Ловушка на жадину - Кирилл Кащеев

– Ничего, мы ось зараз в село вернёмся и сразу до полиции – уж им-то всё покажут и расскажут!

– Обсуждали ещё вчера – не будут в полиции ничего делать, пока три дня не пройдёт! – устало напомнил Сева.

– Тогда до Ковеля надо ехать: вдруг они там… ну не знаю… В больницу попали!

«Если б попали в больницу, уже б сообщили. Нашли б номер у отца в мобилке…» – подумал Сева. Это он просчитал ещё ночью, слушая шорох дождя по крыше и каждую секунду ожидая, что тот сменится шорохом шин старого «жигулёнка».

– Я, конечно, извиняюсь… Доспорить вы и на улице можете, а мне того… мусор выкинуть надо! – предъявляя мешок со сплющенными кофейными стаканчиками, объявил «кофейный» парень.

– Хлопче, а может, ты нам поможешь? – хитро прищурился дед Павло.

– Да вы что! Все камеры в кабинете у менеджера, и вообще… Давайте, уважаемые, давайте… – Парень замахал на них пакетом, точно голубей разгонял.

Насупившийся дед нехотя поплёлся на выход. Только вот Сева не собирался ни возвращаться назад, ни тащиться в Ковель, бросив едва наметившийся след.

– Сделай так, чтоб мы сразу уехать не смогли! – прошипел он Вовке в ухо. – Как делал, когда тебя к стоматологу везли. – Он подтолкнул Вовку к дверям, но сам выскочил первым. – Дед Павло! Я… отлучусь на минуточку! Мне того… надо! – И не дожидаясь ответа, рванул вокруг заправки.

Пластиковое окошко в кабинете менеджера было распахнуто, разве что прикрыто завесой жалюзи – сквозь щелочки виднелся силуэт сидящей за столом женщины и слышалось тихое гудение компьютера. Сева принялся лихорадочно набирать Вадькин номер. Если здешний комп подключен к Интернету – а он наверняка подключен, должна же эта менеджер постить селфи на фоне проезжающих через заправку машин… И если компьютерный гений агентства отзовётся… Сева получит всё, что есть на их камерах, не выходя из-под окна.

Мобилка откликнулась длинными гудками. Гудки тянулись и тянулись… Сева почувствовал, что вот сейчас он Вадьку ненавидит: не такая уж и важность его летняя школа, чтоб на звонки не отвечать! Сидит там в тишине и спокойствии, море за окном плещется, а у Севы настоящая беда!^[52] Так, спокойно… Из-за заправки, приглушённый расстоянием, донёсся Вовкин захлёбывающийся вопль:

– Дедушка Павло, я боююююсь! – Младший со всей душой подошёл к выполнению задания, но надолго его не хватит.

Рядом звучно грохнуло. Сева метнулся к углу здания – парень с заправки загружал пакет с мусором в старый железный бак. Будь здесь близняшки Косинские… тычок пальцем под ребро, и лихие сестрички уже запихивали бы едва дышащего продавца в туалет, а там бы он всё выложил – и когда отец был тут, и кто ещё мимо проезжал. Мурка тот тычок показывала… несложный вроде…

Сева прянул, как снежный барс, как коршун на добычу! И с пальцем наперевес ринулся к продавцу. Тот начал медленно поворачиваться…

– Банг! – Палец со всего разгона воткнулся в мусорник. Хрустнуло. Грюкнуло.

– Оуууу! – взвыл Сева, прижимая несчастный палец к груди.

– Ты чего? – с любопытством глядя на вытанцовывающего от боли Севу, спросил парень. – Каратист, что ли – мусорники пальцем протыкать тренируешься?

