Стёртый - Лиза Томпсон

Я медленно плёлся к Рэгу. Мне почти удалось вернуть друга, и вот я снова его потерял. Моя сестра оказалась воришкой и лгуньей, которой нельзя доверять. И теперь надо думать, как добыть пуговицу. Я зашёл в бунгало через кухню.

– Это ты, Максвелл? – крикнул Рэг из комнаты. Мы недавно расстались, поэтому он легко меня вспомнил. Рэг сидел в гостиной на кресле у камина. Увидев меня, он помрачнел.

– Что случилось?

Я плюхнулся на диван и уставился на оранжевое свечение в газовом камине.

– У меня… никого не осталось. Ни семьи. Ни лучшего друга. Ни пса. У меня никого здесь нет. Никого.

Рэг медленно кивнул:

– А… понимаю. Понимаю.

– Я не знаю, что делать, Рэг! Как к ним вернуться? Я ужасно по ним скучаю!

У него на глаза навернулись слёзы.

– Мне так жаль, Максвелл. Терять близких очень тяжело.

Я посмотрел на доброго старика:

– У тебя есть семья, Рэг?

Раньше я как-то не задумывался над этим вопросом. Рэг шлёпнул губами. Я молча ждал, пока он что-нибудь скажет.

– Мою жену звали Эмили, – наконец произнёс Рэг. – Мы были счастливы и очень любили друг друга.

Он сглотнул и пару раз моргнул, глядя в пустоту.

– Мы всё делали вместе. Нам хорошо жилось.

Я молча его слушал. До этого я не думал о том, есть ли что-то в жизни Рэга за стенами бунгало. Да я и не видел, чтобы он выходил когда-нибудь из дома.

– Как-то мы побывали в Италии. Чудесное вышло путешествие, – с улыбкой продолжил он. – Сестра Эмили, Элис, и её муж Джек тоже с нами поехали. Мы вчетвером крепко дружили. Целый месяц отдыхали вместе. Это было просто волшебно. Прекрасная страна! Ты там бывал?

Я помотал головой. Рэг улыбался, но глаза у него оставались грустными. Он наклонился отпить чаю, но передумал и отставил чашку.

– С… с Эмили что-то случилось? – прошептал я.

Рэг прокашлялся и невидящим взглядом посмотрел в стену.

– Эмили заболела. Тяжело заболела. Прямо перед своим тридцать вторым днём рождения.

Я сцепил руки в замок.

– Врачи сразу поняли, что всё серьёзно. Отправили её в больницу, взяли анализы… ничего хорошего нам не сказали.

Я понял, что он вот-вот заплачет. Я не знал, что делать, когда взрослые плачут. Мама обычно уходила в ванную, и мне не приходилось её успокаивать.

– Мне жаль, – пробормотал я единственное, что пришло в голову.

Рэг посмотрел на меня. Он вдруг показался очень-очень старым. У меня в горле встал ком, и живот свело. Мне не хотелось слушать дальше, но в то же время хотелось узнать, что случилось. По щеке Рэга стекла слеза. Он её не смахнул, и она капнула с подбородка на рубашку. От неё осталось маленькое серое пятнышко.