Как победить злодея - Кристофер Хили

Шиповничек откусила бекона.

— А где тут тролль?

— Это мы раньше собирались обратиться к нему за помощью — чтобы он отвлек разбойников, пока гномы роют для нас подземный ход под высокой внешней стеной, однако, поскольку от идеи подземного хода мы отказались, я отправил господина Тролля домой. Он был очень недоволен. А кстати: твоим садовникам придется выстричь еще несколько кустов в виде животных — он удалился в такой ярости, что погибли гепард, гиена и грифон.

— Для меня остается неясным один пункт, — заявила Шиповничек. — Твои приятели в ящиках — как они проберутся на крышу через пять этажей незамеченными?

Лиам ответил не сразу, поскольку и сам не знал. Он закрыл глаза и подробно представил себе картину, уповая на то, что решение придет само. И не получил ничего, кроме «Найми актера, чтобы изобразил злодея».

— Да уймись ты! — вслух прикрикнул Лиам на свой внутренний голос.

— Вот интересно! А кто тебе тогда будет вопросы задавать? — обиделась Шиповничек, решив, что он обращается к ней. — И я не уймусь, пока не услышу от тебя приемлемый ответ!

— Мы добьемся, чтобы план осуществился, — сказал Лиам.

— Нет, это неверный ответ, — с напором проговорила Шиповничек. — Я хочу получить Меч Эринтии, а приближающееся цирковое представление дает отличный шанс его выкрасть. И я не собираюсь упускать случай только потому, что у меня подобралась команда отъявленных неудачников, которая даже дельного плана выработать не смогла. У тебя два дня на то, чтобы объяснить мне, как твои соратники попадут на крышу. Иначе я брошу твоих дружков обратно в темницу и пошлю за мечом кого-нибудь другого. — Она откинулась в кресле и обмакнула крутое яичко сойки в бокал клюквенного сока, а потом надкусила. — А теперь беги поиграй с друзьями и дай мне спокойно позавтракать.

Лиам ушел, и Шиповничек покрутила головой и оглядела всю комнату.

— Руффиан! — окликнула она. — Руффиан, ты где?

И гневно швырнула яичко на пол. Оно упало с еле слышным шлепком и только слегка заколыхалось, а этого было совсем не достаточно. Поэтому Шиповничек швырнула на пол и все остальные блюда. Когда все было раскидано и размазано по полу и образовался прелестнейший беспорядок, на ликвидацию которого у слуг уйдет несколько часов, Шиповничек глубоко вздохнула и улыбнулась про себя:

— Ах! Ну, теперь я готова.

И вышла.

* * *

Дверь в Королевский гимнастический зал в Авонделльском дворце чуть-чуть приоткрылась, и в коридор высунулась голова Густава. Двое часовых в полосатой форме, стоявшие в коридоре, вытаращились на него.

— Чем могу служить, сударь? — спросил один из них.

— Ребята, вы тут весь день торчать собираетесь? — осведомился Густав.

Часовые кивнули.

Густав убрал голову и захлопнул дверь. И направился к Лиаму, Дункану и Лиле, которые сбились в кучку посреди просторного мраморного зала.

— Они никуда не уйдут, — доложил он.

— Ладно, тогда надо сделать так, чтобы они слышали, как мы отрабатываем боевые приемы, — сказал Лиам.

— Ага, понял! — Дункан подбежал к двери и принялся громко пыхтеть, кряхтеть, рычать и стонать. Хватал себя за волосы и швырял об пол, а там катался и тявкал, словно бешеный тюлень.

— Годится, — одобрил Лиам. И посмотрел на Эллу: та с кислым видом сидела одна у дальней стены. — Ты с нами?

— Придется, наверное, — пробурчала она. И с преувеличенно тяжким вздохом поднялась и побрела к остальным, чтобы Лиам уж точно понял, что она еще не остыла.

— Как-то неправильно делать все это без Эполета, — сказал Густав.

— Знаете что?! — рассердился Лиам. — Фредерик так сам решил. Нельзя же из-за него откладывать экспедицию! Если кто-нибудь из вас злится на меня за то, что я собираюсь отправляться без него, терпите. На кону кое-что поважнее личных чувств!

Остальные молча кивнули.

— Ну так слушайте, — продолжал Лиам. — Вы должны выяснить, что Шиповничек собирается делать с мечом, но пока мы даже не знаем, откуда начинать поиски.

— Я знаю! — сказала Лила. — Я следила за Шиповничек, когда она ложилась спать, и видела кое-что занятное.

— Что ты делала? — ужаснулся Лиам. — Ты попадешься. Или погибнешь. Хватит так рисковать!

— Да тьфу! — возмутилась Элла. — Будто ты сам слушаешь собственные советы! Ты сам-то что недавно сказал насчет личных чувств?

Лиам закрыл рот, щеки у него побагровели.

— Лила, расскажи, что ты выяснила, — попросила Элла. — И покороче, поскольку — надо отдавать себе в этом отчет — рано или поздно Шиповничек войдет в эту дверь. Эта… женщина надолго нас одних не оставит.

— Именно поэтому я поставил Белоснежку в дозор возле ее будуара, — сказал Лиам.

Элла, Лила и Густав посмотрели на него как-то странно.

— А что? — испугался Лиам. — Не стоило?

* * *

Шиповничек вышла из будуара и отпрянула при виде Белоснежки, которая стояла прямо перед ней в самодельном сомбреро, по периметру которого, будто бахрома, свисали землянички.

— Что ты тут делаешь? — ощерилась Шиповничек.

— Ничего подглядывательного, — ответила Белоснежка.

— Где Лиам и все остальные?

— Внизу, в гимнастическом зале, берут уроки ногомашества. Или рукодрыжества… Надеюсь, все-таки нет, ногомашество звучит гораздо приятнее.

Шиповничек отпихнула ее и целеустремленно зашагала по зеркально-мраморным коридорам в гимнастический зал. Ничего не получится, если она не завоюет доверие Лиама и его друзей. Она уже несколько дней старалась втереться в их компанию, проводить с ними больше времени, держаться с ними — ых! — приветливо. А они постоянно от нее отгораживались. Это ее бесило.

Причем бесило неожиданно сильно.

Шиповничек ускорила шаг.

* * *

— Шиповничек каждый вечер требует, чтобы Рейнальдо — бард — пел ей колыбельную! — рассказывала Лила. — Для девицы ее лет это довольно-таки подозрительно, правда?

— Не обязательно, — пожала плечами Элла. — У Фредерика дома тоже так заведено.

— Но чтобы одну и ту же песню?! — спросила Лила. — Я наблюдала за Шиповничек дважды перед вашей вылазкой, а потом еще раз вчера вечером. Каждый раз одна и та же песня!

— А что за песня? — спросил Лиам. — Там есть про ДДДН?

— Не знаю. Дело в том, что я… ну, висела за окном. — Лила покосилась на Лиама проверить, не лиловый ли он. — Так что слова мне было не очень хорошо слышно. Но кое-какие обрывки расслышала, там что-то про воришку и его возлюбленную.

— Хорошо хоть не «Баллада о Рапунцель», — заметил Густав. — А то я уж испугался. Каждый раз, когда у меня в жизни происходит что-то плохое, каким-то образом оказывается замешана эта девица.