Эвкалиптовый пришелец - Цербер Джонс

Чарли просиял, увидев, как огромный кусок крысиного меха вместе с усами отлетает в сторону, срубленный взмахом меча. Даже Амелия задрожала от волнения.

Очередной взрыв сотряс кухню, на этот раз подбросив в воздух жгучую волну щебня. Амелия закашлялась и краем футболки стёрла пыль с глаз.

– Сколько ещё у них там бомб? – наполовину злясь, наполовину восхищаясь, возмущался Чарли.

Довольно много, как оказалось: не таких разрушительных, как первая, что разворотила пол, но всё равно скверных.

– Как смогут бринхаскийцы выстоять против такого? – спросила Амелия у леди Наоми, но та лишь кивнула в сторону сражения:

– Смотри.

Со временем Амелия уловила закономерность – бомба срабатывала всякий раз, как нападение крыс заканчивалось провалом. Они выстраивались в свои идеальные шеренги и атаковали плечом к плечу, стараясь задавить противника числом. Но воины Брин-Хаска неизменно встречали их неуёмной яростью своих мечей и отбрасывали назад. Отступая, крысы взрывали бомбу, стремясь компенсировать свои потери.

Взрывы участились. И хотя такая бомбардировка выглядела как громогласное превосходство крысиных сил, на самом деле она лишь доказывала укрепление позиций бринхаскийцев.

– Они побеждают! – ликовала Амелия. – Они уже почти победили!

Очередная бомба разнесла в щепки дверцы буфета, и столешница, на которой расположились наблюдатели, опасно пошатнулась. Почти сразу за взрывом последовала новая волна гравия, и крысы, казалось, ударились в панику. Их ряды смешались. Они расталкивали друг друга и карабкались по телам павших в отчаянных попытках покинуть поле боя.

– Всё кончено, – произнесла леди Наоми. – Король Хиббл не станет сражаться с теми, чья оборона рухнула. Смотри: видишь его там с палашом? Сейчас он предложит им сдаться и начнёт брать пленных.

Но стоило только королю Хибблу повысить голос и объявить о своём милосердии, как по кухне разнёсся резкий шипящий звук и всё освещение разом мигнуло и потухло.

– Что такое? – взревел король Хиббл.

Шипение усилилось. В полумраке Амелия увидела, как красные огоньки крысиных глаз, в последний раз вспыхнув, погасли. На кухне воцарилась непроглядная темнота. Даже лунный свет не проникал снаружи. И в этой темноте воздух вокруг них начал сгущаться от неприятного запаха влажного горелого меха. А потом раздался тихий жужжащий хлопок – словно большое насекомое влетело в электромухобойку, – один, другой, третий…

Когда в комнате снова загорелся свет, король Хиббл огляделся в недоумении – лицо его вытянулось, а потом и вовсе скривилось. Повсюду на земле лежали слегка дымящиеся тела крыс, убитых электрическим током.

– Они что, взорвали сами себя? – опешил Чарли.

– Возможно, – ответила леди Наоми. – Или это сделал кто-то другой.

– Но кто? – удивилась Амелия. – Не мог же это быть король Хиббл?

Леди Наоми покачала головой:

– Никогда. Никто из бринхаскийцев не поступил бы так бесчестно.

– Тогда кто?

– Хороший вопрос. Возможно, если бы мы знали, кто поместил кибертронику в обычных земных крыс…

– Так они не с другой планеты? – спросила Амелия.

– Нет. Бедняги лишь послужили вместилищем чужих технологий. К сожалению, я пока не знаю, чьих именно и какую цель преследовали эти неизвестные. Одно мы можем сказать наверняка: они скорее истребят всех своих подопытных, нежели позволят нам поймать живьём хотя бы одного.

– Но у меня же получилось! – встрепенулся Чарли. – Я же поймал Хьюго, и мы даже заперли его в аквариуме.

Лицо леди Наоми засветилось ответной радостью:

– Правда? Какой же ты молодец! Теперь, если у нас получится…

– Вот только Джеймс его выпустил, – перебил её Чарли, и его энтузиазм сразу сошёл на нет.

Леди Наоми слегка растерялась. Нечто большее, чем разочарование, промелькнуло в её глазах – почти горечь. Но потом она заставила себя улыбнуться и сказала:

– Хорошо. Понимаю. Не стоит переживать об этом.

Она потянулась и поднялась с хлебницы, а затем легко соскользнула вниз на одну из открытых балок в разрушенном полу, приземлившись аккуратно, словно акробат.

– Осталась ещё пицца?

Она пересекла поле боя, перепрыгивая с балки на балку, балансируя на узких деревяшках без видимых усилий. В дверном проёме она обернулась и поклонилась воинам Брин-Хаска, что махали ей на прощание из того бардака, в который превратилось пространство под полом.

Чарли перегнулся через край раковины и оглядел результаты побоища. По кухне разлетелись клочья шерсти, повсюду лежали останки зарезанных крыс. В воздухе стоял невыносимый запах крови, внутренностей и опалённой шерсти. Трудно представить, чтобы кому-нибудь пришло в голову снова здесь готовить. А посреди всего этого король Хиббл, смеющийся и довольный, уговаривал барда Энрика сочинить новую балладу.

– Да я ничего более клёвого в жизни своей не видел! – выпалил Чарли.

– Да, – согласилась Амелия, продолжая восторженно смотреть вслед леди Наоми. – Полностью с тобой согласна.

Отцу оставалось только смеяться, глядя на разрушенную кухню. Не тем радостным смехом, который отличает счастливых людей, а каким-то беспомощным, истеричным. А вспомнив, что мистер Снейвли вернётся завтра вместе с вышестоящим начальством, он и вовсе разразился диким хохотом.

– Что ж, мы не можем это спрятать, – рассудила мама, – или починить, или как-то изменить, а значит, нет смысла и беспокоиться.

– Но что же нам делать? – спросила Мэри.

– Прямо сейчас – ничего.

Джеймс словно язык проглотил. Выражение немого шока застыло на его лице, когда воины Брин-Хаска прошествовали мимо него, возвращаясь на лужайку к покрывалу для пикника. А увидев кухню, он ещё и побледнел.

Амелии стало жалко брата. Она понимала, что ему почти физически больно признавать свою неправоту и реальность существования инопланетян. А включить в свою картину мира межгалактический портал, ещё и расположенный практически на заднем дворе, ему будет совсем непросто.

Она задумалась: приведут ли изменения в его мировоззрении к изменениям в его поведении? Было бы здорово, если бы он перестал строить из себя мега-придурка и снова стал тем сравнительно нормальным старшим братом, которого она всегда знала.

Джеймс заметил на себе её взгляд и буркнул:

– Чего тебе?

Не дожидаясь ответа, он развернулся и зашагал наверх в свою комнату. Амелия услышала, как брат громко хлопнул дверью, а спустя несколько секунд врубил музыку на полную громкость.

Девочка покачала головой и вышла на веранду. Леди Наоми наконец принесла отважным бринхаскийцам водоросли, и они, расположившись у костра, что развели прямо на садовой дорожке, жарили их на прутиках так же, как Амелия обычно жарила маршмэллоу. Бард Энрик снова запел. На припеве к нему присоединились все воины, сплетая свои голоса в прекрасной гармонии: