Обезжиренная Адя - Валерий Квилория

На столе сидела Жалиса. Одной лапой она держала большую кастрюлю, другой – мухобойку и била мухобойкой по кастрюле, словно колотушкой по барабану. При этом кошка отчаянно мотала мордой, на которой был надет гранёный стакан с бабушкиной вставной челюстью внутри. Стакан плотно сжимал Жалисину морду, поэтому и песни у неё выходили в жутко сжатом виде.

– Да это кошка наша, – успокоила медиков Адя и бросилась снимать с Жалисы гранёную посуду.

– Ты зачем стакан на голову надела? – спросила она.

– Жужульянка! Жужульянка! – провыла в ответ Жалиса.

– Ага, – принюхалась Адя, – валерьянки напилась.

Халаты осуждающе закачали головами и один за другим скрылись в дыре. Адя бросилась к спящей бабушке.

– Бабушка, – заплакала она. – Бабушка, Жалиса твою валерьянку вылакала!

Услышав такое, бабушка тотчас вскочила на ноги. Адя заплакала ещё горше.

– Да что такое? – испугалась бабушка.

– Бабушка, я к тебе в гости Смерть позвала, – призналась Адя.

– Ай-яй-яй! – закручинилась старушка и от горя принялась рвать на себе волосы.

Рвала она их с таким остервенением, что во все стороны летели огромные клоки. Через минуту она стала лысая, как колено. Адя смахнула с глаз слёзы и с ужасом поняла, что перед ней вовсе и не бабушка, а лысый слесарь.

– Ты зачем меня целых два раза стукнула? – спросил он бабушкиным голосом и достал из-за спины разводной ключ.

Понимая, что её сию секунду стукнут этим тяжеленным инструментом, Адя дёрнулась и снова проснулась. Проснулась и опять увидела бабушку.

– Ты чего хнычешь? – ласково спросила старушка.

– А ты не слесарь? – спросила Адя.

– Нет, конечно.

– И волосы рвать не будешь?

– Не буду, – улыбнулась бабушка. – У меня их и так мало.

Адя села на постели, увидела в ногах мирно посапывающую Жалису и проснулась окончательно. Значит, поняла она, всё это был сон, даже два сна. Обрадовалась, и вдруг, будто наяву, услышала голос Смерти.

– Всё это, конечно, сон, – шепнул едва слышимый мрачный голос, – но анорексия не понарошку и на самом деле считается смертельно опасной болезнью.

– Бабушка, – захныкала Адя. – Я начинаю новую жизнь.

– Опять диета? – загрустила бабушка.

– Нет! – вздохнула Адя. – Теперь я буду питаться правильно и полноценно.

– Вот и хорошо, – заулыбалась старушка.

– А ещё буду физические нагрузки ежедневно испытывать.

И Адя бросилась на кухню за мусорным ведром.

В тот же день она записалась в бассейн. А через неделю, когда привыкла к водным нагрузкам, поступила в школу бальных танцев.

С тех пор Адя крутится, как белка в колесе. С утра она несётся на местный стадион и бегает там на пару с лысым дядей. Да-да! После второго удара мясом дядя напрочь бросил курить и всерьёз занялся спортом.

Потом Адя спешит в школу. После школы наводит порядок в квартире. Сама себе готовит правильный и полноценный обед и садится за домашнее задание. Затем, если это вторник или четверг, вприпрыжку бежит в бассейн. Если это понедельник, среда или пятница, отправляется на бальные танцы. Вечером Адя читает книги, а когда очередная книга заканчивается, чатится в компьютере со всем миром. И, когда новый интернет-знакомый спрашивает, какая она из себя, Адя отвечает:

– Не очень худая и не очень толстая. Нормальная!

И только с наступлением марта девочка начинает нервничать. Особенно если месяц выдаётся дождливый. Но то ли по четвергам тучи обходят их дом стороной, то ли тётка в белом балахоне забыла о своём обещании, но бабушка Маня и по сей день жива-здорова. Живёт себе-поживает, подкармливает Жалису диетической свининкой и не нарадуется своей внучкой.