Улитка в тарелке - Юлия Лавряшина

рассказывающая о путешествии друзей, об открытиях мира и о великом штурме Сола

— Мы поедем на велосипедах, — громко объявил Сол после завтрака.

Черные крошки прилипли в уголке его рта, и брат показался Бемби очень смешным. Он не всегда был забавным, только если сам хотел этого. Но сейчас Сол, вроде, был серьезен, а глядя на него, тянуло улыбнуться.

Но Бемби отозвалась так же серьезно:

— У нас всего два.

— Но они же с багажниками! Я повезу Миру, а ты — Эви.

— Почему…

Он перебил:

— У меня ноги сильнее.

«Чушь собачья! — Бемби усмехнулась про себя. — Я тебя раскусила: ты решил проверить себя. Тебе нравится болтать с этой девочкой, играть с ней, но ты все еще боишься, что тебе будет противно, если она дотронется до тебя… Ты хочешь устроить экзамен самому себе. Тебя ведь самого ужасает это чувство брезгливости, которое все еще сидит в тебе».

— Дорога там, как блин, горок совсем нет, — затараторил Сол, умоляя сестру взглядом. — Мира же не устанет просто сидеть! А ты ведь увезешь Эви, правда?

— Ну, если уж так необходимо, чтобы поехали они оба…

Она произнесла это игриво, чтоб дать брату понять, что его хитрость раскрыта, но Сол отозвался непривычно строго:

— Необходимо. Тебе самой не страшно оставлять ее здесь?

— Сюда никто не войдет…

Но отчего-то ей и впрямь стало страшно. Будто кто-то уже вошел, не издав ни звука, и теперь стоял у нее за спиной. Борясь с желанием обернуться, Бемби незаметно переместилась к холодильнику и прижалась к нему лопатками. Этот холод, по крайней мере, был реальным…

Сол прошептал:

— Кое-кто может войти куда угодно…

— Ты же не думаешь…

— Я не хочу так думать!

Только что его глаза были застывшими от того холода, который Бемби уже чувствовала всем телом, но вдруг он моргнул, и взгляд его заискрился:

— Мира, ты встала?

Подскочив, Бемби выхватила у нее тарелку с чашкой.

— Ну, зачем ты? Я бы забрала.

— Да я отлежалась уже, — она смущенно улыбнулась обоим. — Силы вернулись.

«Да уж. — Бемби скептически оглядела ее. — На дохлую лягушку ты сейчас похожа, моя радость! Силы у нее вернулись… Их и не было, чему возвращаться?»

Сол отозвался слишком уж жизнерадостно:

— Я ж говорил, что все пройдет! Мы сейчас, знаешь что? На великах поедем кататься! В смысле, на велосипедах.

— Это то, что в коридоре стоит?

Еще вчера им с балкона показали и машины, и мотоциклы, даже самолет пролетел. Эви все приводило в восторг — до сих пор он видел только игрушечные модели. До того, как Мира увидела за Стеной фургон, они и не знали, что бывают настоящие…

Мира с опаской спросила:

— А как на них ездят?

— Тебе нужно будет просто сидеть и держаться за меня, — с охотой объяснил Сол. — Я сам тебя повезу. И педали буду крутить, и руль у меня будет. Тебе ничего не придется делать!

— Жалко, — она вздохнула.

Сол растерянно заморгал:

— Ты хотела бы? Но… Это, знаешь, нужно уметь. Сразу не получится.

— Да я и не смогу сейчас, — согласилась Мира.

— Я потом тебя научу! Когда поправишься.

«Не будет никакого „потом“. Не будет».

Бемби вздрогнула от этих слов. Разве она подумала их? Они словно перескочили к ней из мыслей брата. Так часто случалось, и выяснялось, что они думают одно и то же. Неужели он только что именно это и подумал?

Бемби попыталась поймать его взгляд, но брат смотрел только на Миру. Почему-то ей пришло в голову, что Сол, наверное, ослеп процентов на восемьдесят и видит сейчас не это старушечье лицо, а какое-то другое, какого ведь никогда и не было! И вряд ли будет, хоть их воспитатели и наобещали всяких чудес… Никто не молодеет с годами. Не бывает такого. Даже в сказках не бывает. По крайней мере, Бемби не могла вспомнить ни одной, где такое случалось бы…

Мира ахнула:

— Ну да?! Правда, научишь?

— Да плевое дело! — небрежно отозвался Сол. — Вот увидишь, за день уже кататься начнешь.

Бемби язвительно напомнила:

— То-то я тебя целую неделю учила!

Только его это ничуть не смутило:

— Так мне тогда всего пять лет было!

— А меня научишь? — Эви уже маячил за спиной Миры и просительно улыбался.

— Я тебя научу, — пообещала Бемби.

Несколько лет назад она проклинала свою несчастную долю за то, что ей на шею повесили младшего брата. А сейчас почему-то ничего не имела против того, чтобы повозиться с мальчишкой, который был ей совсем чужим.

«А у него есть это „потом“? — сердце у Бемби сдавило так, что она перестала дышать. — Не может быть, чтоб не было! Зачем Сол думает об этом?! Это неправильно. Невозможно!»

Слово «невозможно» теряет смысл, если речь заходит о смерти. Она может забрать любого, и дело вовсе не в количестве морщин… Бемби, которая собиралась стать врачом, отлично знала это. Только вот верить ей не хотелось…

Пока брат, пыхтя громче насоса, накачивал шины, она развела морс из смородинового варенья и залила в пластиковую бутылку. Оставшиеся ломти батона Бемби просто намазала маслом, потому что ни сыра, ни колбасы в холодильнике не оказалось. Она вспомнила, что как раз вчера и собиралась чего-нибудь подкупить, но тут такое закрутилось! Какая там колбаса…