Вредная девчонка – староста - Энид Блайтон

Новенькие постепенно привыкли к школе. Джулиан со знанием дела занимался тачкой. Он обследовал сарай и нашёл резиновое колесо от старого трёхколёсного велосипеда, отыскал доски и всякие нужные мелочи и отнёс их в столярную мастерскую.

Дети слышали, как он насвистывает там, стуча молотком. Иногда из сарая доносился какой-то скрип, словно тачку катали туда-сюда.

– Ого! Неужели он уже закончил? – удивился Гарри. – Да он просто волшебник!

Но, конечно, не всё ещё было готово. На самом деле Джулиан просто подражал скрипу тачки. Так что его зелёные глаза весело блеснули, когда дети с любопытством заглянули в сарай. Он был рад, что шутка удалась.

Мальчики и девочки окружили его, не скрывая восхищения:

– Джулиан! У тебя получается чудесная тачка! Какой же ты умный!

– Вовсе нет, – рассмеялся Джулиан. – Я самый отстающий в классе, разве вы не слышали?

– И всё-таки тачка замечательная! – похвалила Белинда. – Совсем как настоящая.

Но Джулиан обращал на похвалы не больше внимания, чем на порицания. Он вызвался сделать тачку не потому, что она нужна была младшим ученикам, а потому что знал, что справится. Ему просто захотелось её сделать, вот и всё.

Но, несмотря на его показное равнодушие, Джулиана все любили. Кроме Арабеллы. Она подружилась лишь с Розмари. А та считала эту красивую девочку с прекрасными манерами настоящей принцессой. Ходила за ней следом, выслушивала всё, что та говорила, и со всем соглашалась.

– Я считаю, что это дурацкая школа, – частенько повторяла Арабелла. – Все эти глупые правила, такие только дети могут придумать! Особенно требование сдавать деньги в общую коробку.

Розмари, которая прежде считала, что школьные правила как раз потому и хороши, что их придумали сами дети, сразу же согласилась с Арабеллой:

– Да, всё это глупо. – Правда, на самом деле ей было всё равно, ведь родители у девочки были не больно зажиточные и не могли дать дочери много денег. У неё и было-то всего два фунта пятьдесят центов. Но Розмари во всём охотно соглашалась с подругой, и она добавила:

– Особенно для таких, как ты, Арабелла, кому приходится отдавать слишком много. Стыд и позор. Я видела, что ты положила в коробку десять фунтов и ещё два фунта мелочью.

Арабелла посмотрела на Розмари, прикидывая, можно ли той довериться. У Арабеллы был секрет. Она сдала не все деньги. Приберегла пять фунтов. Так что теперь с теми двумя, которые она получила, у неё было семь. Ими она ни с кем делиться не собиралась и спрятала их в чехол для носовых платков.

«Нет, – решила она. – Пока не стану ей говорить, я ещё недостаточно хорошо её знаю. Хоть она и моя подруга, но частенько бывает глуповата. Пусть всё остаётся в секрете».

Так что Арабелла держала это в тайне. Но в тот же день они с Розмари отправились в город купить марки и заколку для Розмари. Арабелла не удержалась и решила потратить часть своих денег.

– Ты иди на почту за марками, а я зайду в магазин и куплю немножко конфет и шоколада, – сказала она Розмари, поскольку не хотела, чтобы подруга увидела, какой дорогой шоколад она покупает – на целых три или четыре фунта.

Пока Розмари ходила за марками, Арабелла проскользнула в кондитерскую и купила фунт мятных шоколадок, которые очень любила.

А увидев там банку с леденцами, она купила и её тоже. Розмари ещё не вернулась, и Арабелла заглянула ещё в соседнюю лавку и купила книгу.

Потом девочки немножко погуляли по городу и вернулись в школу.

– Знаешь, – сказала Арабелла, беря Розмари за руку, – какое ещё дурацкое правило есть в Уайтлифе? То, что никому не разрешается в одиночку ходить в город, кроме старост и учеников старших классов.

– И правда глупо, – согласилась Розмари.

Арабелла раскрыла пакет с шоколадками:

– Хочешь одну?

– Ой, Арабелла, какие замечательные шоколадки! – У Розмари глаза на лоб полезли от удивления. – Да ты на них, наверное, все деньги истратила!

Девочки вошли в ворота школы, жуя шоколад. Он так и таял во рту. Арабелла закрыла пакет и сунула в карман зимнего пальто – не хотела, чтобы другие увидели, сколько шоколада она накупила, и догадались, что она потратила больше, чем могла.

Когда Арабелла снимала шапку и пальто, Дженни в это время одевалась. Она заметила, как Арабелла положила на скамейку книгу, и взяла её в руки посмотреть.

– Ого! Я давно мечтала прочитать эту книгу. Одолжишь?

– Я ещё сама не читала, – ответила Арабелла. – Только что купила.

Дженни посмотрела на ценник на обложке и присвистнула.

– Целых три фунта! Как же ты смогла купить её за два?

– Я купила её со скидкой, – соврала, запнувшись на миг, Арабелла и покраснела.

Внимательная Дженни это заметила и задумалась, но ничего не сказала. «Хитрюга какая! Выходит, она не все деньги сдала в кассу!» – догадалась Дженни.

В тот вечер Розмари и Арабелла сидели вместе в общей комнате. Арабелла страшно сердилась на Розмари за то, что та проболталась про мятные шоколадки. Конечно, она не нарочно – но дело-то сделано!

Дети говорили о кондитерской, которая им очень нравилась. Там они каждую неделю тратили все свои деньги.

– Мне кажется, леденцы покупать выгоднее всего, – сказала Дженни.

– Вовсе нет. Жевательных конфет «Clear gums» хватает на подольше, – возразила Белинда.

– Это если их не жевать, – вставил Гарри. – Спорим, что, если правильно сосать леденец, не откусывая, от начала до конца, а потом тянучку, совсем не жуя, то разницы никакой нет.

– Давай попробуем и проверим, – предложил Джон.