Если завтра случится - Анна Джолос

Что ж.

Прикрываю веки.

Сегодня, если повезёт, я увижу Даню. Моего Даню.

Аж не верится.

***

Всю дорогу до театра представляю себе нашу встречу и от этого начинаю волноваться лишь ещё больше.

— Вам не холодно? — басит Борис со своего водительского места.

— Нет.

— Вас нужно будет подождать?

— Я сегодня допоздна. На следующей неделе премьера.

— Во сколько вас нужно забрать?

— Думаю, что освобожусь не раньше девяти. Можете не стоять всё это время у театра.

Понимаю же, к чему клонит.

— Анастасия Эдуардовна, может быть в таком случае я съезжу к дочке на выступление?

— Конечно. Что за выступление?

— Школьный спектакль. Играет одну из главных ролей.

— Ясно.

— Актриса растёт. В Щуку поступить мечтает. Анастасия Эдуардовна… — вижу, что мнётся.

— Мужу не скажу, не переживайте. Это будет наш маленький секрет.

— Спасибо, — расслабленно выдыхает. Боится Амирана, как огня.

— Не за что. Все мы люди, — снова отворачиваюсь к окну. — Цветы дочери купите.

— Ага, куплю. Хорошего вам дня! — высаживает меня там же, где и всегда.

— Взаимно, — машу ручкой, закрываю дверь и, распахнув зонт, направляюсь в сторону Большого.

Никакой репетиции у меня сегодня нет, но зайти в здание я должна. Не удивлюсь, если тот же Борис исправно докладывает мужу о каждом моём шаге.

***

Итак, я, провожу в театре в общей сложности час, а затем, согласно моему плану, выхожу на улицу через чёрный вход. На всякий случай, мало ли. Лучше подстраховаться.

— Вы свободны? — интересуюсь у таксиста, притормозившего возле тротуара.

— Еду на заказ, девушка.

— Я вам заплачу в два раза больше. Отмените.

Как говорит моя Динка, наглость — второе счастье.

— Вызвать через приложение, — советует на ломаном русском.

Умник. Приложение — не самый подходящий для меня вариант.

— В три раза больше плачу, — повышаю ставку. — Ну так что? Мне срочно надо. Отвезёте?

— Садись, — цокает языком и нажимает что-то на своём экране. — Толко деньги вперёд.

— Ну разумеется, — усаживаюсь назад и, продиктовав по памяти адрес, достаю из кошелька нужные купюры.

— Едем, — убирает деньги в карман, поправляет кепку. — Радио нада? Лимонада? — смотрит на меня через зеркало.

Радио. Лимонад. Забавно.

Эконом превращается в бизнес?

— Просто отвезите туда, куда я попросила, — проверяю телефон. Амиран днём звонит и пишет редко, но вдруг.

Так страшно мне. Не могу передать никакими словами. Очень боюсь и переживаю по поводу того, что мой обман раскроется, но желание увидеться с Даней и поговорить с ним, настолько сильно, что я гоню все свои страхи прочь. Главное, чтобы Климов оказался дома. Я же без предупреждения еду. Звонить со своего смартфона нельзя, Амирану может приспичить распечатать входящие-исходящие.

Попросить телефон у водителя? Или позвонить из автомата?

В общем, я так и не делаю ни того, ни другого.

Сорок минут спустя стою перед подъездом многоэтажного дома, совершенно потерянная.

— Буч, нельзя! — вздрагиваю, когда рядом гаркает хозяин большого чёрного пса, лизнувшего мою коленку, засветившуюся в разрезе пальто. — Заходите.

— Спасибо, — юркнув в подъезд, почти бегу к лестнице. Этаж-то не знаю.

— Гав!

— Тихо сказал!

Поднимаюсь по ступенькам с колотящимся о грудную клетку сердцем. Проверяю номера квартир. Иду дальше. И так до тех пор, пока не вижу перед собой нужные цифры.

Выдохнув, тянусь к звонку, но на кнопку не нажимаю.

