Эвкалиптовый пришелец - Цербер Джонс

Но вдруг Джеймс, проглотив кусок пиццы с анчоусами, разломил хрустящую корочку и поднял крышку аквариума с киберкрысой.

– Держи, приятель, – произнёс он, опуская угощение внутрь.

– Стой, Джеймс, не… – только и успел выкрикнуть папа, в то время как крыса уже прыгнула на запястье Джеймса, взбежала по его руке и оттолкнулась от плеча. Пролетев через всю комнату, как пушистая баллистическая ракета, она приземлилась на ковёр рядом с Мэри и помчалась в сторону кухни.

– …открывай аквариум, – понуро закончил отец.

К тому времени как король Хиббл и его воины прошли сквозь нарциссы и остановились у гостиничных ступеней, солнце давно опустилось за горизонт, а пицца остыла. Амелия и Чарли встречали гостей. Они расстелили на траве старое покрывало для пикника и выставили на его середину четыре пиццы, а также ёмкость с водой, чтобы солдаты смогли пополнить свои фляги.

Угощение смели за считаные минуты, и Амелия поняла, что ей придётся принести ещё как минимум восемь пицц на добавку. Для своих ничтожных размеров бринхаскийцы оказались крайне прожорливы. Когда они наконец насытились и завалились на спины, поглаживая животики, король Хиббл хлопнул в ладоши и позвал:

– Энрик! Бард Энрик – где же ты? Твой король желает услышать балладу!

Чарли тихонько фыркнул и шепнул на ухо Амелии:

– Он что, сейчас будет петь? Или стихи читать? Вот отстой, – пробормотал он себе под нос.

– Ваше величество, – Энрик поднялся, сжимая в руках небольшой струнный инструмент, – о чём мне спеть для вас?

– О королеве Горрик и Грауке, – произнёс король Хиббл.

Воины одобрительно загудели, а Чарли закатил глаза.

Энрик откашлялся, пробежался пальцами по струнам и запел высоким красивым голосом о событиях настолько пугающих, что волоски у Амелии на руках встали дыбом. Он пел о вторжении Граука на Брин-Хаск. И хотя в балладе не говорилось прямо, кто такой этот Граук, у девочки сложилось впечатление, что он самое настоящее чудовище – огромный монстр размером с десять воинов Брин-Хаска, с угольно-чёрной шерстью и глазами светящимися, словно раскалённый металл. Его образ – тихий, коварный, неуловимый – ожил перед ней. Никто не был способен заметить приближение Граука до тех пор, пока не становилось слишком поздно: он избегал всех ловушек, обходил все засады и сокрушал любое оружие.

Амелия внимала песне Энрика словно в оцепенении, но потом увидела, что король Хиббл идёт в их сторону.

– Простите, милорд, – пролепетала девочка. – Это невежливо слушать? Мы можем уйти отсюда.

Но даже сейчас, в разговоре с королём, всё её внимание было поглощено тем, что описывал в этот момент Энрик: королева Горрик вышла сразиться с Грауком.

– Нет, детёныш, – ответил король. – Но мы хотим спросить вас.

Амелия кивнула.

– Когда вы оставили нас у портала и отправились вперёд, с тем чтобы всё здесь подготовить, разве не шла речь о морской траве для наших воинов?

– Ох, – Амелия запнулась. – Да. Так и было.

– Но мы не видели её среди угощений.

– Нет.

Под строгим молчаливым взглядом короля Хиббла Амелия исправилась:

– Нет, сир. Ваше величество.

– Что произошло?

– Крысы, – прямо признался Чарли.

– Что такое крысы?

– О, это мерзкие создания, – отвечал мальчик. – Самые обычные-то крысы злобные твари, а эти и того хуже. Они какие-то инопланетные и кибернетические, и они заполонили нашу гостиницу! Поэтому папа Амелии и не пустил нас на кухню за водорослями.

Король Хиббл пристально посмотрел на Амелию:

– Эти существа вынудили вас покинуть собственный дом?

Амелия кивнула:

– Да, милорд. А завтра приедут люди из Управления, которые выселят нас насовсем. Или, может, даже посадят за решётку. Мы пока не знаем точно.

После этих слов король Хиббл ощетинился, его мех встал дыбом, а глаза заблестели. Он обернулся к своим сонным солдатам, прикорнувшим на покрывале для пикника.

– Воины Брин-Хаска! – воззвал он.

Бард Энрик прекратил петь, и тотчас же все воины поднялись, внимая своему королю.

– Сегодня вечером нам отказали в нашем традиционном угощении из морской травы – отказали из-за ужасной скверны, обрушившейся на этот дом!

Солдаты оживились, недовольно ворча и подзуживая друг друга.

– Чума, – продолжал король, – что лишила этих великанов их дома, уже завтра обернётся для них позором изгнания. Знаете ли вы, что это означает?

Воины взревели, и Амелия увидела, как в воздух вздымаются их мечи и дубинки, как щиты с треском ударяются друг о друга.

– Да! – вскричал король Хиббл. – У нас есть достойный противник! У нас есть шанс выжечь наше бесчестье! И если кто-нибудь из нас выживет в этой битве, чтобы сложить о ней песни, мы вернёмся домой увенчанные славой! Ибо мы сражаемся насмерть!

Король Хиббл затрубил в охотничий рог, и воины выстроились в боевом порядке.

– В атаку! – завопил он, и волна крошечных разноцветных воинов прокатилась по лужайке, устремляясь к ступеням. Она пронеслась мимо Амелии и Чарли, пенясь яростью, и ворвалась в гостиницу.

Амелия моргнула. Оказывается, бринхаскийцы способны двигаться с невероятной скоростью, когда хотят выиграть битву. Вскочив на ноги, она и Чарли припустились за ними.