло, вы решили, кого выставите в качестве свидетелей?

Джимми видел запись признания Джеронимо Круза. Она производила сильное впечатление, и он не хотел, чтобы ее смотрели присяжные. Он понял, что наступил момент заявить протест.

– Нет еще, судья. У меня есть по крайней мере один свидетель. Однако, ваша честь, я считаю необходимым протестовать против демонстрации видеозаписи с признанием Джеронима Круза. Мы признаем, что убийство Люси Очоа совершил он, поэтому присяжным ни к чему смотреть пленку.

Судья Стэнтон покосился на Джека. Обстановка начала накаляться. Ему нравились такие моменты.

– Что скажете, мистер Тобин?

– Я бы хотел, чтобы присяжные посмотрели запись. Она снимает всякие сомнения.

– Понимаю ваше желание. Но если мистер Дикарло признает то, что доказывает видеопленка, зачем всем ее смотреть? Не вижу необходимости.

– В ней содержатся определенные детали. Джеронимо Круз рассказывает, каким способом убил свою жертву. Присяжные оценят эту информацию в свете того, какой уликой располагала полиция до суда и через два года, когда выяснилось, что Джеронимо Круз находится в тюрьме в Техасе.

Судья повернулся к Джимми:

– Мистер Дикарло, в этом есть смысл.

– Обвинение признает факты. Присяжным можно зачитать краткое резюме. Мы сэкономим массу времени.

– Это не одно и то же, ваша честь. Признание факта не обладает такой же силой воздействия.

– Это очевидно, мистер Тобин. Однако наша задача не в том, чтобы воздействовать на эмоции, а в том, чтобы предъявить факты. Если клиенты мистера Дикарло готовы согласиться с фактами, нам незачем смотреть видеозапись с признанием Круза.

– Ваша честь, я считаю, что у меня есть право продемонстрировать видеопленку.

– Выбор за мной. Я не собираюсь выносить решение немедленно. Даю вам время обдумать аргументы убедительнее тех, которые вы только что привели. Но вы должны это сделать до того, как будет предъявлена видеозапись. И еще прошу вас договориться о признании фактов на случай, если мое решение будет не в пользу мистера Тобина. Вам ясно?

У Джека возникло ощущение, словно он получил сокрушительный удар в солнечное сплетение. Удар, которого не ожидал, а должен был бы предвидеть. Он не мог сослаться на прецедентное право, и у него не осталось времени, чтобы порыться в архивах и книгах. Демонстрация видеозаписи требовалась, чтобы произвести на присяжных эмоциональное воздействие. Надо было, чтобы они собственными глазами увидели Джеронимо Круза, поняли, что он совершил и каким образом убил свою жертву. Тогда эти люди смогут осознать, что приключилось с Руди и какой злой умысел содержался в действиях подсудимых. Зачитать соглашение сторон о взаимном признании фактов казалось ему недостаточным.

– Вам ясно, мистер Тобин? – повторил судья гораздо тверже, чем в первый раз.

– Да, ваша честь.

– Отлично. В таком случае пойдемте в зал заседаний.

Судья вошел вместе с ними. В этот день обошлось без формальностей. Когда стороны заняли места, Стэнтон, как накануне, предупредил зрителей и попросил судебного пристава привести присяжных.

Джек чувствовал себя не в своей тарелке еще и потому, что Мария до сих пор не приехала. Он проверил это у судебного пристава. Приходилось начинать день со свидетельских показаний Чарли Петерсона.

Чарли пришел в оливковом костюме и выглядел абсолютно спокойным, когда клялся, что будет говорить правду, и одну только правду.

– Назовите свою фамилию для протокола, – попросил его Джек.

– Чарлз Никлби Петерсон.

– Где вы работаете, мистер Петерсон?

– В Христианском педагогическом колледже в штате Каролина.

– Что вы там делаете?

– Преподаю политологию.

– У вас есть профессиональное образование?

– Да, степень бакалавра и диплом юриста Джорджтаунского университета.

Джек надеялся, что регалии свидетеля произведут впечатление на присяжных, поскольку все, что могло последовать в дальнейшем, было невыигрышно для стоявшего перед ними человека.

– Мистер Петерсон, в течение некоторого времени вы были государственным защитником в округе Кобб. Это так?

– Так.

– И представляли Руди Келли на процессе по обвинению его в убийстве первой степени? Это так?

– Да.

Джек взял папку с делом об изнасиловании, имеющим силу улики, подошел к свидетелю и подал ему:

– Мистер Петерсон, перед вами вещественное доказательство номер два. Прошу вас, взгляните.

Чарли пролистал дело и поднял на Джека глаза.

– Вы видели раньше этот документ? – спросил обвинитель.

– Да. Впервые я видел его, когда давал показания перед Большим жюри.

– Вы знаете, что это такое?

– Дело об изнасиловании. Полиция, как выяснилось, обнаружила сперму в теле Люси Очоа и по каким-то причинам завела отдельные дела: об убийстве и об изнасиловании.

– Вы знали о деле об изнасиловании, когда защищали Руди Келли?

– Нет, не знал.

– Вы обращались к штату с ходатайством предоставить вам все относящиеся к убийству Люси Очоа улики, когда защищали Руди?

– Да.

Джек подал свидетелю другой документ:

– Вы можете сказать, что собой представляет вещественное доказательство номер три?

– Да. Это мое требование предъявления доказательств или, выражаясь непрофессиональным языком, просьба предоставить все имеющиеся улики по делу Люси Очоа.

– Вы были проинформированы, что в теле жертвы обнаружена сперма?

– Нет.

– Этот факт мог бы иметь для вас существенное значение?

Джимми Дикарло моментально вскочил на ноги:

– Ваша честь, протестую! Обвинитель побуждает свидетеля строить предположения.

– Протест отклоняется. Мистер Петерсон, вы можете отвечать на вопрос.

– Да, мог бы, особенно если учесть, что кровь оставившего сперму отличалась по группе от крови Руди. Это означало, что в доме Люси Очоа находился другой мужчина, то есть вердикт мог бы быть совершено иным – невиновен. – Джек сомневался, что судья Стэнтон допустит подобный вывод и, пока Джимми не оспорил ответ, поспешил задать следующий вопрос: