Идущие к мечте. Том 1 - Озорной Сказочник

— Я тебе верю, — первым отозвался Видж, вытянув руку вперёд ладонью вниз, — сделаем это.

— Да и чёрт с ним, — ухмыляясь, произнес Джавс, кладя свою ладонь поверх ладони Виджа.

— Я с вами, — кивнув, сказал Чарвос, положив свою руку сверху его могучая лапища полностью скрыла немаленькую ладонь Джавса.

— Ты же наш капитан, тебе и решать, — согласился Жокер.

На удивление лишь Мишку молчал, но наткнувшись на пять пар решительно настроенных глаз, присоединился к остальным. Последним свою ладонь положил капитан, на чью сумасшедшую идею они все согласились сделать ставку в этот решающий момент. Качнув руками вниз, вверх и снова вниз, при подъёме вверх команда с радостным возгласом вскинула руки над головой. Все поехали по местам, стараясь не замечать свиста и выкриков Крокса, которого никто не удосужился ввести в курс происходящего.

Видж, направляясь к выбранной позиции, смотрел вниз не только потому, что не хотел встречаться глазами с тренером, но и потому, что пытался обдумать то, что промелькнуло в глазах Элиота, когда он первым его поддержал. Нет, это была не благодарность за поддержку и не радость, что его идею приняли. Это было нечто другое, эмоция совершено иного смысла. Смущение, возможно. «Элиот умеет смущаться, даже если да, что это меняет? Ничего. Так, всё, стоп», — решил Видж, выкидывая всё ненужное из головы. Впереди краткий миг, который определит его будущее. Сейчас не до посторонних мыслей, к ней он вернётся позже.

Вся команда распределилась по своей половине и застыла в ожидании, даже тренер сидел молча с видом, будто всё так и задумывал. В начале капитан Идущих за дорами движением руки послал в атаку Виджа, потом двинулся сам, запуская человеческий механизм. Быстро и беспрепятственно достиг двадцатиметровой отметки, окинул поля взглядом. Как он и предполагал, основное внимание хозяев сейчас было приковано к Виджу. Двинулся к противоположной стене, пересекая поля по диагонали, кидая короткие взгляды на ходу. Мишку и Видж вот-вот сцепятся, защитники заняли позицию для броска, а соперники готовясь к обороне распределились по полю. Вай-ир встал в центре, Гепард— на левом фланге, Барс сидел на хвосте у Элиота; Колос, Бык и Громила — глубоко в тылу, на границе своей зоны. Понимая, что отступать или менять свой план уже поздно, Бледный быстро увеличил темп, по максимуму сжигая последние резервы сил. Тем временем Мишку запустил Виджа, путая соперников и заставляя Вай-ира и двух защитников смещаться вправо. «Хоп, Хоп», — раздался выкрик Чарвоса. Игрок, дающий пас, сообщал о броске товарищам, не видящих его. Элиот обернулся мгновенно, найдя глазами летящий в воздухе спортивный снаряд. Немного пожертвовав скоростью, принял пас и вновь, как ошалелый, заработал ногами. Вот только летел он на стену, как будто собираясь ее протаранить.

Видж, отыграв свою роль, затормозил на границе зон и поглядел в спину напарнику, пытаясь понять, что он задумал. Тот, как обезумевший, летел вперёд, будто не замечая препятствия. Но стена — это не люди, там не получится отыскать лазейку и проскочить. Был лишь один шанс: повернуть до стены, обогнув препятствие из бочек с одной или другой стороны. Но первый проход надёжно блокировал Бык, а второй, находящийся между бочками и стеной, требовал резкого изменения траектории движения, для чего необходимо было сильно сбросить скорость, давая возможность защитнику сместится позицию. Бледный нашёл третий, свой собственный, путь. Заложив вираж, будто пытается проскочить между бочками и стеной, не стал скидывать скорость, слегка подпрыгнул, приземлившись на покатую поверхность стены, уходившей вверх не прямо, а как борт глубокой миски. За счёт набранной скорости и инерции Элиот не полетел вниз, гремя костями, а поехал по стене, описывая дугу. Вначале верх, а потом вниз, набирая скорость, и всё время вперёд, к воротам. Бык остался за спиной, Громила, прикрывавший Виджа, вместе с Вай-иром был слишком далеко, а Колос, стоявший по центру, потерял его из виду. Пользуясь сложившейся ситуацией сполна, Бледный беспрепятственно достиг штрафной, остановился на рубеже, по центру. Понимая, что его могут настичь в любую секунду, почти сразу швырнул мяч. Вратарь понимал, что соперник постарается вырвать победу, получив два или три буста, и решил во что бы то ни стало оставить последние слова за собой. И поэтому, как только мяч оказался в полёте, не медля перекрыл боковые кольца. Но вновь ошибся. Бледный метил в центральное. Мяч поразил самое большое кольцо сравняв счёт.

— Да, — радостно выкрикнул капитан гостей, как будто уже победил. — Мы сделали это! — вводя своей радостью в замешательство даже зрителей на трибунах.

— Ну и чему ты радуешься? — ядовито спросил, подъехавший Вай-ир, — ты всего лишь сравнял счёт!

— Всего лишь сравнял, — передразнивая гнусавым голосом произнес Элиот. — Если ты не забыл, мы играем в короткую партию. На ответную атаку времени у тебя не осталось. А значит, будут буллиты, — с этими словами улыбка парня расплывалась всё шире и шире. — Мы твоего вратаря расшатаем на раз, а ты в это время попробуешь пробить Паука, — и будто этого было недостаточно, добавил с покровительственным тонном, — но ты не переживай, мы лишь возьмём то, что наше по праву.

Эти слова, наглый тон и самодовольная улыбка парня разорвали остатки самообладания капитана хозяев, и тот залился отменной руганью. Всё вышло так, как предсказывал Бледный: хозяева не успели забить за оставшееся время. Игра дошла до буллитов: по два на каждого атакующего игрока в сумме шесть бросков. По мере того, как Видж, Элиот и Мишку демонстрировали свою точность и хитрость в выборе цели, увеличивая разрыв. Каждый следующий мяч влетал в кольца ворот словно мощный удар, вгонявший очередной гвоздь в крышку гроба надежд и иллюзий большинства зрителей на победу любимой команды. И если первые броски собравшиеся на трибунах встречали по-разному: местные — приглушённым гулом разочарования, звучавшим всё тише и тише, а болельщики, Идущие за дорами, — громким радостным криком. Выплеснув все силы и эмоции, караванщики напоследок просто «смаковали» то, как их команда добивает поверженного врага, ведь их победа стала почти осязаемой после первых двух мячей. Последние броски не решали уже ничего и прошли в полном молчании. Местные на трибунах смирились с итогом. Игра закончилась со счётом «восемнадцать — тринадцать». Городские врата пали.

В своих мечтах Видж иначе представлял этот момент. В его голове первая победа окрашивалась всеми цветами