Новые чудеса Дивнозёрья - Алан Григорьев

Сперва Тайка испугалась, что её будут ругать, и только потом сообразила, что вроде бы не за что. Ну правда, какое дело продавщице до её поздних возвращений или плохих оценок?

А тётя Валя даже не поздоровалась, сразу с порога к делу перешла:

— Слышь, а правду говорят, что ты экстрасенс, или брешут?

Тайка несколько опешила, а опомнившись, замотала головой:

— Э-э-э… не совсем. Точнее, совсем нет. Я ведьма вроде как. — Она повернула ключ в замке.

— Знахарка, что ль? — грубый голос тёти Вали прозвучал разочарованно. — Типа хвори всякие лечишь травками да припарками? Ну нет, мне экстрасенс нужен.

Она начала спускаться с крыльца, и Тайка уже ей в спину спросила:

— А вам зачем?

Тётя Валя вздрогнула и развернулась так резко, что Тайка аж голову в плечи втянула — ей показалось, что пожилая грузная женщина сейчас ка-а-ак замахнётся…

Спустя мгновение ей стало ясно: это не враждебность, а страх. Настойчивые поиски «экстрасенса» наводили на мысли, что без нечисти тут не обошлось…

— Полтергейст у меня, — подтвердила тётя Валя её догадку.

— Где? Дома?

— В магазине. Лика велела к тебе обратиться. Поможешь?

— Может, чайку? — Тайка распахнула дверь.

Она из вежливости спросила, потому что бабушка так учила. Мол, дела с наскоку не делаются, сперва надо гостя успокоить, потом расспросить. Даже если этот гость тебе не очень-то нравится.

Тётя Валя шагнула через порог, даже не подумав снять резиновые сапоги или расстегнуть сиреневую пуховую кофту:

— Я сюда не чаёвничать пришла. Спрашиваю, поможешь или нет? И почём, кстати, берёшь?

— Да я вроде как бесплатно, — Тайка в растерянности развела руками.

Ну почему с некоторыми людьми так тяжело?

— Это ты зря, — тётя Валя приподняла уголки губ, вышла какая-то недоулыбка. — Когда своё дело знаешь, оплату брать — не грех. Хорошо хоть работаешь?

— Да вроде пока никто не жаловался, — Тайка ничего не хотела обещать этой хмурой женщине. Раз у них с самого приветствия не заладилось, то дальше будет не лучше.

— Хорошие отзывы — это важно, — кивнула тётя Валя. — Ладно, слушай: у нас на складе с неделю назад завелось… нечто. Вроде никого не видать, а паштетов недостача, и только упаковки пустые повсюду. А порой слышу — половицы скрипят, будто кто-то ходит, сопит, кряхтит, а никого не видать. Хозяин смеётся, мол — пасюки серые Валюху напугали. А я не из пугливых вообще-то. Вчера опять сунулась, так мне жестянкой в лоб прилетело. Вон какая шишка под волосами, смотри! Сама понимаешь, в деревне живём — знаем, что крысы в людей жестянками не кидаются. Значит, полтергейст.

— М-м-м… а больше ничего подозрительного не случалось? — Для того, чтобы делать выводы, у Тайки пока было маловато данных.

— Оно конфеты любит, — тётя Валя понизила голос до шёпота. — Я сперва даже думала — дети влезли. Хворостину припасла, чтобы, значится, по заднице отоварить, когда ещё полезут. И опять, понимаешь, никого. Только фантики.

А вот это было вполне в стиле Пушка. Помнится, однажды Тайка застукала коловершу, когда тот стащил из магазина «сникерс», отчитала и заставила отнести деньги. Пушок, конечно, поклялся, что никогда больше не будет так делать, но вдруг опять не устоял?

Главный подозреваемый в это время спал на печке и в ус не дул. Тайка покашляла — ноль внимания. Тогда она изо всех сил грохнула сковородкой.

