Это месть, детка! - Владимир Колычев

– Слишком уж красивая она для уборщицы.

– А вы знаете, сколько у меня уборщицы получают?

Михаил Антонович старался не обижать своих сотрудников. Он и платил им хорошо, и соцпакет у них лучше не бывает. Может, потому и работа идет полным ходом, без осечек и простоев.

– Не жалуются?

– В очередь выстраиваются.

– А вы берете самых красивых.

– Да, я люблю, когда меня окружают красивые люди.

– Э-э… – В голове у Зинькова крутнулась с пробуксовкой крамольная мысль.

– Я с Селивановой не сплю, – отрезал Матвеев. – Мне чужих баб не надо. Я примерный семьянин.

– Да я, в общем-то, не сомневаюсь…

– А вот я – да. В своих сотрудниках. Поэтому их всех проверяют на благонадежность. Если бы с Наташей было что-то не так, то мне бы сказали. – Матвеев снова заглянул в компьютер. – Так, родителей у нее нет, отец ушел из семьи, мать умерла, воспитывала родная тетя – Харитонова Ирина Степановна. Что здесь такого?

– Нет, ровным счетом ничего. Тем более что Селиванова уже два года у вас работает.

– А это что такое?.. – Только сейчас Михаил Антонович обратил внимание на графу «семейное положение». – Селиванова, оказывается, замужем. Уже два года. Как видите, она ничего не скрывает.

– А ее фамилия в девичестве указана?

Михаил Антонович вдруг потерял интерес к этому разговору. Наташа, конечно, молодец, спасла его, но, в сущности, она поступила так, как велел ей корпоративный долг. Да, очень красивая женщина, ему приятно работать с ней, но влюбленности нет и быть не может. Генеральному директору все равно, замужем она или нет. Копаться в ее личной жизни он не собирается.

Матвеев нажал на печать, подождал, смахнул с принтера теплые, пахнущие краской листы, протянул следователю. Пусть сам выясняет, как зовут ее мужа.

– Личное дело Селивановой. Если вам интересно.

Зиньков взял распечатку без особой охоты. Похоже, он сам понял, что переборщил с подозрениями. Селиванова ничего ни от кого не скрывала, в том числе и степень владения восточными единоборствами. Работу в компании она начала с самых низов, в кабинет к генеральному директору не рвалась. То обстоятельство, что сегодня утром Наташа оказалась в этом самом кабинете, можно рассматривать как результат ее добросовестного отношения к делу, а не происки врагов.

Следователь вышел из кабинета, осмотрелся, зацепился взглядом за Наташу, направился к ней. Сержант к этому времени уже вернулся на место, но стоило появиться майору, как его сдуло с дивана. Артем же даже не шелохнулся, хотя должен был подняться и зайти в кабинет к отцу.

Следователь сел рядом с Наташей, развернул листы, которые держал свернутыми в трубочку, и выразительно посмотрел на Артема.

– Молодой человек!

Артем не должен был присутствовать при этом его разговоре с Наташей, но это следователь так думал.

– Я ее адвокат, – сказал парень, раздул губы и выпустил из-под них воздух.

Хотел майор того или нет, но такая вот се ля ви.

– Наташа! – Следователь глянул на нее со сдержанным удивлением.

Она мотнула головой. Мол, нет у меня никакого адвоката, да и не было отродясь. Наташа посмотрела на Артема как на досадное недоразумение, от которого ей хотелось избавиться.

– Попрошу вас, молодой человек! – Следователь показал взглядом в сторону.

Фактически он послал Артема куда подальше.

– А мне вот не нравится ваш интерес к Наташе! Наедине с ней остаться хотите. Сколько вам лет?

– Молодой человек, что вы себе позволяете? – Следователь смотрел на него большими глазами.

Сержант с автоматом подступил к Артему, потянулся к вороту рубахи.

Но Смит опередил полицейского, взял его за руку и сказал:

– Спокойно, сержант. Ты на чужой территории. – Он смотрел на полицейского невозмутимо, без угрозы, но тяжело.

Из кабинета вышел отец, хмуро глянул сперва на сына, потом на Смита.

– Что здесь происходит?

– Да вот хочу задать свидетелю пару вопросов… – Майор посмотрел на Наташу, перевел взгляд на Артема, требуя защиты от его наглости.

– Задавайте. – Отец кивком показал на дверь кабинета, из которого только что вышел.

Следователь увел Наташу.

Михаил Антонович сел на диван и велел секретарше подать два кофе.

– Проснулся? – спросил он, с иронией глянув на Артема.

– Да мама разбудила. На тебя, говорят, покушались.

– Покушались.

– И что?

– Как видишь, ничего.

– А Наташа – свидетель?

– Какое тебе дело до Наташи? – Отец удивленно, чуть иронично повел бровью.

– Следователь назвал ее свидетелем.

– Она не просто свидетель, а мой спаситель. Наташа обезвредила киллера и выкинула его из окна.

– Да ладно!

– А такая, казалось бы, нежная и хрупкая. Так ты, значит, уже познакомиться с ней успел?

Хорошенькая шатеночка с изумрудными глазами подала кофе и ярко глянула на Артема. Уж она-то очень хотела завести с ним романтическое знакомство. Чего не скажешь о Наташе.

– Я еще в клубе с ней познакомился.

– В клубе? – Отец махнул рукой, отсылая секретаршу. – В каком?

– Названия не помню. А что?

– Как ты с ней познакомился?

– Она танцевала, я к ней приклеился…

– Дальше что?

– Да ничего. Я к ней, она от меня. А тебе это интересно?

– Мне сейчас все интересно. Как и следователю.

– Девушка она интересная… – У Артема вдруг пересохло в горле, и он с жадностью набросился на кофе.

– А майор этот думает, что Наташа собиралась меня убить.

– Наташа?! Тебя?!

– Кто-то выпилил стекло в моем кабинете. Я стоял у окна, пил кофе, Наташа была рядом. Если бы она толкнула меня, то я вывалился бы в окно. Но Наташа пихнула на стекло киллера, который ворвался ко мне. На улицу вывалился он.

– А что она делала у тебя в кабинете?

Артем представил, как отец обнимает Наташу, сажает ее на стол, задирает юбку. Может, потому Наташа и не реагирует на сына, что влюблена в отца?..

– Убиралась она. Работа у нее такая. А с тобой, значит, в клубе познакомилась?

– Нет, не она. Это я с ней пытался познакомиться. Мы даже чуть не подрались.

– С ней?

– С парнем, который при ней был. Я к Наташе приставать начал, а он заступился. Мы сцепились, а досталось Смиту. Костя ему с одного замаха пресс пробил. Удар у него, конечно, еще тот.