Клан Сопрано - Мэтт Золлер Сайтц

Тони и Кармела тратят массу энергии на подавление бунтов. Ричи сначала отказывается строить пандус для инвалидной коляски Бинзи Гаэты и при этом демонстрирует верность Джуниору, но затем начинает вести себя хорошо, принося Кармеле рубец с помидорами и даря Тони кожаную куртку, которую он забрал у Рокко Ди Мео — крутого парня из графства Эссекс^[128]. Ричи убедительно оправдывает свои проступки (заявляет, что перекинул строительную команду^[129] из дома Бинзи на работу в дом своей будущей тещи Ливии), а в сцене с курткой отчасти объясняет свое упрямство относительно пандуса: «Бинзи Гаэта до сих пор бы наркоту по пять долларов толкал на Джефферсон-авеню, если бы не Джеки». Таким образом, Ричи указывает Тони, что тот забывает об уважении к своему умершему боссу (он же умерший брат Ричи).

Как и в эпизоде «D-девочка», Тони является скорее второстепенным, а не главным героем^[130], но он остается тем самым солнечным лучом, под которым хотят спать все кошки. Шон Гизмонт и Мэтт Бевилакуа (сейчас его называют Дринкуотер — приблизительный перевод на английский фамилии Бевилакуа), накачанные отморозки, мечутся между авторитетами в надежде, что те оценят, наконец, их несуществующий потенциал и не будут смеяться над ними (как, например, это сделал Фьюрио, пришедший забрать деньги) или кричать на них (как это делает Тони, когда Шон по глупости начинает говорить о делах в комнате отдыха клуба «Бинг»). Если бы они, поддавшись импульсу, не начали стрелять в Криса, то Ричи, тоже жаждущий уважения, возможно, мог бы стать их наставником. История Мэтта и Шона также некоторым образом связана с сюжетными линиями Ричи и Кристофера — Адрианы. Решение парочки уничтожить Криса, который помог им заработать кучу денег на вскрытии сейфов, возникает после того, как Ричи издевается над Крисом в их присутствии, и отчасти оттого, что Крис осмеливается ударить Адриану, хотя пока еще не женат на ней. «Если вы можете что-то сделать для меня, дайте мне знать», — говорит он им.

В этом эпизоде много примеров того, как женщины в рамках патриархальной субкультуры из кожи вон лезут, чтобы оправдать или объяснить домашнее насилие со стороны своих партнеров. Мужчины прибегают к силе всякий раз, когда рискуют потерять контроль над своими супругами, и спокойно называют это жизненной правдой, которую нет смысла обсуждать; они руководствуются тем же протоколом, который устанавливает, сколько денег нужно отдать тому, кто выше тебя, и какие обстоятельства могут привести к тому, что тебя могут убить. В первой беседе Ричи с Крисом в эпизоде «Я, б., поскакала» есть предупреждение не поднимать руку на Адриану, пока они не женаты. Неуклюжее предложение Криса — это отчасти извинение за плохое обращение с Адрианой — как явное (физическое и словесное насилие), так и скрытое (секс с Эми в «D-девочке»), а отчасти это способ резко начать респектабельную жизнь^[131]. Мать Адрианы, Лиз (Патти Маккормак), чувствует в Кристофере угрозу, беспокоится, что он украл кольцо, и предупреждает Адриану, чтобы та не рассчитывала найти убежище в этом доме, если выйдет за Криса замуж. Мэтт и Шон расхваливают Адриану перед Крисом, употребляя нарочито связанные с сексуальностью фразы, и он воспринимает это как комплимент.

Это и один из великих эпизодов Кармелы, показывающий, как она (обычно) идет на компромиссы, чтобы обеспечить себе комфорт. Вежливое обращение превращается в тиски для каждого, кто отважится сказать ей «нет»; и оно, возможно, пугает больше, чем физическое насилие, потому что дает понять, насколько сильны могут быть люди, которые никогда не показывают кулак и не наставляют пистолет. Кармела здесь ведет войну на два фронта — против дочери, которая хочет поехать в колледж в другой части страны, и против соседки Джин Кусамано и ее сестры-близнеца Джоан (обеих играет Сандра Сантьяго^[132]). Обе стороны виноваты в том, что отказываются уступать и сделать то, что она хочет. Медоу желает уехать подальше от дома, а Кармела сначала выбрасывает письмо из «Беркли», в котором говорится о необходимости предоставить полные данные для поступления в колледж, а затем буквально выдавливает из близнецов Кусамано рекомендательное письмо в Джорджтаун.

Кармела приступает к делу не так, как Тони, который чуть что впадает в ярость, — нет, она спокойна и доброжелательна. «Я думаю, вы не поняли: я хочу, чтобы вы написали письмо», — говорит Кармела с улыбкой, но эта улыбка леденит душу. Этот момент — высшая точка напряжения в сцене, где одна женщина подавляет другую, используя лишь пирог рикотта и конверт из оберточной бумаги. Когда Джин сообщает, что Джоан все же написала рекомендательное письмо, Кармела говорит: «Чудесно! У тебя есть копия?» — желая убедиться, что Джоан не лжет. Более всего языком тела в этой сцене владеет Сантьяго. Когда Кармела восклицает: «Джин, ты замечательная!» — и подходит, чтобы обнять ее, Джин резко подается назад, будто бы ее вот-вот обовьет питон. Да так оно и есть.