«Меридиан» и другие пьесы - Ян Солович

Г а ч и к. Знаешь, я был потрясен.

К а ч к о в а. Этих хулиганов избили?.. У тебя на глазах?

Г а ч и к. Сто двадцать одиноких детей. Выражение их глаз… Вы можете себе представить? Мы с Небожецем, проходя мимо них, внимательно смотрели на каждого… Странное зрелище. Они еще дети — ровесники нашим. Без отцов, без матерей, без любви… Обездоленные детские души…

К а ч к о в а. Не принимай все так близко к сердцу. Хороши эти обездоленные детские души, если они способны ни за что ни про что проломить человеку голову!

Г а ч и к. Я повторяю — ни один из них не показался мне подозрительным.

К а ч к о в а. Ни лицом, ни голосом?

Г а ч и к. Петь мы их не заставляли.

К а ч к о в а. Ну и что же с чем надо было сравнивать?

Г а ч и к о в а. Мама, не перебивай его. Пусть расскажет, что там произошло.

Г а ч и к. За этих сто двадцать детей словом и делом отвечают пятеро: директор, воспитатель и три их помощницы. Все пущено на самотек. Ребята лазают в окна, прячутся на чердаке, прыгают через забор. Форменное безобразие! Из просто беспризорных они превращаются в дикарей, а тем, кто должен их воспитывать, попросту не хватает сил, нервов, здоровья. И никакого выхода нет.

Г а ч и к о в а. Как это нет? Ведь это же государственное учреждение.

Г а ч и к. В штатном расписании не хватает единиц, а коек в колонии вдвое меньше, чем ребят.

Г а ч и к о в а. Зачем же тогда их столько набрали?

К а ч к о в а. Вот оно, наше планирование. Выделили средства на исправительный дом, а их не хватает. Не хватает даже на приличные заборы и решетки!

Г а ч и к. За́мок будут реставрировать только через семь лет.

Г а ч и к о в а. И получается, что до того времени мы брошены на произвол судьбы.

Г а ч и к. Это и так и не так.

Г а ч и к о в а. Что ты хочешь этим сказать?

Г а ч и к. Я предложил выход из положения.

Г а ч и к о в а. Ты?

Г а ч и к. Да, я.

Г а ч и к о в а (Милицке). Пойди поставь чайник.

Г а ч и к. Не выгоняй ее. Мне любопытно, что думает голова, не отягощенная предрассудками. Я исходил из собственного опыта. Предложил педагогическую помощь.

Г а ч и к о в а. Хочешь снова преподавать?

К а ч к о в а. Учить трудновоспитуемых? Сколько тебе за это пообещали?

Г а ч и к. Пока ничего.

К а ч к о в а. Думаешь работать по совместительству?

Г а ч и к. К счастью, воспитание — не та работа, которой можно заниматься по совместительству.

Г а ч и к о в а. Тогда как же?

Г а ч и к. Здесь невозможна халтура. Поэтому на собрании я встал и обратился к присутствующим… «Товарищи! — сказал я. — Вы сами видите, какие плоды приносит неправильное воспитание» — я показал на сто двадцать ребят из исправительного дома. Никто мне не возразил. Тогда я продолжил: «Что же мы можем для них сделать? Ведь все мы знаем, чего им недостает. Прежде всего родительской руки. Ласковой и строгой». Все зааплодировали. А я добавил: «Я знаю, как действенно помочь этим ребятам и как удержать их от хулиганства… У всех нас есть дети. Мы их воспитываем. Каждый из нас, кто считает, что он воспитывает своих детей правильно, должен без колебания согласиться на мое предложение… Давайте возьмем этих детей к себе, в свои семьи. Деньги, которые государство дает исправительному дому, пусть перечисляют нам. А одно место за столом всегда найдется. Я поднимаю руку первый».

Пауза. Все молчат.

Такое же гробовое молчание воцарилось и в большом зале.

К а ч к о в а (в сторону). Эти глаза… Взгляд… Доминик! Ты спятил?

Г а ч и к о в а. А… что было потом? Что остальные?