Что если Даня не один?

Что если мне откроет его девушка?

Или жена?

Эта мысль так резко ударяет мне в голову, что несколько минут я тупо стою и смотрю на железную дверь, не решаясь сделать последний шаг.

Господи!

Отхожу к окну.

Нет, всё же нужно было позвонить. Неудобно.

Ладно, Насть, но ты ведь уже здесь? Что делать-то теперь будешь?

Терзаемая сомнениями, выуживаю из сумочки пудренницу. Разглядываю себя в зеркальце. Поправляю выбившуюся из причёски прядь, смотрю себе в глаза и понимаю, что нет, развернуться и уйти уже не смогу. Не для того рисковала.

Вдох-выдох.

Ещё один вдох-выдох.

Не нервничай. Тебе нельзя.

Стук моих каблуков эхом отражается от стен. Дрожащие пальцы нажимают на выпуклую кнопку.

Вот и всё. Вот и всё, Насть. Умница.

Слушаю переливчатую трель и стук своего пульса в ушах.

Никого нет дома.

Так мне кажется, но уже через несколько секунд по ту сторону двери раздаются шаги, а затем проворачивается ключ в замке.

— Настя?

— Привет, Дань, — здороваюсь тихо. — Я… без звонка, прости.

— Неважно, входи, — отступает, пропуская меня в квартиру.

— Точно не помешаю? Ты один? То есть я хотела сказать…

— Всё нормально, Насть, я один.

Захлопывает за мной дверь, щёлкает выключателем и щурится, когда в узкой прихожей загорается свет.

— Ты спал, да?

— Прикорнул немного.

— Ясно.

— А я… — замолкаю.

Можно обнять его? Или нельзя? Насколько это вообще будет уместно?

Стоим друг напротив друга. Как и тогда, в театре, пристально разглядываем. Я его. Он меня.

— Помогу снять пальто? — предлагает, когда пауза чересчур затягивается.

— Да, — расстёгиваю пуговицы, поворачиваюсь к нему спиной.

— Разувайся, я дам тебе тапочки. Они новые, если что.

— Угу.

— Тебе кофе сварить или чай будешь?

— Чай. Зелёный, если есть, — отвечаю, воюя с молнией на ботфортах.

— Окей, щас организую. Ты проходи. Прямо по курсу.

— Ладно. Здесь… конфеты, торт, — отдаю ему пакет.

Купила сладости в одном из магазинов нашего ЖК. Глупо, но не идти же с пустыми руками.

— Да у меня тоже есть, Насть. Не надо было.

Снова встречаемся глазами, и внутри как будто лезвием грудь режут.

Ждал значит?

— Идём?

— Идём, — нырнув в тапочки, несмело шагаю за ним следом.

Боже, как взять себя в руки? Почему я так ужасно нервничаю? Надо успокоиться.

— Можно воды? Мне нужно выпить таблетки, — прошу, когда оказываемся на кухне. Маленькой, чистой и светлой.

— Конечно, — ставит передо мной стакан. — Как ты себя чувствуешь, Насть?

Это его «Насть»… Как же долго я мечтала услышать.

— Я в порядке. Приступы не повторялись. Я очень этого боюсь, поэтому… — поднимаю и показываю блистер, — периодически принимаю таблетки.

— Ты прошла обследование? Что говорят врачи? — ставит на плиту чайник.

— Ничего, в общем-то, не говорят. МРТ показало новообразование в левом полушарии, но в целом, ситуация некритичная. Нужно понаблюдать.

— Понаблюдать? — уточняет хмуро.

— Да. Я регулярно хожу в частную клинику. Они не разглашают информацию. Ты же понимаешь…

— В театре ни сном, ни духом, — догадывается Даня.

— Кому нужны балерины с подобным диагнозом? Пусть и предположительным…

— А вдруг люди, как и я тогда, не будут знать, что делать, если…

— У нас в штате есть врач, но я всё же надеюсь, что приступ никогда больше