Саван для блудниц - Анна Данилова

Лариса Белотелова открыла им дверь не сразу. И это при том, что охранник, встретивший Юлю и Шубина у ворот, по телефону предупредил ее о прибывших гостях.

– Ты не спишь? – по-свойски, запросто спросила Юля находящуюся в недоумении по поводу столь позднего визита Белотелову. – А мы на огонек… Ехали с Игорем, увидели в твоих окнах свет и подумали, а почему бы не заехать и не проведать нашу Ларису…

– Проходите, пожалуйста… – Лариса выглядела уже не такой простецкой и легкой в общении, как в их прошлую встречу, когда Зверев готовил им ужин. «Как же давно это было», – подумала Юля, и сердце ее при воспоминании о Сергее, который еще сегодня днем был жив, кольнуло. – Вы, наверное, все знаете от Крымова… Я так виновата перед вами, я не хотела никого обижать, просто мне показалось, что вы недостаточно серьезно занимаетесь моим делом… Но ведь мы с ним уже все выяснили…

Юля с Шубиным переглянулись. Но чтобы не попасть впросак, они, не сговариваясь, решили сделать вид, что все понимают и одновременно прощают ее. Для них сейчас самым важным было поднять настроение Ларисы и уговорить ее выпить и расслабиться. Или же, наоборот, плеснуть на какое-нибудь зеркало крови (у Юли в сумочке лежала припасенная специально для этого случая пробирка, наполненная свежей кровью и закрытая плотной резиновой пробкой – подарок санитарки Карачаровой) и подкинуть в спальню Белотеловой женские кружевные перчатки, позаимствованные на время в драмтеатре, после чего разволновавшейся Ларисе плеснуть водочки…

Но ничего такого предпринимать им не пришлось, потому что Лариса и так уже находилась в крайне взволнованном состоянии: она буквально пару часов тому назад узнала об убийстве Зверева. Ей позвонила соседка, Маргарита Евгеньевна, которая сама видела, как к дому подъезжала милицейская машина и люди, которые вышли из нее, поднялись на второй этаж и принялись взламывать дверь…

– Эта Маргарита всегда и все про всех знает. У нее муж – большая шишка, его почти никогда нет дома, а она от скуки интересуется всеми, кто живет рядом… Сплетница, короче… Так вот, оказывается, Сережу Зверева убили, а теперь пришли с обыском в его жилище… Какой кошмар!

Они сидели за столом на кухне, и Лариса готовила закуску.

– Скажи, ты была знакома с Сергеем до того, как тебя ранили? До того, как он поехал за тобой в больницу?

Лариса не ответила. Она продолжала накрывать на стол, как будто не слышала вопроса.

– У тебя с ним был роман? Да ты не тушуйся, мы же по делу спрашиваем, ведь это убийство может быть напрямую связано с нападением на тебя!

– Да не было у меня с ним никакого романа! Подвозил меня однажды на машине, разговорились. Он же все-таки мой сосед. Но какой-то странный, всегда так рассматривал меня, как будто я сделана не из кожи, костей и плоти, а инопланетянка. Но он мне, конечно, нравился.

– Хочешь, я объясню тебе, почему он так на тебя смотрел? – Юля уже готова была раскрыть свои карты, но Шубин перебил ее:

– Знаете что, вы потом поговорите о своих женских делах, а сейчас давайте выпьем.

– Правильно, – поддержала его Лариса, – помянем его… Господи, да что же это такое происходит? Молодой парень, красавец… и убили… Пьем не чокаясь.

– Подожди, мне бы водички кипяченой, – попросил Шубин.

– Ну ты прямо как женщина, – проворчала Лариса, вставая и наливая воду в стакан.

– И мне, если можно, – поддержала Шубина Юля.

Пока Лариса разливала кипяченую воду по стаканам, Шубин насыпал ей в рюмку клофелина и даже успел слегка размешать.

А спустя приблизительно час бесчувственную Ларису переодели в ту самую одежду, детали которой в свое время она нашла в этой квартире. И если эластичное белье еще можно было кое-как натянуть на тело, то с зеленым английским платьем пришлось повозиться; Юля приняла решение слегка распороть боковой шов, чтобы протиснуть в вырез платья Ларисины плечи и бедра. Даже чулки, и те надели на ноги, а на шею повесили крестик, который Крымов так и не успел, в силу то ли своей занятости, то ли расхлябанности, отдать на экспертизу. Они прихватили его из сейфа в агентстве.