Все Простоквашино - Эдуард Успенский

– Заелись, – сказал Печкин.

– Нет, не заелись, – ответила Катя. – Просто повысился технический уровень. Современный человек хочет, не выходя из дома, побывать на выставке картин. Хочет посмотреть нужное ему кино. Хочет прочитать нужную ему книгу. Получить газету или письмо. И всё это можно делать через Интернет.

– Если все будут письма через ваш интернат получать, – спросил Печкин, – что же тогда будут делать почтальоны?

– Они будут разносить посылки, – ответила Катя. – Передавать посылки по Интернету ещё не научились.

Печкин облегчённо вздохнул, а Катя продолжила:

– Если телефонная сеть – это связанные проводами телефонные аппараты… То Интернет… Интернет, а не интернат, дядя Печкин… то Интернет – это связанные проводами компьютеры всех стран.

Катя включила компьютер и вызвала на экран картинку Интернета.

– Теперь мы выбираем то, что нас интересует: транспорт, то есть всё о поездах и самолётах. Культуру, то есть всё о выставках, концертах. Книги, то есть мы можем войти в любую библиотеку мира и вызвать на экран страницы любой книги.

– Как мы выбираем? – спросил дядя Фёдор.

– Очень просто, – ответила Катя. – Видите, у меня в руках «мышка».

В руках у Кати была пластмассовая «мышка», хотя это была, скорее, пластмассовая «черепашка». Она была соединена проводом с компьютером. И когда Катя катала эту «мышку» по столу, на синем экране бегала чёрная стрелка.

– Я наезжаю стрелкой на нужное слово, например «Музеи», и нажимаю специальную кнопочку, – объяснила Катя. – На экране появится список музеев, которые мы можем посетить.

– Что, прямо не выходя из дома? – спросил Печкин.

– Прямо не выходя из дома, – ответила Катя. – Их картины сами придут к нам на экран.

– Такой способ ходить в музеи мне очень нравится, – сказал Матроскин. – И одежду в гардероб сдавать не надо.

И никто не скажет: «Что это вы собак и кошек в музей напустили!»

– А ещё можем наладить переписку с любым человеком, – сказала Катя.

– Давайте наладим переписку с какой-нибудь симпатичной тётенькой, – предложил Печкин.

– Можно попробовать, – решила девочка. – В Интернете есть специальное место, где печатаются объявления: где что продаётся, кто с кем хочет познакомиться.

Катя нашла на экране компьютера слово «Объявления» в рамочке, наехала на него стрелкой, нажала кнопочку, и появилось первое объявление, которое сам компьютер перевёл на русский язык:

...

Печкин сразу же сказал:

– Это мне.

– Почему это вам, Игорь Иванович? – спросила Катя.

– Чтобы посылки развозить, – ответил Печкин. – Только у меня фотоаппарата нет. Мне придётся ещё и фотоаппарат покупать.

– А при чём тут вообще фотоаппарат? – спросил фотоохотничий Шарик.

– Наверное, эту лошадь продаёт женщина, которая её очень любит, – вмешался профессор Сёмин. – Она хочет, чтобы ей присылали фотографии про неё. Например: «Лошадь Нарцисс гуляет в поле» или «Лошадь Нарцисс ест батон из рук своего хозяина».

– А что значит «недорого»? – спросил Матроскин. – Сколько это в рублях?

– Сейчас узнаем, – сказал профессор Сёмин и заколдовал с компьютером.

Лучше бы он не узнавал, потому что из Интернета им пришёл ответ такой, что нули не уместились на экране.

– А что ещё есть интересного в объявлениях? – спросил подоспевший почтальон.

– Читаем, – сказала Катя:

...

– Марки – это для меня, – снова первым сактивничал Печкин. – Это чисто почтальонское дело. Пусть они меня в этот кружок принимают. Надо скорее подавать заявление.

– Я бы не спешил, – сказал профессор Сёмин.

– Почему? – удивился Печкин.

– Потому что КУ-КУ-А – это может быть не почтовые марки, а марки автомашин или холодильников. Или телевизоров, например, или дельтапланов.

Печкин даже глаза вытаращил.

– Вот какой марки у вас холодильник? – спросил профессор.

– Никакой, – ответил Печкин. – У меня нет холодильника.

– А какой марки у вас телевизор? – спросил профессор.

– Никакого нет, – сказал почтальон.

– Ну, а автомобиль у вас какой марки?

– Нет у меня автомобиля! – закричал Печкин. – Велосипед марки «Ха-кив» у меня!

– Как же это так? – удивился профессор Сёмин. – Это же надо уметь, чтобы всю жизнь проработать и ничего не приобрести.

– Да у нас полстраны таких умельцев! – обиделся почтальон Печкин. – Вы бы меньше по своим Африкам разъезжали, больше бы про нас бы знали!

– Ладно, ладно, – успокоил Печкина дядя Фёдор. – Эрик Трофимович в Африку ездил не загорать: он язык крокодилов изучал, а это очень важно для страны.

Эрик Трофимович спросил:

– Что это за марка такая велосипедная «Ха-кив»? Я такой никогда не слыхал.

– Это велосипед «Харькив» у него, – объяснил Матроскин, – просто две средние буквы стёрлись.

– Но вернёмся к объявлениям, – сказала Катя.

– Да, да. Давайте вернёмся, – согласился Печкин. – Мы начали искать тётеньку для переписки.

– Вот здесь есть одна очень интересная весточка, – сказал профессор Сёмин. – Приготовьтесь.

Все, всем семинаром приготовились слушать интересную весточку. Эта весточка была на английском языке. Профессор перевёл на русский:

...

– Это опять про меня! – закричал почтальон Печкин. – Мне тоже нужны братья по чувствам. Я тоже ищу сомыслителей. Я тоже рождён для счастья, как рыба для воды. Давайте разыщем эту Одинокую Утреннюю Звезду. Давайте срочно отзываться.

Профессор чувствовал себя виноватым перед Печкиным, что посчитал его бездельником, поэтому он сказал: