Карусели над городом - Юрий Томин

Затем Алексей Мухин узнал, что уже всерьез собираются управлять облаками и что можно если не перегонять их с места на место, то хотя бы заставить пролить дождь там, где он нужен. Начало этих опытов уходит в далекие времена. Говорят, что когда-то какой-то артиллерист, разозлившийся на жару, выпалил в небо из пушки и в награду получил прохладный дождик. Скорее всего это простое совпадение, хотя кто его знает…

А еще студент Мухин узнал, что высоко над землей плавают недостижимые и загадочные серебристые облака. Мерцающие мягким жемчужным светом, похожие на крылья больших белоснежных птиц, облака эти удавалось увидеть лишь немногим счастливцам, а раскрыть тайну их не удавалось пока никому.

Алексей Мухин приставал с расспросами к профессорам, но и профессора ничего толком объяснить не могли.

И уже на третьем курсе Алексей Мухин решил, что жизнь его будет отдана серебристым облакам.

А потом он попал на метеорологическую станцию возле Кулеминска.

А потом он познакомился с Аней.

А потом родилась Татьяна — и серебристые облака слегка отодвинулись.

А потом станцию в Кулеминске закрыли — и Алеше Мухину предложили место на станции в Заполярье, но ехать туда с грудным ребенком было нельзя.

А еще потом ехать уже было некуда.

И Алеша Мухин пошел в школу учителем физики и стал Алексеем Палычем.

Серебристые облака, все такие же загадочные, плавали над планетой.

Алексей Палыч оказался человеком покладистым и добросовестным.

Он не ссорился с учениками, не вызывал в школу родителей, но успеваемость в его классах была почему-то приличной. Ученики почему-то ему не грубили. Возможно, так повелось потому, что Алексей Палыч позволял «болтать» на своих уроках, если «болтали» что-нибудь дельное, а возможно, он родился учителем, хотя до поры до времени этого и не знал.

Была у Алексея Палыча и своя слабость: школьный кабинет физики он начинял современной аппаратурой. Ну, не компьютерами,[8]конечно, не лазерами,[9]но все же и в городе мог кое-кто позавидовать. Стоял, например, в кабинете звуковой генератор,[10]который выпросил Алексей Палыч у бывшего своего однокурсника, ныне заведующего отделом заходов Солнца в НИИЛ.[11]Достал Алексей Палыч и осциллограф[12]— у руководителя лаборатории восходов Луны в НИИС.[13]И еще удалось приобрести спектрометр,[14]с помощью которого Алексей Палыч надеялся исследовать серебристые облака.

Шли годы.

Серебристые облака над Кулеминском не появлялись. Современная аппаратура позволяла демонстрировать на уроках интересные опыты, и ученики догадывались, что учитель делает больше, чем положено. За это его уважали.

Некоторые опыты были загадочны. От этого авторитет Алексея Палыча поднимался еще выше.

В кабинете физики становилось тесно.

Приборы временами выходили из строя, их нужно было ремонтировать, налаживать, и Алексей Палыч давно уже подумывал о помощнике. Ему нужны были не просто лишние руки, ему хотелось единомышленника — человека, который носил бы в душе серебристые облака и, возможно, сделал бы когда-нибудь то, что не удалось Алексею Палычу.

В очередной год Алексей Палыч принял очередной шестой класс — и там он нашел такого человека.

Вернее, они друг друга нашли.

Когда Борис Куликов показал учителю грамотно рассчитанную схему ветродвигателя и спросил, где можно достать для него «динамку», Алексей Палыч понял, что перед ним свой человек.

Когда учитель схватил карандаш и нарисовал конструкцию мачты для двигателя, Борис Куликов понял, что Алексею Палычу можно доверить и большее.

— Это вполне возможно, — сказал Алексей Палыч.

— Тогда давайте сделаем, — предложил Боря.

— Я тебе помогу, — уточнил Алексей Палыч. — Ведь идея твоя… Динамо у меня есть, но только постоянного тока. Потребуется аккумулятор…

— Мы только что сменили у «Запорожца», — сказал Борис. — Старый еще ничего. Только он всего на двенадцать вольт.

— Сделаем пока опытный экземпляр, — сказал Алексей Палыч.

Недели через две ветряк уже крутился во дворе Куликовых. Автомобильная лампочка исправно освещала погреб с капустой, чем была очень довольна Борина мама.

Недоволен был только малолетний Серега: он дважды успел грохнуться с мачты, когда пытался дотянуться до ветряка. Впрочем, Серега был из породы детей, которых без вреда для здоровья можно сбрасывать с самолета.

В кабинете физики Боря освоился очень быстро. У него оказались хорошие руки. Те самые руки, что когда-то превратили швейную машинку в кучу металла, теперь умели паять, клеить, собирать и монтировать. Но Боря был не только помощником, в его голове бродили свои идеи. Если серебристые облака все еще иногда всплывали в памяти Алексея Палыча и отвлекали его от реальной жизни, то Боря, при всех своих телевизионных проектах, был человеком более практическим. Именно он предложил оборудовать лабораторию в школьном подвале.

Если бы они только знали, что случится потом в этой лаборатории!

Может быть, они бы замуровали дверь в подвал наглухо…

А может быть, наоборот — забросили все дела и начали бы прямо с магнита, из-за которого все и получилось.

Но тогда Алексей Палыч и Боря ничего еще не знали о будущем.

Работая по вечерам, они обшили досками стены подвала, настелили пол и провели электричество. Затем сколотили верстак и приволокли небольшой токарный станок, завалявшийся почему-то на Кулеминском крупяном заводе.

Сыну директора этого завода грозила очередная двойка по физике, и со станком директор расстался легко, тем более что в приготовлении круп станок не участвовал.

Большая часть приборов тоже перекочевала в подвал. Получилась лаборатория-мастерская. Алексей Палыч повесил на дверь подвала замок.

Один ключ от этого замка достался Борису.

В кабинете остались только учебные пособия да спектрометр[15]у окна, нацеленный на ту часть неба, где должны были появиться серебристые облака.