Отчаянные крошки - Сэм Левеллин

— Тонкие оплака, — отметил Старшой с надеждой в голосе. — Возможно, нат нами тейстфующий кратер, нефитимый отсюта, но прелестно исфергающийся ф темно-синее небо, украшененное мириатами созфезтий. О-о, не могу тожитаться, прихоти ко мне, мой чутесный кратер…

— М-да, — отозвался Кассиан.

Подъем закончился. Оттуда, где они стояли, земля круто уходила вниз, а влево и вправо тянулся, плавно закругляясь, острый гребень, озаренный луной. У камней был оплавленный вид, как будто давным-давно они были жидкими.

Очень-очень давно.

Старшой поднял средних размеров булыжник и пустил его по крутому склону. Камень — трах-трах-тарарах — покатился вниз.

Потом — тихий, но хорошо различимый всплеск.

— Ц-ц, — произнес Старшой. — Это есть фулкан, та. Но не тейстфующий, нет. Спящий. Таже, может пыть, потухший. — Затем последовало сердитое бормотание.

Кассиан догадался, что Старшой разговаривает с медведем.

— Похоже, что Няня… эээ… Фатум ошиблась, — сказал он.

— Ошиплась? — сказал Старшой и, круто повернувшись, зашагал вниз по склону. — ФРАЛА! Она ФРААА!

— Не может быть! — сказал Кассиан с тихим удовлетворением в голосе. — Как некрасиво! Хм… — Он приготовился прибегнуть к Совершенно Коварному Приему.

— Я вижу, вы… э-э-э… большие друзья с этой Великой. Хоть она и врет вам…

— О та! — сказал Старшой. — Она пыла моя няня, когта я пыл маленький титя, ф Королефском Тфорце на Трескофом Мысу в Ислантия. Щаслифые, щаслифые тни…

— Гг… — только и смог вымолвить ошеломленный Кассиан.

— И пыла рефолюция, меня выпрасывали плохие, плохие люти, и нас разлучали. Я пошел в инженерный школа. А она рапотала как хамская няня на королефская яхта моего кузена Минимуса фон Ла Пампа. Она слишком комантофала и осточертефала ему, поэтому он фысашивал ее зтесь на перег и утирал на сфоя яхта. И она рапотала у тогташнего Ля Презитенте, захфатыфала страну, опучала Нянь и жтала, когта притет потхотящий корапль. Она есть сильная женщина. Фсегта хочет упежать в море, — закончил свою повесть Старшой.

— Весьма похвально, — сказал Кассиан, чтобы скрыть изумление. — Но почему из всех портов на свете вы привели «Клептоман» именно сюда? Удивительное совпадение…

— Это не софпатение. Мы сфязаны узами, как маленький Король и няня. Она Призыфала меня. А теперь я путу Королем, а она отпрафится ф море на «Клептомане». Когта я там ей ключ от корапля…

— Рр, — произнес Кассиан. Вся эта ахинея не укладывалась у него в голове. — Понятно. Ну что ж, поздравляю и всё такое. В смысле, хорошо быть королем.

— О та, — сказал Старшой. Глаза у него начали вращаться, речь превратилась в бессвязное бормотание. — Я путу Король. Стелай это, стелай то, отрупить голофу!

— Но она кормит вас небылицами, — сказал Кассиан, не зная, как убедить этого маньяка, чтобы он не отдавал ключ от «Клептомана» своей бывшей няне. — Если наврала насчет вулкана, почему бы ей не наврать и насчет остального? Плюньте вы на всё это. Возвращайтесь на корабль, со своим ключом, естественно…

— Ключом? КЛЮЧОМ?! Фсе хотят мой ключ. Она хочет ключ. Ты хочешь ключ. А ОН У МЕНЯ! О, я понимаю — ты прифотил меня на фальшифый ФУЛКАН, чтоп я оттафал тепе ключ. Ха! Ухоти! Профалифай! Фон отсюта!

Всё это время они стремительно спускались по склону и наконец вынырнули из тумана. В серо-желтом свете луны искрились горы, долины и море.

— Теперь я фернусь к моей РАПОТЕ, — заявил Старшой. — ГОЛОФОЛОМКА. И Я ПУТУ КОРОЛЕМ!

Кассиана взяла тоска, к тому же у него ужасно болели ноги. Спорить с этим психом было бесполезно!

— Ладно, — сказал он устало. — Но пока вы сидите за своей бежевой дверью и ждете, когда эта жуткая тетка сделает вас Королем, подумайте лучше, кто вам нашел медведя, кто дал вам красивый новый корабль и кто всегда был добр и ласков с вами. Эх, вы, глупый, глупый Старший Механик! — сказал Кассиан, окончательно потеряв терпение.

— Непочтительность! — вскричал Старшой. — Ты путешь сфать меня Фаше Феличестфо плюс заткнешься.

И он затопал к Нянину Долу.

Кассиан понял, что Старшой, с его неисправными мозгами, погубил их всех. Они застряли здесь навеки! Великая отправится в круиз, а безумный Король Беовульф будет править страной вместе со своими новоиспеченными герцогами. «Кто знает о бедах, что ведомы мне?» — подумал Кассиан. Он глубоко засунул руки в карманы и побрел по дороге, ведущей на берег.

12

Поздно ночью на мостике «Клептомана-2» состоялся военный совет.

— Праздник на Национальном стадионе? — сказала Капитан. — Не будет ли это скучно?

— Да, — отозвалась Маргаритка. — Я слышала, они хотят, чтобы там выступили дети Хунты. Чтобы родители гордились ими, а народ впечатлялся. Очень полезная идея. Я имею в виду — для нас.

— Каким образом?

— Сами подумайте, — стала объяснять Маргаритка. — Хунта, или будущие герцоги, или как уж их там, хотят, чтобы дети сделали им рекламу. Эль Генералиссимо захочет, чтобы его дети выглядели смелыми и отважными. Доллары захотят, чтобы их дети выглядели смирными и умными. А Эль Симпатико и Дерек захотят, чтобы Казза выглядела осторожной. А что, если это им не удастся, и публика поймет, что все они мошенники и хвастуны?

— Тогда Няне Фантомас понадобятся другие герцоги.

— Вот именно.

— А найти их окажется трудно. Так что останется один сумасшедший Король. Великая отчалит, и герцогов ему в помощь не будет.

Наступило продолжительное молчание; все рассуждали примерно так же.

— А значит, — сказала наконец Капитан, — народу всё это опротивеет, Лас Няньяс останутся без вождя, и произойдет революция. А революции Королей не любят. В результате мы получим Старшого обратно. — Элегантными пальцами она потянулась к взбивалке для коктейлей. — Уверена, у вас уже выработан превосходный план. Чем могу помочь?

— Вы могли бы сыграть на этом сытом-пьяном, — сказал Пит Фраер, покраснев, как кирпич. — Ну, на митинге…

Капитан одарила его ласковым взглядом темных глаз.

— Великолепно. Знаете, а я, пожалуй, сыграю.

— Я буду там, — сказал Пит Фраер, сделавшись еще кирпичнее. — В первом ряду.

— Милый Пит…

— Умоляю вас, — сказала Маргаритка. — Нельзя ли напомнить, что нас ждут дела? Шляпы на головы. Мы начинаем революцию.

* * *

Паровой катер бодро отвалил от «Клептомана». В городе Крошек весело приветствовали их маленькие воспитанники. Во второй половине дня все отправились на Приятную Прогулку. Повсюду висели афиши о Коронации; семьи на улицах ходили опасливо.