– Нет! – сквозь лютую боль рявкнул Сева и шмыгнул носом – то ли от боли, то ли… от жгучего презрения к себе. Он всегда считал себя не просто равноправным компаньоном «Белого гуся», он знал, что остальные без него пропадут: разорятся, не найдут клиентов, займутся хронической благотворительностью, спасая всех несчастных и обиженных бесплатно. Он был уверен, что агентство держится на нём! А стоило ему остаться одному, без Вадьки, близняшек, Катьки с гусём… и он не может ничего! Ни добраться до видео, ни вытрясти сведения из свидетеля. Выходит, прав отец: если ты разбираешься в деньгах, на самом деле ты ни в чём не разбираешься?

«Разбираешься в деньгах… – все ещё лелея ушибленный палец, Сева медленно выпрямился. – И людях, которые любят деньги».

– Где у вас банкомат? – прохрипел он.

– В Ковеле, – любезно сообщил продавец.

– Ясно. – Что ж, Сева никогда не доверял одним только кредитным карточкам. Во внутреннем кармане ветровки прятался его неприкосновенный запас. – Тебя как зовут? – Сева сунул руку за отворот куртки.

– Родион… – хмыкнул продавец.

– А его – Улисс Грант.

Портрет 18-го президент США глядел с бледно-зелёной пятидесятидолларовой купюры.

– Так хочешь своего беглого папашу вернуть? – Родион потянулся к купюре, как цветок тянется за солнцем.

Сева отдёрнул руку в сторону.

– Ладно! – Парень с грохотом захлопнул крышку бака и кивком велел следовать за собой. – Жди здесь! – шепнул он, оставляя Севу под знакомым окном.

Через пару минут по другую сторону опущенных жалюзи послышался стук, хлопнула дверь.

– Слышь, начальница! – послышался голос продавца.

– Родик! Сколько просила – не называй меня так! Тут не тюрьма, я – не надзиратель, – донесся недовольный голос менеджера.

– А я просил не звать меня Родиком! Ладно, леди-босс! – ехидно исправился продавец. – Там пацанёнок из тех, что ты выгнала, шум устроил. Ревёт – дед его успокоить не может.

– Я его не выгоняла! Просто это совершенно не наше дело! – нервно ответила менеджер. – Пусть берёт мальчишку и едет отсюда – успокаивать!

– Вот ты дедку и скажи! – огрызнулся Родион. – Ты ж у нас… начальница. И быстрее давай, а то приедет кто заправляться, а у нас тут… дым коромыслом.

– Не называй меня… – Она недоговорила – Сева услышал быстрый цокот каблуков и новый хлопок двери.

– Давай… – Жалюзи приподнялись, но Сева уже кубарем перекатился через подоконник и нырнул прямиком к компьютеру, на ходу пристёгивая к своему смартфону «хвостик» провода.

– Я покажу! – ещё попытался вмешаться продавец, но Сева только дёрнул плечом, воткнул шнур в комп и схватился за мышку – уж элементарным-то вещам Вадька всех обучил!

Отец уехал после четырёх, сюда они ехали сорок минут… Вот оно! Припав к монитору, Сева напряжённо смотрел беззвучное чёрно-белое кино. Вот отец у окошка кассы – и Петькина мама с ним, они и правда спорят, наверняка о том, кто будет платить, отец отмахивается от возражений женщины… а потом нервно пересчитывает мелочь в кармане, проверяя, хватит ли. Сева закусил губу: в их семье есть деньги! И какая разница, если их заработал Сева? Лишайный он, что ли, от него и денег взять стыдно, да, папа?

Не зная о мыслях, что сейчас посещают его старшего сына, отец на экране вставил зарядный «пистолет» в бак, да так и замер. Петина мама задержалась рядом… и некоторое время они стояли так – неподвижные, точно манекены в витринах. Потом отец заторможенным, деревянным движением вернул «пистолет» на место, и они пошли к машине – отец и Петькина мама – слаженно, ступая шаг в шаг, точно персонажи фантастики, где людей берёт под контроль чуждый разум. Обошли машину с двух сторон… сели впереди… «жигулёнок» начал разворачиваться… Сева судорожно дёрнул мышкой, заставляя изображение резко скакнуть назад. Что-то… что-то он заметил такое… понять бы ещё, что…