Гадкие Крошки - Сэм Левеллин

— Но…

— Либо тележка, либо возьмете ребенка.

— Берите тележку! — крикнули люди в черных костюмах. Они выскочили и, как кролики величиной с гориллу, побежали по туннелю, задевая кулаками пол.

Маргаритка привязала Гомеса младшего к сиденью подтяжками Пита. Потом они все погрузились в тележку и помчались по туннелю, вверх по пандусу и на волю, в ослепительный свет дня.

— Глаза! — завизжал Гомес младший и закрыл лицо ладонями.

— Никогда не выходил на улицу без темных очков, — догадалась Маргаритка. — Жуткий маленький гангстер.

На взлетной полосе стоял самолет, готовый к взлету. Моторы гудели. Няня Пит подогнал тележку к грузовому люку.

— Все на борт, — скомандовала Маргаритка.

— Как? И даже э-э-э… ребенок? — сказал папа Крошки.

— Воспитанные папы разговаривают, только когда к ним обращаются, — строго сказала Маргаритка. — Но раз ты спрашиваешь, то да, и даже ребенок.

Они забрались в самолет. Грузовой отсек был полон квадратных пакетов.

— Мерзкая контрабандная дурь, могу поклясться, — сказала Примула.

— Вы с папой выбросьте ее, — приказала Маргаритка. — А я пошла в острый конец.

Дверь кабины была заперта. Пит пинком открыл ее.

Двое мужчин в темных очках и наушниках обернулись.

— Добрый день, — сказала Маргаритка. — Не знаю, знакомы ли вы с Гомесом Элеганте младшим, он же Гомес Маль-Чико? Он хочет лететь.

Двое взглянули на Гомеса младшего. Потом они взглянули друг на друга. Потом сорвали наушники, распахнули дверь с надписью АВАРИЙНЫЙ ВЫХОД и дунули по раскаленной добела взлетной полосе.

— Очень хорошо, — сказала Маргаритка. Потом Младшему: — Перестань!

Младший выковыривал микрофон из радио, но с ним никогда еще не говорили в таком тоне, поэтому он на секунду перестал. Маргаритка живо привязала его к сиденью. Вдали за стеклом на взлетную полосу вырулила цепочка черных лимузинов.

— Взлетаем! — крикнула Маргаритка.

— Не умею, — сказал Пит.

— Ох, боже ж ты мой! — закричала Маргаритка. — Садись в кресло, берись за эту рулевую штуку и ставь ноги на рулевые педали, толкай рычаги вперед, вот так…

— Ой! — сказал Пит.

Оба мотора заработали громче; теперь они издавали рев, смешанный со звоном, и самолет покатился по взлетной дорожке, всё быстрее и быстрее.

— Что теперь?

— Напряги воображение! — крикнула Маргаритка. — И двигай рулевую штуку.

Пит толкнул штурвал от себя. Хвост самолета задрался, а нос опустился.

— Не туда! — крикнула Маргаритка.

Пит потянул штурвал на себя. Нос самолета поднялся, а хвост опустился. Лимузины черной стеной перегородили взлетную полосу. Вдруг самолет мягко подпрыгнул, тряска прекратилась, и всем стало как-то очень легко и свободно. Стена лимузинов унеслась назад; снизу на самолет смотрели белые лица в черных очках. Самолет набирал высоту.

— Уф. Что дальше? — сказал Пит.

— Решай сам, — сказала Маргаритка. — Гангстеры умеют управлять, значит, и грабители должны уметь.

— Ну да, — сказал Пит, стиснув зубы.

Внизу, на взлетной полосе, лимузины сталкивались друг с другом. Люди в черных костюмах и черных очках вылезали из дымящейся груды металла. У них на глазах самолет заложил пьяный вираж и, противно виляя, направился к горизонту.

— Они захватили Маль-Чико, — сказал один гангстер.

— Слава богу, — сказал другой гангстер.

Самолет улетел к голубому горизонту и скрылся из виду.

9

Что же это такое! — сказала Капитан.

Кассиан установил подзорную трубу на пне и посмотрел в окуляр. Море заполонили ржавые посудины. Кажется, они перестали рыскать в поисках бумажек и таранить друг друга. Сейчас они двигались прямо к острову, оставляя пенные хвосты в голубой воде.

— Что они собираются делать? — спросила Капитан.

— Это вторжение, — хмуро отозвался Кассиан. — Будут асфальтировать. Строить.

— Но это наш остров, — сказала Капитан. — Нет, это безобразие!

Кассиан не отозвался. Он считал людей, столпившихся на носу передового судна: все были усатые и в желтых касках. Он остановился на ста десяти — на палубе что-то происходило.

С передового судна спустили глиссер. Он помчался по воде, как ржавое насекомое, дымя черным дымом и оставляя за кормой радужную масляную пленку. Потом он с хрустом ткнулся в берег и выбросил трап. По трапу спустился толстый человек в черном костюме и вперевалочку направился к Кассиану.

— Сынок, кто тут у вас главный? — спросил он.

— Не ваше дело, — сказал Кассиан. Он бывал очень груб, когда его раздражали.

Толстяк улыбнулся вкрадчивой, маслянистой улыбкой:

— Это как раз мое дело. То есть, вернее сказать, дело моего клиента. Я адвокат, а мой клиент — «Колоссальная Недвижимость», владеющая этим островом, на котором ты находишься незаконно.

Кассиан сказал:

— Вам лучше поговорить с Капитаном.

Спорщик он был неважный, но в технических вопросах не знал себе равных. Благодаря Мальчику-дикарю Дину кое-какие из этих вопросов были удачно сейчас решены.

— «Колоссальная Недвижимость»? — сказала Капитан, ослепительная в своей белоснежной форме. — Извините, но никогда о вас не слышала. Этот остров — наша собственность, купленная по всем правилам у профессора Юстаса Квимби, выдающегося философа.

Адвокат поморгал, приподнялся на цыпочки и опустился.

— Милая леди, вы меня удивляете, — сказал он.

Капитан приподняла красивые брови.

— Чем же? — сказала она.

— Такая хорошенькая женщина вряд ли в состоянии понять все тонкости имущественной сделки, — сказал адвокат. — Так что отойдите в сторонку и предоставьте закону… ай.

«Ай» было вызвано тем, что из соседних зарослей вылетело лассо, захлестнуло адвоката за щиколотки и уронило лицом в песок.

— Готов, — произнес тонкий голосок Шнифера Брякнулла.

— Большое спасибо, — сказала Капитан.

— Угоштить его? — спросил Шнифер, сжав кулачки размером с теннисный мячик.

— Пока не надо, — сказала Капитан и выдернула официальную бумагу из пальцев адвоката, который плевался песком и ругался самым не юридическим образом.

Она посмотрела на бумагу.

— Да. Я вижу, что остров перешел от Юстаса Квимби к нам. Но папа Крошки, упомянутый здесь как партнер Гомеса Элеганте по «Колоссальной Недвижимости», не имеет никаких прав на остров, поскольку выкрал…