Сын миллионера - Марта Ливингстон-Муди

— У вас очень вкусный чай, миссис Дове! — заметил мальчик с видом знатока, мешая чай простой алюминиевой ложечкой. — У нас всегда подается серебряный чайный прибор, а когда бывают гости — позолоченный. Но фарфоровый чайник мне нравится больше: из него чай вкуснее. Я попрошу маму купить такой же!

В эту минуту кто-то сильно постучал в дверь.

— Войдите! — крикнула миссис Дове, и на пороге показались мистер Чарльз Лоренц и полисмен Мерфи.

В первую минуту Реджинальд опустил голову с видом напроказившей собачки, поджавшей хвост при виде сурового хозяина, но затем соскочил со стула и бросился навстречу своему кузену.

— Знаешь, Чарли, — мальчик открыто взглянул в лицо двоюродному брату, — вчера вечером мама сказала мне, что я могу делать, что хочу. Вот я и убежал из дома. И был счастлив!

Эти слова напомнили мистеру Лоренцу, что и он когда-то был мальчиком. Вместо ответа он подхватил маленького бродягу на руки и крепко прижал к груди.

— Значит, ты был счастлив? — усмехнулся он. — Очень рад, очень! Во всяком случае, ты провел день счастливее меня и мадемуазель Кларет.

И, поблагодарив миссис Дове за радушие, с каким она приняла у себя его родственника, мистер Лоренц поспешил домой, чтобы поспеть до приезда тетушки.

Глава XV

Про таинственный рецепт доктора Кемпера

Они подъехали к дому как раз в тот момент, когда миссис Лоренц выходила из наемного экипажа, взятого ею на железнодорожной станции. Она очень удивилась, что ее никто не встретил на перроне, и сейчас, увидев выходящего из коляски Чарльза, подумала, что произошло какое-то недоразумение.

— Почему ты не встретил меня? Или мы разминулись по дороге? — упрекнула она племянника, но тут увидела сына, который пылко бросился ей на шею. — Бесценный мой мальчик! — воскликнула она. — Ты хотел встретить свою маму?

— О нет! Я убежал от мадемуазель и только что вернулся. Но все кончилось отлично! И знаешь, мама, у меня не было денег, я заблудился, сильно проголодался, и булочница дала мне вкусное печенье, а потом Чарли и Мерфи нашли меня у миссис Дове, и теперь я дома и совсем здоров, мама!

— Что это значит, мадемуазель? — строго обратилась миссис Лоренц к гувернантке, которая все это время с тревогой ждала маленького беглеца у окна и при виде подъехавшей коляски выбежала из дома.

— Ма-а-ама! — с укоризной протянул Реджинальд. — Ведь я уже объяснил тебе, что случилось! Я один виноват во всем, и ты можешь делать выговор только мне и даже немножко себе, потому что сама разрешила мне вчера делать, что я захочу.

Неожиданное бегство сына совсем смутило миссис Лоренц.

— Чарльз, — обратилась она к племяннику, входя с мальчиком в дом, — немедленно пошли Тиммона за доктором Кемпером. У Реджинальда, кажется, начинается лихорадка, надо срочно начинать лечение!

— Мама, мне не нужен доктор Кемпер: я здоров и сыт. Кстати, ужин у миссис Дове был гораздо вкуснее нашего. Если бы я был ее сыном, я бы тоже жил на крыше, откуда виден весь свет, и помогал бы Лиззи делать кукол для больных детей!

— Мадемуазель Кларет, вы можете идти в свою комнату. И пришлите ко мне Мэри! — приказала миссис Лоренц озабоченной гувернантке, готовившейся оправдываться перед хозяйкой.

— Уверяю вас, мэм, я ни в чем не виновата… Я только на минуту вышла из комнаты…

— Я не хочу ничего слышать! Ступайте! — строго прервала ее миссис Лоренц.

Реджинальд догнал гувернантку и бросился ей на шею.

— Не беспокойтесь, мадемуазель, — постарался он утешить несчастную француженку. — Я все улажу с мамой. Вы не виноваты, что я убежал, и вас не за что бранить.

— Вы осрамили меня на весь город, сэр, — рыдала гувернантка, — меня теперь лишат места!..

— Нет, я не хочу! Вы никуда не уйдете! Не пущу! — воскликнул мальчик, убегая назад к позвавшей его матери.

В это время мистер Лоренц вернулся с доктором.

— Что приключилось с моим маленьким пациентом? — спросил последний.

— Я убежал из дому, и теперь мне придется в наказание принять какое-нибудь лекарство! — с готовностью заявил Реджинальд.

— Посоветуйте, доктор, что мне делать с Реджинальдом? — воскликнула раздраженная мать, обращаясь к врачу, считавшему пульс мальчика.

— Мне кажется, вам следует дать вашему энергичному мальчику побольше свободы: это будет для него лучшим лекарством! — ответил доктор, давно выжидавший случая высказаться на эту тему.

— Больше свободы! Ведь он может сколько угодно бегать по всему дому, кататься и ездить верхом по парку, не говоря уже о прогулках на яхте, экскурсиях в горы и на морской берег!.. Не посоветуете ли вы мне еще, доктор, пустить его одного бегать по улицам и ходить в школу? — спросила с иронией миссис Лоренц.

— Это было бы недурно для вашего сына, — невозмутимо кивнул доктор. — Тем более что у мальчика нет ни товарищей его лет, ни отца, который направлял бы его.

— Вот это было бы чудесно! — воскликнул Реджинальд, обрадовавшись, что доктор принял его сторону. — А что такое школа, доктор?

— Это большая комната, в которой учится много мальчиков. После урока они весело играют друг с другом, а иногда даже немножко дерутся, как это часто случается с маленькими буянами…

— Вот здорово! Мне это нравится! — Реджинальд пришел в неописуемый восторг. — Чарли учил меня фехтовать и боксировать, но я думал, что это какая-то игра, и мне скоро надоело. А ведь при потасовке это очень пригодится, правда, доктор? Слушай, Чарли, — обратился Реджинальд к забавлявшемуся над ним кузену, — давай с завтрашнего дня снова начнем наши уроки? Пожалуйста!

— Не находите ли вы еще нужным, доктор, — продолжала иронически миссис Лоренц, — чтобы Реджинальд, после общей школы, прошел курс в вашей больнице и подхватил там какую-нибудь заразу?

— Да, да, доктор! Обязательно! В больницу я тоже хочу ходить! Лиззи говорит, что у тех больных детей нет другого дома и они рады даже старым игрушкам. Мне кажется, я бы многому научился, если бы побывал там!

— Ты прав, мой мальчик, и, если твоя мама позволит, я когда-нибудь возьму тебя с собой в больницу и покажу тебе моих маленьких пациентов.

— А еще, доктор, — продолжал Реджинальд, — мне бы хотелось купить такую больницу, как ваша, и сделать всех детей счастливыми!

— А не лучше ли тебе купить красивый дом для себя самого? — спросил доктор, желая испытать мальчика.

— Разве красивый дом может кого-нибудь осчастливить? — удивился Реджинальд. — Он бы быстро мне надоел…

— Так ты хочешь осчастливить кого-нибудь, не так ли, мой милый? — спросил доктор, притягивая к