— А? Что? — Пушок вскочил на все четыре лапы. — Пожар? Ураган? Наводнение?!

— Так, значит, в магазине были обнаружены фантики, а конфеты кто-то съел? — громко переспросила Тайка у тёти Вали. Пускай коловерша теперь оправдывается.

— Тая, ты серьёзно думаешь, что это был я? — рыжий сластёна воззрился на неё с видом оскорблённой невинности.

Ему бы сейчас даже суровая продавщица поверила, если бы, конечно, могла его видеть.

— Килограмма четыре пропало, — вздохнула тётя Валя. — В основном «сникерсы».

— Ага, «сникерсы», — с нажимом повторила Тайка, упирая руки в бока. — Знаю я одного любителя…

— Клянусь, я ни при чём! — Пушок кувыркнулся с печи и завис в воздухе прямо перед лицом Тайки, мельтеша крыльями. — Я же обещал: больше никогда! Друзей подозревать очень плохо, Тая.

— А ещё этот полтергейст фантиком игрался. Будто котёнок невидимый, — вспомнила тётя Валя. — И я вот чего нашла.

Она протянула Тайке крапчатое перо.

— М-м-м, улика, — Тайка сурово глянула на Пушка.

Тот, в отчаянии закатив глаза, заложил вираж вокруг люстры (продавщица аж поморщилась, одёрнув рукава кофты: откуда сквозняк?) и, камнем пав на умывальник, взвыл:

— Меня подставили! Тая, идём скорее на место преступления. Детектив Пушок снова в деле. Я вычислю вора, и мы сдадим его участковому, правда? Правда? За хищение шоколадных запасов родины в особо крупных размерах и за клеветнические ин-тен-ци-и!

— Что?

— Ах да, я забыл, ты не понимаешь по-нашему, по-следовательски. За всякие безобразия, в общем.

— Ладно, давайте осмотрим склад, — согласилась Тайка.

— Прямо сейчас? — продавщица побледнела, но через мгновение взяла себя в руки. — Ну да. Когда-то же всё равно придётся. Лучше раньше, чем позже. Как раз хорошо: уже вечер, магазин закрыт.

Тайке стало жаль её.

— Вы можете остаться снаружи.

— Хотела бы, да не могу, — вздохнула тётя Валя. — Материальная ответственность — это тебе не хухры-мухры.

— Думаю, это барабашка, — коловерша всю дорогу тараторил, не переставая выдвигать версии. — Или, как вариант, кикимора-шоколадница.

— Такой не бывает, — шёпотом, чтобы тётя Валя не слышала, ответила Тайка.

Ей едва хватило сил, чтобы не рассмеяться. Ну Пушок и выдумщик!

— Если кикимора-яблочница тырит яблоки в саду, почему бы не быть кикиморе-шоколаднице?

— Ага, а ещё кикимора-капустница, кикимора-павлиноглазка и кикимора-моль! — она всё-таки прыснула в кулак, не удержалась.

— Всё бы тебе хиханьки… — проворчал коловерша. — Знаешь, какая нынче моль пошла? Ничем не брезгует. У деда Фёдора в шапке дыру проела. А шапка была син-те-ти-чес-ка-я! В общем, записывай версию: моль-шоколадожорка, особо опасная…

— Слушай, а это не могут быть твои друзья — дикие коловерши? Перья, невидимость, фантики, мясной паштет — вроде всё сходится.

— Исключено, — Пушок мотнул головой. — Они же отсталые, в лесу сидят, всего нового боятся, ещё и конфетами брезгуют, дурачки… Да не знают они, где этот магазин. Я даже Ночке не показывал. Слушай, может, там складовой безобразничает? Если есть домовой, значит, должен быть и складовой…

Его болтовня Тайку успокаивала. Уже у самого магазина Пушок заверил:

— Не дрейфь, Тая, я с тобой! Прорвёмся!

А вот у тёти Вали незримого помощника с языком без костей не было, поэтому она не сразу попала ключом в замок: вот