Драматургия: искусство истории. Универсальные принципы повествования для кино и театра - Ив Лавандье

должен убить старушку (Патриция Хейс). Первая попытка проваливается: он убивает не даму, а одну из трех ее собак – к его огорчению, ведь он любит животных. Вторая попытка – та же неудача, но здесь, в отличие от предыдущих примеров, повторение А не является неожиданностью. На самом деле, как только зритель в первый раз увидел трех собак, он догадался, что первые две попытки будут неудачными, а третья – успешной, потому что, конечно же, зритель подсознательно прекрасно знает принцип А – А – А'. Если автор не хочет заранее предупредить публику о своем эффекте и тем самым разочаровать нас, он обязан в третий раз предложить нам нечто иное, чем A'.

Так он и поступает. Вместо того чтобы убить старушку, как планировалось, Кен убивает оставшуюся собаку. Таким образом, мы имеем А – А – А. Третья А – это неожиданность и даже гэг, но вот в чем проблема: отсутствует изменение. Автор обманул нас и в то же время не может оставить все как есть. Старушка настолько потрясена смертью своей третьей и последней собаки, что умирает от сердечного приступа.

Очевидно, что цепочка типа A – A – A – A' работает хуже, чем A – A – A', потому что третья буква A не нужна. Второго А достаточно, чтобы мы поняли, что такое привычное действие или повтор в больших масштабах. А – А' работает еще хуже, потому что сцена (или жест, диалог и т. д.) изменяется прежде, чем она приобретает повторяющийся характер. С другой стороны, комбинация A – A – A' – A'' может работать – A'' является искажением A, но отличается и от A'.

В фильме «Болваны» Лорел сидит на кровати. Харди внезапно садится рядом с ним, подталкиваемый его женой (Минна Гомбелл), – тут Лорела подбрасывает в воздух. Шутка показана дважды: A – A. Лорел решает пойти и сесть на другую кровать, никак не связанную с первой. Харди тем же движением снова толкает его вперед: A'. Затем Лорел переходит к креслу, которое на самом деле представляет собой накрытую простыней фигуру. Конечно, здесь он снова оказывается напуганным, но условия, как и в A', другие. Так что это A''.

В комиксе «Призрачное племя» (стр. 14) четверо солдат, которых обманул Блуберри, реагируют по-разному. Двое объясняют командиру, что произошло (A – A). Третий думает (бабл над его головой), что Блуберри все же спас их от перерезания горла и снятия скальпов (A'), последний признает, что Блуберри очень хорошо играет на горне (A''). Таким образом, мы имеем классическую триаду плюс гэг.

Другие типы повторов в комедии

Существуют и другие принципы комических повторов, но они не имеют ничего общего с триадой. В англоязычном кино их называют сквозными гэгами, то есть шутками, которые повторяются на протяжении всей истории (или сцены). Один из них, основанный на накоплении, заключается в многократном повторении одного и того же (A – A – A – A – A…). Один из самых известных примеров – фраза Жерона «Кой черт занес меня на эту галеру?» в «Плутнях Скапена».

Кстати, мастером таких повторов был Мольер. В «Мнимом больном» Туанетта несколько раз повторяет Аргану «легкое», а затем «невежа». В «Тартюфе» Оргон спрашивает о здоровье Тартюфа, и Дорин с иронией сообщает ему о его состоянии. Оргон все четыре раза комментирует: «Бедняга». Такой тип повтора часто сродни навязчивой идее, и поэтому относится к характеристике. В начале фильма «39 ступеней» зритель постоянно спрашивает мистера Мемори, сколько лет Мэй Уэст. Это его навязчивая идея.

Другой принцип – последовательность A – A' – A'' – A''' и т. д. У Отто Гриблинга, знаменитого американского клоуна, был номер, основанный на этом принципе. В начале представления он появлялся с маленьким цветочным горшком (или почтовой посылкой, или большим куском льда) для миссис Смит. Но поскольку миссис Смит не было, он уходил за кулисы. Затем, в течение всего шоу, он возвращался и снова спрашивал миссис Смит. Но каждый раз, когда он возвращался, растение вырастало, и Гриблинг заканчивал представление, неся в руках дерево (или вскрытую почтовую посылку, или маленький кубик льда). Эта шутка была повторена в фильме «Ад раскрылся».

Обратите внимание, что последовательность сцен в «Трех поросятах» основана как на комбинации A – A – A', о которой мы только что говорили, так и на комбинации A – A' – A''. Ведь раз от раза домики поросят становятся все крепче и крепче, и волку все труднее их разрушить, хотя с деревянным домиком ему это все же удается. «Три поросенка» в символической форме сообщают ребенку, что лучше повеселиться (А – А), выполнив работу (А'), а также что по мере взросления он будет становиться сильнее и мудрее и что, чтобы стать пятилетним (Б''), ему придется символически убить четырехлетнего (Б'), также как четырехлетний символически убил трехлетнего (Б). Конечно, это работает только в варианте «Трех поросят», где первые двое не выживают, – версии, которую горячо отстаивает Бруно Беттельхейм [20]. Пример из «Героической кермессы», приведенный выше, также представляет собой смесь A – A – A' и Б – Б' – Б''.

Число 7

Говоря о числах, упомянем кратко о числе 7 и множествах с семью элементами, которые также использовались в некоторых историях. Например, у Мальчика-с-пальчик есть шесть братьев, которые так же похожи друг на друга, как две сестры Золушки. Но у них разные функции. Между Мальчиком-с-пальчик и его братьями нет эмоциональной ревности. Поэтому, как и в «Гензеле и Гретель», где рассказывается практически та же история, одного брата было бы вполне достаточно.

На самом деле Перро стал жертвой увлечения, которое люди вот уже тридцать веков испытывают по отношению к числу 7, считая его магическим. Следует отметить, что 3 не более магическое число, чем 7. На самом деле, я не думаю, что существует такая вещь, как магические числа. 3 – это фундаментальное число, часто значимое или символическое, но не магическое.

Хотя увлечение числом 7 и неоправданно, оно имеет свое объяснение. В древности первые астрономы заметили, что семь звезд движутся не так, как остальные. Это были Солнце, Луна и пять планет Солнечной системы, видимые невооруженным глазом (Меркурий, Венера, Марс, Юпитер и Сатурн). В то время небо воспринималось как плоский экран, доска, на которой боги оставляли послания для смертных. Поэтому число 7 обязательно имело магическое значение. Конечно, астрономы сильно ошиблись, поскольку свалили в одну корзину звезду, пять планет этой звезды из девяти, существующих