Уроки без правил - Антон Давидович Иванов

Класс грохнул.

— Да чего вы смеетесь? — возмутился Тимка. — Сами попробовали бы поймать этих гидр. Видимо, пока я траву рвал, они смылись.

Теперь Варвара Аветовна взирала на него с неподдельным интересом.

— С ума сойти, — всплеснула руками она. — Надо ж, какие твари коварные.

Тимке бы остановиться и подумать. Глядишь — все бы и обошлось. Но его уже охватил азарт, и он вдохновенно продолжил:

— Только, Варвара Аветовна, не подумайте, что я сдался. Мы с предком еще раз ходили на это озеро. Он не хотел, но я настоял.

— Какой молодец! — воскликнула Приветовна, и мне показалось, что она скоро тоже не выдержит.

— Я повторил весь эксперимент сначала, — по-моему, Тимка уже сам сейчас верил, что так все и обстояло на самом деле. — Наконец эта гидра как миленькая оказалась у меня в банке.

— Что же ты с ней потом делал? — осведомилась Приветовна.

И Тимур не задумываясь ответил:

— Я, конечно, хотел за ней наблюдать. Но, понимаете, сперва ее кормить было нечем. Озеро-то далеко. Откуда я ей буду рачков носить?

Тут Серега Винокуров проорал:

— Подумаешь, рачков нет! Попросил бы предков из города креветок привести!

Все снова расхохотались. Приветовна резко повернулась к доске и не своим голосом скомандовала:

— Тише, тише. Не мешайте человеку отвечать.

— Тимка, закругляйся, — шепотом посоветовал я.

Вот он и закруглился:

— А во-вторых, мою гидру слопала наша кошка Мурка.

Тимка, видимо, счел это эффектной концовкой. Однако Приветовна жаждала продолжения:

— Сочувствую тебе, Сидоров. Но раз ты все-таки имел возможность хоть какое-то время наблюдать гидру, может, расскажешь нам, как она выглядит? А еще лучше выйди к доске и нарисуй.

Класс выжидающе затих. Тимка с остановившимся взглядом поплелся к доске. В последний момент я все же успел шепнуть ему: «Гидры бывают до трех сантиметров».

Тимур не торопясь приблизился к доске. Каждый бы на его месте не стал спешить. Взяв мел, он, как бы примериваясь, потыкал им в доску. Затем кинул сосредоточенный взгляд на биологичку:

— Варвара Аветовна, как вы ее предпочитаете? В натуральную величину или в масштабе?

Вопрос застал Приветовну совершенно врасплох.

— Наверное, все-таки лучше в масштабе, — неуверенно ответила она.

— Ну, конечно, — небрежно бросил Тимка. — Гидры-то они всего до трех сантиметров длиной бывают. Как же мне такую махонькую нарисовать?

— Рисуй, Сидоров, какую хочешь. Но, разумеется, лучше, чтобы все могли разглядеть. Даже Винокуров на задней парте.

— И раков, Сидор, нарисуй, — немедленно заржал Серега.

Ну, Тимка и нарисовал. Во всю доску. Нечто среднее между головастиком и одноглазым китом.

— Эт-то что такое? — потыкала указкой в чудище биологичка.

— Как что? — в свою очередь изумился Тимка. — Гидра. Вы просили, я нарисовал. Вот тут у нее рот, — указал киту куда-то под глаз он. — А здеся, — палец его коснулся хвоста чудовища, — подошва такая.

Про подошву гидры Тимка почерпнул сведения откуда-то из глубин своей прошлогодней памяти. В задании, которое я нашел ему, этого не было. Хотя подошва у гидры и впрямь есть. Вот только ни на кита, ни на головастика гидра не похожа. Уж если с чем ее можно сравнить, так скорее с пальмой.

— Сидоров, Сидоров, — покачала головой Приветовна. — Сказал ты все правильно, но нарисовал не гидру.

— А у меня такая была, — ткнув пальцем в свой рисунок, заявил он.

— В таком случае и поймал ты не гидру, а головастика, — вынесла вердикт Варвара Аветовна.

— Не! — воскликнул Тимка. — Головастиков я знаю. А это, — упрямо тыкал он в свой рисунок, — гидра.

Я подавал ему отчаянные знаки. Но он умолкать не собирался.

— Если не головастик, значит, малек какой-нибудь рыбки, — проговорила биологичка.

Тут раздался спасительный звонок. Тимка обрадовался. Аветовна, по-моему, тоже. Напоследок она сказала:

— Кто не забыл принести летние задания — сдайте. А ты, Сидоров, к следующему уроку, пожалуйста, нарисуй мне гидру. Причем цветную. И подробно опиши, что она собой представляет.

Старая гвардия нашего класса, всю дорогу отпускавшая шуточки в адрес Тимки, положила на стол Приветовне тетради с летними заданиями.

— А новенькие? — с негодованием крикнул Серега Винокуров. — Мы делали, они нет, так нечестно.

— Но они ведь пришли из других школ и не знали, — откликнулась биологичка. — На следующее лето тоже получат задание.

И, взяв тетради, она вышла из класса.

— Все равно нечестно, — проводил ее обиженным взглядом Тимка. — Новеньким ничего, а я теперь с этой гидрой возись.

Тут он увидел на учительском столе свою записку и, схватив ее, понесся за только что вышедшим в коридор Будкой.

Глава VI. СЧАСТЬЕ У ВСЕХ РАЗНОЕ

— А ну, стой, гидра!

— Погоди, Тимка, — кинулся следом я. У меня были серьезные опасения, что все неудачи с гидрой он сейчас выместит на несчастном Будке.

— Стой, гидра проклятая! Долго мы за тобой будем гоняться?

Митька покорно остановился.

— Ты чего? Я же не виноват, что Приветовна перехватила записку.

— При чем тут записка? — отмахнулся Тимур. — Говори, где был на прошлой перемене? И почему на урок опоздал?

— Ну, ты, Тимка, даешь, — ошалело уставился на него Будка. — Прямо хуже Приветовны. С каких это пор тебя стало интересовать, кто и на сколько опаздывает на уроки? Гидра на тебя, что ли, так подействовала?

Тимка поморщился. Любые напоминания о проколе на биологии были ему явно неприятны.

— Мне совершенно плевать, на сколько ты опоздал к Приветовне, — зло произнес он. — Но где ты был?

— У завуча нашего, — просто ответил Митька. — Я же вчера из-за этого цемента к нему не попал. Вот Предводительница и велела идти сегодня.

Мы с Тимкой переглянулись. Похоже, мой друг сегодня терпел поражение по всем фронтам. И с гидрой не получилось, и Будка оказался совершенно перед нами не виноват.

— Ну и гад этот новый завуч, — тем временем с возмущением говорил Митька. — Представляете, не поверил, что у меня вчера ключ от замка сломался и я не смог вовремя помыться. Будто мне самому охота была целый день в этой жуткой грязи ходить! Так завуч начал прямо при мне звонить матери на работу. Мол, надо проверить, не вру ли я. Но ничего, — вдруг злорадно добавил Митька. — Мать ему выдала по полной программе. По-моему, он даже пожалел, что начал при мне звонить. Тем более мать так орала, что мне все было слышно. Она ему такую нотацию закатила. Мол, мы своих детей вам доверяем, а вы в подвале их запираете среди цемента. Они,