Как стать героем - Кристофер Хили

Сограждане взволнованно загалдели, и тогда король шагнул вперед, встал рядом с сыном и обратился к толпе:

– Ха-ха. Ох уж этот Лиам. Ваш принц над нами подшучивает.

– Нет, отец, – возразил Лиам. – Я серьезно.

– Я же говорила, он все испортит, – пробурчала королева Гертруда. – Слишком уж он правильный!

– Послушайте, – сказал Лиам. – Мы с принцессой Шиповничек друг другу не подходим.

– Но ты же ее любишь! – воскликнул король, встопорщив длинные усы.

– Нет, не люблю, – просто ответил Лиам.

– Ты поцеловал ее и снял злые чары! – напомнила королева. – Поцелуй любви!

– Мне кажется, тут все как-то по-другому устроено, – вздохнул Лиам. – По-моему, ее мог разбудить поцелуем кто угодно. И вообще – разве можно полюбить девушку, которую никогда не видел?

– Именно так и надо! – прогремел король. – Ты женишься на принцессе Шиповничек! Так написано!

– Ты же сам и написал, – отмахнулся Лиам, который уже начал сердиться на родителей. – Ты все за меня решил, когда мне было всего три года. У меня никто не спрашивал, хочу я на ней жениться или нет!

– У тебя нет выбора! – отрезала Гертруда.

– Послушайте, мама и папа, – прошептал Лиам. – Вы с ней когда-нибудь разговаривали? Она не очень хороший человек.

– Неужели ты думаешь, будто мне есть дело до ее характера? – зарычал Гарет. – Ее семья невообразимо богата!

Услышав подобное признание в алчности, Лиам был потрясен. Он перевесился через перила балкона и закричал:

– Свадьба отменяется! Прошу меня извинить!

В мгновение ока толпа принялась свистеть и улюлюкать – так же громко, как приветствовала его минуту назад. Крики «Наш герой!» сменились воплями «Предатель!». Лиам впервые в жизни столкнулся с тем, что народ Эринтии им недоволен. Словно любимые золотые рыбки в аквариуме ни с того ни с сего обернулись свирепыми пираньями. Лиам растерялся и даже несколько испугался.

– Стыдно должно быть! – завизжала какая-то женщина.

– Тоже мне принц! – заорал какой-то мужчина.

Лиам крикнул вниз:

– Верьте мне, люди! Я же тот самый герой, каким был всегда, правда?

– Нет! – отозвался кто-то и швырнул в принца башмаком. Тут на балкон полетела всякая всячина – трости, камни, бутерброды.

– Поразительно, – пробормотал Лиам. – Это мятеж.

В лицо королю Гарету угодил помидор, и на усах повисла красная мякоть. Гертруда принялась стирать грязь с пышной растительности на лице супруга.

– Мы тут ни при чем! – сердито крикнула она толпе. – Мы как раз хотим его женить!

Она перехватила в полете черствую булочку и швырнула обратно в толпу.

– Домой, быстро! – Это была сестра Лиама. Она схватила его за руку и втащила за двери.

– Лила, ты понимаешь, что происходит? – спросил Лиам, когда принцесса закрыла узорчатые стеклянные двери. – Я с самого начала подозревал, что родители не против заполучить богатства Авонделла, однако, право же…

– Очевидно, маму с папой волнуют только деньги, и больше ничего, – ответила Лила. – По-моему, всех остальных на площади тоже. Я понимаю, они давным-давно ждут не дождутся королевской свадьбы, и все-таки… бе-е!

– Я предполагал, что будет недовольство, – продолжал Лиам. – Но чтобы так!..

– Подожди, они немного успокоятся, и я со всеми поговорю и постараюсь все уладить, – сказала Лила.

Рис. 13. Принцесса ЛИЛА

– Лила, пойми меня правильно, тебе всего двенадцать… – начал Лиам.

– Сама знаю, – лукаво улыбнулась Лила. – А значит, у меня с минуты на минуту может начаться переходный возраст. Зато пока еще я не лишена детского очарования. Отлично покоряет сердца. Честное слово, я только поэтому хожу в этих букольках, как нравится маме. В общем, я напомню этим людям, сколько поразительных подвигов ты совершил за последние годы. Ты мой герой. И уж я добьюсь, чтобы ты снова стал их героем.

В эту минуту Лиам почувствовал, что любит сестру крепче прежнего.

– Задал я тебе работенку, – проговорил он. – А мама с папой как же? Честно говоря, мне кажется, они женят меня на принцессе Шиповничек против моей воли.

– С ними я тоже разберусь, – отмахнулась Лила. – Только пока не спрашивай как, я еще не придумала. Наверное, постараюсь их убедить, что потерять сына куда хуже, чем отказаться от груды золота. На это нужно время. А ты пока поезжай отдохни.

– Отдохнуть? Куда?

– За границу. В Эринтии у всех на тебя здоровенный зуб. Так что поезжай туда, где о тебе никто ничего не знает, кроме того, что ты персонаж из «Спящей красавицы».

– Ха! Из этой баллады? За границей никто не знает, что я оттуда, там же не говорится, как меня зовут!

– Вот именно, – кивнула Лила. – Побудешь просто Прекрасным Принцем. Прекрасных Принцев все любят. Верни себе славу.

– Какую славу? Прекрасный Принц вообще не герой, – проворчал Лиам. – Все считают, будто он всего-навсего поцеловал девушку и разбудил ее. А у меня заслуг гораздо больше!

– Лучше пусть тебя любят за какую-то ерунду, чем ненавидят за просто так, правда? – спросила Лила.

Лиам подумал над советом сестренки. Лила была совсем ребенок, но очень умная. В прошлом ей доводилось попадать в самые разные заковыристые истории – и благополучно из них выбираться. А в ее нынешнем плане определенно просматривалась логика. Прилежные размышления были прерваны внезапным грохотом – это в дверь балкона попала жареная индейка и на вышитый ковер посыпались осколки стекла и начинка.

– Тяжелая у кого-то рука, – заметил Лиам.

Сестра потащила его к лестнице, которая вела в дворцовую кладовую, и они наскоро обнялись на прощание.

– Тебя снова полюбят, не беспокойся, – заверила его Лила. – А теперь поторапливайся, выйдешь через черный ход. А мне надо идти спасать наших жадюг-родителей.

Она оставила Лиама на верхней ступеньке и бросилась обратно на балкон.

– Спасибо, сестричка, – проговорил принц ей вслед. Сбегая по лестнице, он слышал, как принцесса кричит беснующейся толпе:

– Эй, кто это тут птицами кидается?

Лиам бесшумно проскользнул через кладовую в королевскую конюшню. Поскольку практически все граждане королевства собрались на площади по другую сторону дворца, ни слуги, ни конюхи не видели, как он вскочил на своего вороного жеребца и ускакал через задние ворота дворца.