На краю Отонаби - Брайан Галлахер

– Пап, ну пожалуйста, не занудничай, – уговаривал Майк.

– Сам подумай, во всём необходим баланс.

Вечернее солнце заливало кухню, освещая широкие плечи отца. Он сидел за столом с кружкой крепчайшего черного кофе.

Мама Майка чистила картошку для ужина, а Майк хотел позвать на ужин своего нового друга. Майку куда больше, чем он ожидал, нравился Уилсон, а теперь они встретили Люси и основали секретный Гим-клуб. Вдвойне круто!

– Он не такой задавака, как ты думаешь, пап, он не будет задирать нос.

– Пусть только попробует, – с улыбкой сказала мама.

Она явно не против, чтобы с ними за столом оказался еще один мальчишка. Старшие брат и сестра Майка теперь жили и работали в Питерборо, и обеденный стол был великоват для троих.

– Я не говорю, что он задавака, – отозвался отец. – Но Таггарты – люди другого сорта.

– Они богаче, вот и всё.

– Совсем не всё. Они из влиятельной протестантской семьи и там, в Ирландии, были крупными землевладельцами.

– Мы теперь в Канаде, пап, какое нам дело до того, кем они были в Ирландии?

– Жизнь куда сложнее, чем тебе кажется. Они – одной породы, мы – другой, Канада там или не Канада.

Но в Канаде всё по-другому. Здесь, в Канаде, каждый может начать жизнь сначала. Поэтому-то его родители сюда и приехали. Отец – отличный плотник, но всё равно у него там, в Дублине, не было постоянной работы. Одно время им пришлось жить на мамин заработок, она работала медицинской сестрой в больнице.

Отъезд в Канаду тогда казался Майку настоящим приключением. Тут всё куда больше и просторнее. Поначалу было нелегко, над ним часто смеялись за ирландский акцент. Но он легко сходился с людьми, и скоро у него появилось немало друзей в Лейкфилде, да и акцент быстро пропал. Всё же мальчик не забыл, как трудно было вначале. Уилсону сейчас тоже приходится нелегко.

– Кстати, отчего такие перемены? – поинтересовался отец. – Ты вроде не особо хотел катать его на лодке.

– Сам знаешь, мама, как всегда, была права, считая, что нам стоит подружиться.

– Премного благодарна, великодушный сэр, – рассмеялась мама. – Пожалуйста, запиши эти слова крупными буквами, еще неизвестно, когда меня снова удостоят такого комплимента.

Майк улыбнулся маминой шутке, но отец поставил кружку с кофе на стол и заговорил серьезно:

– Я только хочу сказать, что помочь мальчику, когда его отец не может… когда его нет рядом, очень похвально. Но до определенной степени. Он – другой породы.

– Я понимаю, пап, но он сейчас совсем один.

Добросердечный отец явно колебался, так что мама добавила:

– Один семейный ужин, Том, не перевернет мир с ног на голову. Представь себе, что наш Майк остался один в чужом городе – и кто-то его пожалел.

Отец устало улыбнулся и покачал головой.

– Вы вдвоем будете ко мне приставать, пока я не сдамся.

– Это точно! – Майк обрадовался. Похоже, отец готов согласиться.

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты плут?

– Мне кто-нибудь говорил, что я крут? – Майк притворился, что не расслышал слова отца.

– Ну ладно, будь по-твоему, шалопай. – Отец встал и взъерошил сыну волосы.

– Спасибо, пап, побегу скажу ему.

– Один ужин, сын. Не рассчитывай на каждый день.

– Как скажешь, пап, посмотрим, как пойдет.

Отец не успел ответить – сын, хохоча во всё горло, уже выскочил за дверь.

* * *

Уилсон сидел на кровати, прикрывая рукой свет фонарика, чтобы никто не заметил. Вряд ли дежурный воспитатель его поймает, в спальне больше никого нет, все на каникулах, но всё же лучше не рисковать.

Уже одиннадцать, и в школе так тихо, что слышно, как шуршит в кронах деревьев ветерок с озера Катчеванука. Уилсон устал после целого дня на воздухе, но сегодня столько всего произошло, что никак не заснуть. У них теперь есть тайный клуб, да и ужин с семьей Фаррелли оказался просто чудесным.

Уилсон и раньше встречал мистера Фаррелли, заведующего школьным хозяйством, человека строгих правил. Но в кругу семьи он оказался совсем не таким. А миссис Фаррелли так и сыпала шуточками, как и Майк. В общем, эта семья – полная противоположность его собственной.

Ему стало немного стыдно за подобные мысли. Отец не виноват в том, что мама умерла и оставила их вдвоем. Отец всегда справедлив и честен в делах и хочет для Уилсона всего самого хорошего. Да только за ужином у Фаррелли царила совсем другая атмосфера, другая, но ужасно привлекательная. Хоть бы его еще разок пригласили, теперь, когда он подружился с Майком! Он очень на это надеялся, но из опасения быть навязчивым спросить не решился.

Он посветил на тетрадку – что-то вроде дневника. Он не делал записей каждый день, только когда случалось что-то особенно интересное, как сегодня, когда он провел день с Майком и Люси. Или когда в мире происходили особо важные события.