Остров ученых - Эдуард Успенский

— Ну и дурак, — отвечает Чикага. — Нам и не надо уметь ею пользоваться. Ее ученые поведут.

— А что, они хотят стать пиратами?

— Пиратами? Слишком много чести! Мы из них сделаем слуг. Главный будет у нас летчиком, а этот, с попугаем, будет нас лечить.

— А садовод? Что он будет делать?

— И ему работу найдем. Будет нам ботинки чистить.

— Интересно, — говорит Сашафонин. — Это надо обдумать!

Из корзины высовывается Тур-Непс.

— Чего? — возмущается он. — Слуг из нас сделать? Да чтобы Тур-Непс вам ботинки чистил? Бандиты, эксплуататоры! Да я их себе никогда не чищу! Сейчас я вам устрою. Ложись!

Пираты выполняют приказание.

— Опять ложись! — удивляется Сашафонин. — Поразительно!

Тур-Непс что-то соединяет в моторе и убегает. Раздается взрыв. Сцена заволакивается дымом.

На грохот вбегают Адис-Абеба и Чубарик.

— В чем дело? — спрашивает атаман.

— Диверсия, — отвечает Сашафонин.

— Кто?

— Садовод, шеф, — говорит Чикага.

— Где он?

— Сбежал, шеф.

— Тьфу, — возмущается атаман, — растяпы несчастные. Ничего вам доверить нельзя. Бестолочи!

— Это понятно, атаман, — задушевно говорит Чубарик. — А что же теперь делать?

— Что делать, что делать? Все я за вас должен думать. Теперь их надо как следует напугать.

— Как?

— Очень просто. Надо кого-нибудь из них повесить.

— Правильно, — соглашается Чикага, — остальные сразу шелковыми станут!

— А кого будем вешать? — спрашивает Чубарик.

— Кого, кого, — миролюбиво говорит Адис-Абеба, — пусть жребий решает. Кому не повезет, тот и будет висеть! Давайте бумагу.

Послюнив карандаш, неуверенно пишет на бумаге фамилии ученых и бросает их в кепку Чубарика.

— Тащи, Чубарик!

Тот развертывает первую бумажку, читает по складам:

— Плюс-ми-нас.

— Не пойдет, — говорит Адис-Абеба, — он нам нужен. Как пилот. Снова тащи.

— Хню-сик, — читает следующую бумажку полуграмотный пират.

— И его нельзя, — говорит Чикага. — Мало ли, вдруг заболеем, шеф.

— Согласен. Ну, кто там следующий?

— Тур-Непс.

— Но он же убежал! — резюмирует Сашафонин.

— Значит, не будем его вешать. Кто там еще?

— Там только одна бумажка осталась.

— Вот ее и тащи.

— Вася…

— Какой еще Вася?

— Вася… на семь. Пауза.

— Ну что же, жребий есть жребий, — сокрушается Адис-Абеба. Надо же, как ему не повезло!

Пираты снимают шапки.

— Ну-ка, Чубарик, приведи его. А мы, молодчики-налетчики, пойдем готовить виселицу. Вперед!

Все уходят.

Появляется Чубарик, ведя под пистолетом Афанасия Петровича. Оба садятся на обломки мотора.

— Слушай, — говорит пират, — у тебя такой ножичек симпатичный. Дай его мне.

— Какой хитрый! А ты мне что дашь?

— Что? Да вот это. Кинжал свой пиратский. На…

— Ну, неудобно, — возражает Афанасий Петрович, — твой кинжал лучше.

— А ты мне еще что-нибудь дай.

— Что?

— Часы. У меня никогда часов не было.

— На. Только это слишком много! Ты мне тоже что-нибудь прибавь.

— Что?

— Тельняшку, например.

— А ты мне что дашь?

— А я тебе куртку дам свою.

— Вот эту? — не верит Чубарик.

— Ну да.

— А тебе не жалко?

— Нет.

— Ну спасибо! Я о такой куртке всю жизнь мечтал! Тогда я тебе вот что дам: кепку и пистолет в придачу. Бери!

— А ты бери приемник!

— Нет, не надо, — возражает Чубарик. — Это приемник Чикаги. Все равно он его отберет. Пусть он у тебя будет.

Друзья переодеваются. Теперь ситуация изменилась. Афанасий Петрович в одежде пирата держит под пистолетом переодетого Чубарика.

— Руки вверх! — автоматически приказывает он.

— Чего?

— Руки вверх, я тебе говорю!

— Эх ты, — сокрушается пират, — я с тобой по-хорошему. А ты? Давай обратно меняться.

— Ничего не выйдет. В руки берется — назад не отдается. Ясно?

В это время по сцене крадучись пробирается Тур-Непс с пропеллером от мотора. Он подходит к Афанасию Петровичу и, приняв его за пирата, с размаха бьет пропеллером по голове. Тот падает.

— Бежим, Восемьнасий, — говорит Тур-Непс Чубарику.

— Сейчас, — отвечает тот. Поднимает пистолет, выроненный Афанасием Петровичем, и со всей силы колотит им Тур-Непса. Тур-Непс укладывается рядом с Восемьнасием.

— Что, обмануть хотели? Жила долго не живет! — радостно говорит Чубарик.

Но тут на сцене появляется атаман и, приняв пирата за Афанасия Петровича, в свою очередь бьет его бутылочной ногой по голове.

— Стоит только отойти! — сокрушенно говорит он. — Эй, Чубарик, — шевелит он Афанасия Петровича в пиратской тельняшке, — сбегай, принеси воды. Мы их сейчас в чувство приведем.

Афанасий Петрович, отвернувшись от атамана, убегает. Занавес закрывается.

Афанасий Петрович выходит на авансцену и обращается к зрителям:

— А дальше, ребята, я побежал и спрятался в густых камышах. Ну-ка, поднимите все руки. Изобразите камыши.

Убегает в зал и прячется среди ребят.

На авансцене появляются встревоженные вооруженные пираты. Прикладывают руки ко лбу и рассматривают зал. Причем Сашафонин почему-то держит руку у затылка.

— Это не он? — спрашивает Чикага, показывая в зал.

— Нет, — отвечает атаман, — это пенек.

— А там? — спрашивает Чубарик.

— А там коряга, — снова говорит шеф, — ну не беда. Он от нас не уйдет! Пошли домой, мальчики. Спать пора!

Из зала выходит Афанасий Петрович, объясняя зрителям происходящее:

— Итак, ребята, они пошли спать, а я тихонько пробрался к ученым.