Г а ч и к. Молчали.

М и л и ц к а. Отец, ты чудо!

Г а ч и к о в а. Твое предложение не приняли?

Г а ч и к. Положение спас директор.

Г а ч и к о в а. Наверное, сказал, что это не разрешено инструкцией?

Г а ч и к. Нет. Он сказал, что ловит меня на слове и, пока я не передумал, сегодня же пришлет ко мне одного из ребят.

Г а ч и к о в а. А ты что ответил?

К а ч к о в а (причитая). …Что он будет у нас желанным гостем.

Г а ч и к. Да. На этом мы и расстались. Собрание закончилось.

К а ч к о в а. Значит, один из этих хулиганов заявится сегодня к нам? А что будет с нами?

Г а ч и к о в а. Доминик?

М и л и ц к а (матери). Валерьянка на кухне. Принести?

Г а ч и к. Ангелика! Дорогая! Что с тобой?

К а ч к о в а (дочери). Это у него после травмы.

Г а ч и к о в а. Ты пошутил? Этого не может быть…

Г а ч и к. Ну почему же, милая?

К а ч к о в а. Потому что нормальный человек не может сделать такое заявление официально.

Г а ч и к. Что в моем предложении ненормального?

К а ч к о в а. Все. Я сейчас же одеваюсь и иду. Скажу, чтобы все отменили. Больной человек не может отвечать за свои поступки.

Г а ч и к. Возможно, в первый момент это вас огорошило. Но подумайте…

Милицка подает матери таблетки.

К а ч к о в а. Дай ей воды… И мне тоже принеси.

Г а ч и к о в а. Как ты мог вообще до такого додуматься?

Г а ч и к. Путем логических заключений. Как говорится, «добрый пример лучше сотни назиданий». В кругу нашей семьи парень за короткое время изменится.

Г а ч и к о в а. Но у нас — подрастающие дети…

Г а ч и к. Именно поэтому. Он будет формироваться вместе с ними.

К а ч к о в а. А что, если не они, а он их перевоспитает? Они уже и так от него ненамного отстали.

М и л и ц к а (подает стакан воды бабушке, потом отцу). А где он будет жить, этот колонист?

Г а ч и к о в а. Нигде. Завтра утром отец пойдет и скажет, что мы передумали.

Г а ч и к. Я этого не сделаю.

К а ч к о в а. Но хоть кто-то в нашей семье должен мыслить здраво.

Г а ч и к. Я настаиваю на своем.

К а ч к о в а. В таком случае я сейчас же ухожу из этого дома.

Г а ч и к. Это проще всего.

К а ч к о в а. Свой гражданский долг я давно выполнила. Мои дети выросли хорошими людьми. А если кому-то нравится проделывать фокусы с чужими детьми, то на здоровье, но только без меня. Еще не хватало бояться, что тебе проломят голову в собственном доме.

Г а ч и к о в а. Действительно… А если среди них не было того, кто на тебя напал?.. Если виновник скрывается в другом месте? У нас есть кого подозревать, помимо хулиганов из исправительного дома.

Г а ч и к. В этой ситуации речь идет вовсе не о моей голове. Поймите. Подумайте об этом спокойно. Наука уже давно сказала свое слово по этому поводу, и, согласитесь, в любом практическом деле кто-то должен быть первым.

Г а ч и к о в а. Но почему именно мы? Что у нас, какие-то особые условия? Или у тебя такая огромная зарплата, что ты можешь позволить себе подобные эксперименты? Может быть, у нас большая квартира, машина, дача, положение в обществе?

Г а ч и к. Ты же знаешь, что ничего этого у нас нет. Но дело и не в этом. В свое время я очень внимательно изучал Коменского…

Г а ч и к о в а. Теория остается теорией, а практика — это жизнь, и то, как ты познаешь ее через свои шесть диоптрий, стоило тебе карьеры, а нам — здоровья.

К а ч к о в а. Молодец! Наконец-то выложила ему все начистоту.

Г а ч и к. Ангелика! Ты не можешь