Прыткая особа - Марина Серова

Первый выстрел разнес правую фару «Опеля», от второго разорвало скат. Иномарку бросило в сторону, и она въехала в придорожный столб. Стараясь отвести удар от Оксаны, я не стала садиться ни в одно такси, а бегом устремилась в видневшийся невдалеке проулок.

Из «Опеля» выскочили двое. Один, тот самый бритоголовый, которого я видела раньше, бросился вдогонку за мной. Другой, появившийся с заднего сиденья попавшей в аварию машины, побежал к стоянке такси. Разделились, значит. Не хотят упускать Оксану. Судьба водителя «Опеля» осталась мне неизвестной. Впрочем, если он и погиб трагически, я в этом не виновата. Уверенней надо чувствовать себя за рулем.

На повороте в проулок я остановилась и, развернувшись, выстрелила в того парня, который мечтал поймать такси. Не добежав до стоянки, он упал на землю и прикрыл голову руками. Его бритоголовый дружок выстрелил в меня навскидку, но промахнулся.

Я все рассчитала верно. Возникшая на улице стрельба должна была наконец расшевелить сонных охранников «Карла Великого». Слава богу, не ошиблась. Как раз когда бритоголовый поравнялся со входом в клуб, наружу выскочили четверо бравых ребят и, не успев разобраться, что к чему, но заметив пистолет в руках бегущего человека, моментально сбили его с ног, завернули руки за спину и на всякий случай придавили голову ботинком.

Второй пассажир «Опеля» вновь вскочил на ноги, но на этот раз, узрев решительные действия четырех амбалов по отношению к его напарнику, на рожон лезть не стал, а потому моментально испарился. Продолжать погоню за Оксаной для него не было смысла. Такси, на котором она уехала, уже скрылось из виду, а маршрут его следования он не знал.

Я исчезла в переулке и, пробежав по нему до соседней улицы, остановила попутку.

— Площадь Склифософского, — сказала водителю.

Мы понеслись уже по ночной улице прочь от места происшествия.

Клиентка ожидала меня на условленном месте. Таксист, с которым я отправила ее, тоже.

— Все в порядке? — сразу спросила я у Оксаны.

— Да. А у вас?

— У меня все отлично. Давно ждете?

— Только что подъехали.

Я села вместе с Оксаной в такси, и мы отправились домой. Время уже близилось к полуночи. Вряд ли Мелихова обычно так рано возвращалась домой. И притом одна.

В дороге я не вступала с ней в разговоры, а когда мы оказались в квартире, конечно же, предварительно ее проверив, строго сказала:

— Теперь ты понимаешь, для чего тебе нужен телохранитель?

— Но ведь вы сами считали, что он мне не нужен, — напомнила противная девчонка.

— Считала. Но я ошиблась. В этом нет ничего удивительного. Каждый человек имеет право на ошибку.

— Но чего хотели от меня эти люди? — Оксана с мрачным выражением лица уселась на диван.

— Это нам еще предстоит выяснить.

Я сняла парик. Надо срочно пойти в ванную смыть с себя грим.

— Вы сказали, что, возможно, папа знает ответ на этот вопрос, — напомнила она.

— Сказала.

— С чего вы это взяли?

— Это просто предположение, — успокоила я клиентку.

На самом деле, я уже говорила раньше, что у меня было чувство, что Андрей Вениаминович что-то недосказал мне. Выходит, интуиция не подвела. Не просто так двое в чулках лезли сегодня в женскую уборную.

— Это могут быть его враги, верно? — продолжала допытываться Оксана.

— Верно, — кивнула я.

— И что мы будем делать?

— Это мы решим позже.

— Когда позже?

— Когда я увижусь с твоим отцом.

— Давайте позвоним ему прямо сейчас и спросим обо всем, — предложила она и уже потянулась к телефону, но я остановила:

— Нет. Я должна поговорить с ним с глазу на глаз.

— А как это сделать?

— Попроси его приехать.

— Сейчас? — она недоуменно взглянула на часы.

— Сейчас не обязательно. Завтра утром.

— Хорошо. — Оксана сняла трубку.

— Только ничего пока не говори ему о сегодняшнем событии, — предупредила я.

— Почему?

— Просто не говори, и все.

Я решила поступить так только с одной целью. Мне хотелось видеть реакцию Андрея Вениаминовича, когда я сообщу ему о недавней перестрелке. А узнай он об этом сейчас, за ночь основательно успеет подготовиться к разговору со мной и опять чего-нибудь недоскажет. Нет, надо брать быка за рога.

Не очень-то доверяя Оксане, я включила на телефонном аппарате громкую запись. Она набрала номер отца.

Трубку взяли не сразу. Лишь минуту спустя мы услышали голос Мелихова:

— Да!

Сухое начало.

— Папа, это я. — У Оксаны слегка дрожал голос.

— Слушаю тебя, девочка моя. Что случилось? — голос Андрея Вениаминовича потеплел.

— Я только что приехала. Ты не звонил мне?

— Нет. А что?

— Я хочу тебя увидеть.

— Прямо сию минуту? — заволновался он.

— Сию минуту не надо, — успокоила его Оксана, поймав мой красноречивый взгляд. — Может, утром заедешь?

— Что-нибудь серьезное?

— Да нет, папочка. Просто надо поговорить.

— Опять о твоей охране? — Мелихов посуровел.

— В общем-то да, — как можно мягче откликнулась Оксана.

— Спорить будешь?

— Нет. Обещаю, что нет.

— А где Женя? — заволновался папаша.

— Здесь, рядом со мной.