Кыш и Двапортфеля - Юз Алешковский

– Неужели не понятно? – ответила Снежка. – Пока вы будете расшнуровывать ботинок, вас проткнут шпагой.

Я подумал, что это правда, засмеялся и вдруг увидел в палатке шоколадные медали. Папа охотно купил нам по две штуки.

Снежка хотела сразу съесть одну медаль, но я отозвал её в сторону.

– Дай ленту от своей косички. Я на неё надену весь наш шоколад, и Кыш тоже будет с медалями.

Снежка распустила косу, я гвоздём проделал в трёх шоколадках дырки, а четвёртую всё же съела Снежка. Потом я надел их на голубую ленту и повесил на шею Кыша. И прямо нельзя было отличить шоколадной медали от настоящей. Наши даже сверкали получше и размером были побольше. И на Кыша сразу стали смотреть по-другому и собаки, и их хозяева. Меня несколько раз спрашивали:

– Что за порода?

И я отвечал:

– Секретная овчарка!

Неожиданно для себя я увидел смотревшую с уважением на медали Кыша ту самую тётеньку с Птичьего рынка, которая купила красавца петуха.

Над шляпой тётеньки колыхалось и радужно играло похожее на саблю перо. Я сразу узнал это перо и догадался, что петух попал в суп. Папа тоже увидел тётеньку и поздоровался с ней.

– Это тот самый пёсик? – с завистью спросила она. – И уже три медали?

– Да. Главное, уметь выбрать собаку, – ответил папа. – Я сразу увидел в нём чемпиона. А как поживает петя-петушок?

– С ним было много мороки, – грустно вздохнув, сказала тётенька. – Пришлось…

– Вы с ума сошли! Что вы наделали? – сдавленным голосом крикнул папа. (Тётенька растерянно смотрела на него.) – Ведь ваш петух непременно взял бы главный приз Большой петушиной выставки в Клязьме! Вы сошли с ума! Вы сами себе враг!

– Откуда же я могла это знать?

– Вы обязаны были верить в такого красавца! А рыбки? Вы не купили тогда рыбок, а именно эти рыбки стали лауреатами Лисабокской выставки рыбок и крабов! Картина-то хоть цела? – поинтересовался папа.

– Цела. Висит. Но я заметила, что вы большой шутник, – сказала тётенька.

– Митя, мы ушли! – крикнула в этот момент мама, и мы ушли, уводя Кыша от тётеньки, которая наверняка ругала себя за то, что не купила его раньше нас…

Нам со Снежкой было весело. Невдалеке играла то и дело одна и та же музыка, и по радио вызывали для получения медалей собак.

Кыш всё время беспокойно старался принюхаться к шоколадкам, хотя сладкого не любил.

Мы засмотрелись на боксёра, который держал в зубах зонтик; я забыл про Кыша, потом обернулся и увидел его рядом с огромным серым догом.

Кыш стоял и вилял хвостом, а дог лежал перед ним и уплетал последнюю шоколадную медаль. Золотые бумажки валялись на земле, и дог, облизываясь, щурил от удовольствия голубые глаза. А Снежка смотрела на него с обидой.

Съев все медали, дог с большой теплотой и благодарностью лизнул Кыша, и наш Кыш при этом слегка пошатнулся. Я потянул Кыша за поводок, подумав, что к такой огромной собаке догу аппетит приходит во время еды и как бы он не съел незаметно для себя Кыша…

Мы ушли, оглядываясь на прекрасного серого дога, увешанного золотыми медалями, а он лежал и, наверно, соображал и никак не мог понять: за какие такие подвиги, за какую такую службу этот маленький добрый пёс заработал такие вкусные медали?..