Призрак мальчика в пижаме - Дж. Э. Уайт

– То есть с теми, кто не такие, как мы, дружить нельзя, да?

– Ну нет, я же не об этом…

– Обло-ом… Вот я перуанец, а ты наполовину китаянка. Всё, нашей дружбе конец!

– Ну это ведь не одно и то же, ты сам прекрасно понимаешь! Агнесе никогда не понять, как сильно призраки нуждаются в нашей помощи, раз она их не видит!

– Ты права, – сказал Бенджи.

Корделия удивлённо уставилась на него.

– В самом деле?

– Абсолютно, – кивнул Бенджи. – Агнеса не в состоянии понять, что происходит в школе Тени, так, как понимаем это мы. И было бы нечестно этого от неё требовать. В конце концов, что она видела? Мигание лампочек, когда призрак уходит к своему Свету? Уж, конечно, этого недостаточно, чтобы убедить её, что тут призраки на каждом углу. И не будем забывать, как у неё голова устроена. Она в душе учёный. Эта девочка живёт доказательствами. И всё же… всё же она несколько месяцев нам помогала. Ты не задумывалась о том, как это выглядело с её точки зрения, а? Мы-то делали это потому, что видели призраков своими собственными глазами. А Агнеса? Единственное, на что она полагалась – это её полная и безоговорочная вера в тебя.

Бенджи подался вперёд и пристально посмотрел в глаза Корделии.

– Ты уверена, что такая дружба заслуживает того, чтобы её просто взять и выкинуть?

Корделия вдруг почувствовала себя маленькой-маленькой. «Вот если бы другая девочка мне сказала, что видит призраков, и попросила бы моей помощи, кинулась бы я помогать очертя голову, как Агнеса?» Ой, вряд ли. Для этого нужно столько доверия, сколько у неё просто нет.

«Что же я натворила?!» – подумала она.

Корделия собиралась попросить прощения на следующий день за обедом, но Агнесы нигде не было. Бенджи посоветовал поискать на третьем этаже. По-видимому, у Агнесы там было любимое местечко, куда она уходила посидеть и поразмыслить в одиночестве.

«А я и не знала! – подумала Корделия. – Тоже мне, «подруга» называется!»

После долгих поисков она наконец нашла Агнесу. Та сидела на полу кабинета 314 и с мрачной решимостью пялилась на старомодную грифельную доску. Корделия сразу поняла, что она пытается сделать, и сердце у неё сжалось.

– Ну, чего ты пришла? – спросила Агнеса, когда Корделия вошла в класс. И собралась было встать. Щёки у неё побагровели от смущения.

– Дай мне три минуты, ладно? – сказала Корделия, закрывая за собой дверь. – И после этого я тебя больше никогда не побеспокою, честное слово!

Агнеса посмотрела недоверчиво, но всё же села обратно.

– На! – сказала Корделия и сунула ей в руки бумажный пакет. – Одна очень-очень умная девочка как-то раз мне сказала, что, если хочешь с кем-то подружиться, надо испечь ему что-нибудь вкусненькое. Это означает, что ты относишься к делу серьёзно.

Агнеса заглянула в пакет.

– Ты испекла мне шоколадный кекс! – сказала она.

– С грецкими орешками, – сказала Корделия. – Можно мне тоже сесть?

Агнеса не сказала «нет». Корделия решила, что это сойдёт за согласие, и села на пол рядом с ней. Она кивнула в сторону доски.

– И давно ты пытаешься его увидеть?

Агнеса стала было отнекиваться, но сообразила, что это бесполезно.

– С прошлого Хеллоуина, – сказала она. – Я подумала, может быть, видеть призраков – всё равно, что стереограммы. Ну, знаешь, такие картинки, которые поначалу кажутся плоскими, но если смотреть на них долго-долго, внезапно проявляются скрытые в них объёмные фигуры.

– Да, я знаю, о чём ты, – кивнула Корделия. – У мамы целая книжка таких картинок. «Волшебный глаз» называется.

– Вот-вот, – подтвердила Агнеса. – Так что я просмотрела список, который составили вы с Бенджи, и выбрала призрака, на котором будет удобно попрактиковаться. Сюда в это время никто не заходит, так что я знала, что меня не потревожат. А потом, вы его так описывали: «старик, который выглядит, как клоун без грима». Мне очень хотелось увидеть это своими глазами.

– Это Бенджи написал, а не я. Он вообще пишет куда лучше, чем сам думает.

– Да, я тоже заметила. Но он скромничает.

– Да он всё время скромничает, если речь не идёт о футболе.

– И о причёске! – добавила Агнеса. – Мальчишка, а так гордится своей причёской!

Девочки рассмеялись, и пропасть между ними исчезла, будто развеявшееся проклятие. Агнеса достала из пакетика кекс, испечённый Корделией, и предложила половинку ей.

– Спасибо! – сказала Корделия и откусила кусочек. У Агнесы выходило вкуснее, но всё же кекс есть кекс.

– Несколько дней назад мне показалось, что я вижу какое-то размытое движение, но, наверно, это было просто моё воображение, – говорила Агнеса, по-прежнему упорно глядя на доску. Щёки у неё горели. – Мне так хочется их увидеть! Понимаешь, я же так и рассчитывала. Вернуться к тебе и с торжеством сказать: «Вот! Теперь я тоже вижу призраков!» И тогда ты снова будешь со мной дружить. Глупо, да?

Корделия положила Агнесе голову на плечо.

– Я всё равно буду с тобой дружить, независимо от того, видишь ты призраков или не видишь, – сказала она. – Ты моя лучшая подруга. И это останется в силе, даже если мы больше никогда не станем разговаривать о призраках.

– Хм. Обидно! – сказала Агнеса с коварной улыбочкой. – А ведь я, похоже, придумала, как можно раз и навсегда избавиться от ловцов призраков!

Корделия выпрямилась.

– Ты серьёзно?!

– Абсолютно! – сказала Агнеса. – Нет, я не утверждаю, что это обязательно должно сработать, но хоть что-то.

– Ну да, всё лучше, чем ничего, – кивнула Корделия, вскочила и потянула за собой Агнесу. – Пошли, найдём Бенджи! Он наверняка тоже захочет услышать, что ты придумала.

Уходя, Агнеса остановилась и в последний раз бросила взгляд на доску.

– А как ты думаешь, я в самом деле могу натренироваться видеть призраков?

– А почему нет? И не такое бывает.

У Корделии не хватило духу сказать Агнесе, что этого призрака они давным-давно отправили в Свет, просто забыли обновить список. Так что Агнеса несколько месяцев пялилась на пустую доску.

На физкультуре Бенджи пожаловался, что растянул лодыжку, а Корделия с Агнесой соврали, что забыли кроссовки.

Мистер Брюс сердито покачал головой и отправил всех троих сидеть на трибуне, как они и рассчитывали.

Агнеса с Бенджи сразу залезли на самый верх, а Корделия задержалась и заглянула под трибуну. Под трибуной было пусто: только пыль да пара бутылок из-под воды, провалившихся в щели.

«Неужели я впервые увидела малыша только в сентябре? – подумала она, сама себе не веря. – А кажется, будто прошли годы…»