Самые веселые завийральные истории - Юрий Вийра

Жил-был у Белого моря белый ежик, и были у него друзья: белая медведица с двумя медвежатами. Однажды сидели они на берегу и смотрели на море. Видят — вдали показалась темная точка.

— Тюлень, — сказал один медвежонок.

— Морж, — сказал второй.

А это была индейская лодка — каноэ. И сидел в ней настоящий индеец, только маленький, совсем еще мальчик. Звали его Малакуча.

— Я приплыл к вам за шкурами! — заявил Малакуча гордо и правую ногу вперед выставил. — Обменяю шкуры на винчестер с серебряной насечкой и стану великим охотником.

— А что такое «серебряная насечка»? — спросил ежик.

— Не знаю. Так говорят: «винчестер с серебряной насечкой».

— И на кого ты собираешься охотиться?

— Не бойся, не на тебя. Мое племя на ежей не охотится.

— А на медвежат? — спросили осторожно медвежата.

— Я маленьких не обижаю.

Медведица с усмешкой посмотрела на игрушечный лук маленького индейца и предложила:

— А на меня не желаешь поохотиться? — и прошлась перед Малакучей, как манекенщица: шкурой похвасталась.

— Да, хочу! — воскликнул Малакуча.

— Тогда начинай, — медведица прикрыла лапой черный кончик своего носа… и пропала в снегу. Белые медведи всегда так прячутся.

Рассердился Малакуча:

— Я сюда не в прятки играть приплыл! Я уже большой! — И давай по сугробам стрелять.

Выпустил все стрелы и сел в сугроб от огорчения. А сугроб как зарычит! Это была медведица. Индеец испугался, маму зовет, а мама далеко, в Северной Америке, в штате Колорадо. Успокоила его медведица, по голове мальчика погладила и говорит:

— Медведя тебе не подстрелить, лук слабоват, а хочешь победить непобедимого чародея Али Пашу фон Лангенгрюнда? Он тут по соседству живет, за высоким забором; маленьких обижает, недавно моим медвежатам мячик гвоздем проткнул…

— А шкуры бизоньи он мне даст? — спросил Малакуча и нос рукавом вытер.

— Даст, если победишь. Он что угодно наколдовать может.

— Ведите меня в его стойбище!

Пришли они к высокому забору, и стал Малакуча чародея на поединок вызывать. Вышел Али Паша фон Лангенгрюнд, в руке чашку кофе держит, усмехается, сопливой малявкой индейца обзывает. Прицелился Малакуча и попал стрелой прямо в чашку — выплеснулся кофе на халат чародея. Рассвирепел чародей:

— Да я тебя сейчас в навозного жука превращу!

Щелкнул пальцами левой руки — а надо было правой, он их с детства путает, — и превратил маленького индейца в огромного носорога. Погнался носорог за чародеем, рогом подцепить старается.

— Что ему от меня надо? — спрашивает чародей, пробегая мимо медведицы.

— Шкур.

А чародею послышалось «кур». И посыпались с неба жареные куры. Взревел от обиды носорог, еще пуще за чародеем припустил.

— Не кур, а шкур! — медведица кричит. — Бизоньих!

— Сколько штук? — спрашивает чародей, оборачиваясь к носорогу. — Двадцать хватит?

Носорог замотал головой.

— Сорок?

Носорог кивнул.

Щелкнул чародей пальцами — посыпались с неба шкуры. Ровно сорок штук — хоть сейчас меняй на винчестер с серебряной насечкой.

— Не забудь мальчика расколдовать, — напомнила медведица и лапой погрозила.

— Не забуду, — пробурчал чародей…

Погрузил Малакуча шкуры в каноэ и уплыл в Америку, в штат Колорадо. Ежика с собой звал, но тот отказался.

— Не могу, — говорит. — Мы завтра с утра за клюквой собрались.

Счастливого пути!

Тут и сказке конец.