Самые веселые завийральные истории - Юрий Вийра

Жил-был у Белого моря белый ежик, и были у него друзья: белая медведица с двумя медвежатами и белая полярная сова. Однажды гулял ежик по тундре и увидел на снегу следы от полозьев. И рядом никаких других следов: ни собачьих, ни оленьих. Как же эти сани заехали сюда? Пошел ежик по следам и скоро увидел в чистом поле детские санки, а на санках девочку в красной куртке с капюшоном.

— Ты кто? — спросил ежик.

— Маша, — ответила девочка хмуро.

— Как ты сюда попала?

— Данила столкнул, — Маша надула от обиды губы. — Мы катались на горке. Я сказала: «Давай санки свяжем и поедем „паровозиком“», — а он взял и столкнул мои санки. Я поехала с горки, потом по набережной, потом по лесу: снег с елок падал…

— И ты из Архангельска сюда доехала?! — ежик вытаращил глаза.

— Какого Архангельска?! — буркнула Маша. — Я из Москвы.

— Из Москвы?! — глаза у ежика стали круглые-прекруглые. — Ну, он тебя и толкнул!

— Да, Данила у нас в классе самый сильный. Мы с ним за одной партой сидим, — сказала Маша с гордостью.

— Ты на горке с мамой была? — поинтересовался ежик.

— С папой. Я всегда с папой гуляю.

— Он, наверно, беспокоится, ищет тебя.

— Нет, он там с одной бабушкой разговаривает.

— Так это когда было?! Ты сколько времени сюда ехала?

— Очень быстро. Все вокруг мелькало, ветер в ушах свистел…

— А как ты собираешься возвращаться?

Маша открыла рот, чтобы ответить, но не успела — вдали загрохотало, земля вздрогнула, небо полыхнуло огнем.

Девочка испугалась:

— Ой, папа на меня сердится!

Ежик ее успокоил:

— Не бойся — это космодром. Ракету в космос запускают.

В небо поднялся столб огня.

— Видела?

Маша вздохнула:

— Как же я домой доберусь?

— Мы тебе поможем!

Ежик позвал друзей. Медведица впряглась в санки и побежала. Ежик и не знал, что белые медведи умеют так быстро бегать. Он даже зажмурился, сидя у Маши на коленях. Медвежата визжали сзади, в маленькой тележке. А белая полярная сова прокладывала дорогу — летела впереди и кричала:

— Посторонись! Поберегись!

От Белого моря до Москвы путь не близкий. Добежала медведица до горки — запыхалась, язык до земли свесила.

Увидел Данила медведицу и сказал:

— Маша, у тебя же была рыжая собака?

Девочка усмехнулась:

— Эх ты! Медведицу от собаки отличить не можешь.

Данила покраснел и промямлил:

— Ты хотела «паровозиком»… Можно я буду впереди?

Откуда ни возьмись набежали иностранные корреспонденты. Белый ежик, медвежата и сова успели спрятаться: в снег зарылись, к сугробам прижались. Корреспонденты — медведицу фотографировать: щелк — щелк! Она замерла, черный кончик носа лапой прикрыла. Так все белые медведи поступают: закроют нос — и не видать их на белом снегу. Корреспонденты закричали:

— Уберите лапу! Лица не видать.

— Не лица, а морды, — поправила медведица иностранцев и широко улыбнулась, как американцы улыбаются, все зубы показала.

Журналисты разбежались и написали в своих газетах и журналах, что по Москве белые медведи ходят. Ох, не знают они нашей природы: в Подмосковье только бурые медведи водятся.