Хмельная страсть - Кира Шарм

- Я не в этом смысле… - как-то даже стало неловко. Но одновременно и смешно от его реакции. – Вы, в смысле, на двоих квартиру снимаете?

- На двоих… - как-то мечтательно протянулся Андрей. – А? Что ты говоришь? Нет, - он махнул рукой. Глеб сам эту конуру снимает. У меня дома намного все лучше!

- Понятно, - тяну я, не зная, о чем дальше говорить. Вот терпеть не могу, когда повисают эти неловкие паузы.

- Слушай, - вдруг оживляется Андрей. – если у тебя с ним ничего, то , может, мы… Он еще долго проспит, так что можем использовать диванчик по назначению, сколько душа желает!

Я там вчера, кажется, что-то про маньяка говорила? Кажется, это именно он! Так что мне повезло еще с Глебом. Попала бы вчера на этого, и спрашивать бы не пришлось, было у нас что-то или нет.

- А может… Ты тройничок хочешь? – его глаза начинают не по-хорошему разгораться… Блин! Может, и Глеб не такой уж и нормальный, раз у его друга такие мысли и предложения? Как-то я, наверное, погорячилась, согласившись у него остаться…

- Ты вообще уже, в конец охренел, Карин! –раздается сзади уже знакомое громыхание. – Ты зачем мне девочку пугаешь? И вообще – какого хрена делаешь на моей кухне?

- Как это – какого? – округляет он глаза. – И это кто еще ее пугает? Это разве я вчера, сначала рубашкой все полы повытирал, пока полз до квартиры, а потом вдруг оживился, сгреб девушку в свою медвежью охапку, так, что она вырваться не могла, а я, - расцепить тебе руки, и повалился с ней спать, прямо в одежде! А она, дрожа и задыхаясь в твоих « нежных» объятиях, умоляла меня просто, чтобы я остался, потому что боялась, что ты с ней что-то сделаешь! Я, правда, не понял, в каком смысле « что-то сделаешь». Решил, - боится, что ты ее так заобнимаешь, что раздавишь… Хотя утро начало что-то немножко прояснять… И, думаю, нам с тобой, Глебушка, очень даже есть, о чем поговорить. Ничего мне объяснить не хочешь? О жизни своей, странной и тайной?

- Не хочу, - громыхнул Глеб, теребя растрепанные волосы и присасываясь к огромное кружке с водой. Теперь он совсем стал похож на медведя, - так что, насчет демона я не так уж и погорячилась.

Только… Большого… Красивого и стройного медведя… И кубики на его животе ровно такие, как и надо для мужчины, - не перекачанное тело, закачанное всякими там средствами, чтобы выглядеть надутым, а… гибкое и сильное… Как оказалось, когда хозяин кваритиры, прорычав что- то невразумительное, сбросил с себя смятую рубашку, в которой так и проспал всю ночь, зашвырнув ее в распахнутую дверь ванной. Хм… Что-то меня, кажется, совсем не в ту степь мыслями потянуло…

Я смущенно отвернулась, отойдя от них подальше, к окну.

А то мало ли, - этот второй с внешностью греческого бога что-то там говорил про интим… Еще подумают, чего не надо, заметив, как я разглядываю эту грудь… Но грудь просто идеальна, как и все остальное. Просто в прошлый раз я с перепугу особенно и не осматривалась, а вот сейчас… Блин, даже отделаться от этой картины не могу!

- Он тебя напугал? – Глеб, уже успев умыться и намочить волосы прямо из крана кухни, как-то слишком уж интимно притянул меня к себе… К груди этой его голой, черт бы побрал странно нашедшие на меня фантазии! Потому что теперь мне уже так захотелось к ней прикоснуться, что прямо аж пальцы покалывать начали!

- Ннет, - выдохнула я, не поворачивая головы.

- Не бойся, - Глеб по-своему понял то, что я пытаюсь оградиться. – Друзья у меня придурочные, конечно, но адекватные. Тебя точно никто не обидит!

- Какие сопли! – насмешливым голоском протянул Андрей. – Шиманский, я вообще тебя перестаю узнавать! Ты сейчас под обидой секс, что ли, имел в виду? Ни хрена себе, - обидочка!

- Перестань, - Глеб-медведь притянул меня к себе крепче. – Девушка у меня в гостях, так что веди себя прилично.

- Ладно, - на удивление¸Андрей не стал продолжать перепалку. – Так ты рассказывать собираешься?

- Пока я собираюсь просто поесть, - пожал плечами Глеб, наконец отпуская меня. – У вас тут чем так вкусно пахнет?

- Уже ничем, - радостно оповестил Андрей. – Глеб, ты на пары вообще собираешься? Или оставлять вас тут вдвоем ворковать?

- Пока я собираюсь завтракать. А там… Посмотрим. И вот какой из тебя, Карин, друг, если ты все сожрал и ничего мне не оставил!

- Фигасе! – заржал Андрей. – Ты, вообще-то здесь хозяин! Вот ты гостей кормить и должен! Я, считай, и так твою функцию выполнил, позавтракав девушку! Кстати, - может и еще что-то за тебя сделать?

- Отстань от нее, - пробурчал Глеб, ставя на огонь сковородку.

- А ты как, Кать? Не хочешь со мной вечером прокатиться с ветерком? Его не спрашиваем, - но по глазам вижу, против Глеб не будет. Морду мне, может, набьет, но не так уж, чтобы слишком фанатично!

- Отстань! – рявкнул Глеб уже знакомыми мне грозными нотками.

- Ладно, ладно, я удаляюсь! Воркуйте!

Через минуту дверь за Андреем захлопнулась, а мы остались на кухне вдвоем.

Глядя на то, с каким аппетитом Глеб завтракает, я тихо завидовала всей той части населения, у которой не бывает похмелья. А я-то уж думала, что так же, как и я валяться будет…

- Он нормальный, - пробормотал Глеб, глядя мне в глаза так, что я вспыхнула. И откуда это сегодняшнее смущение? Вчера вон вообще его не воспринимала, всю ночь в его руках спала, - ну, как спала, дышать пыталась… А теперь… Сама не понимаю… - Прикалывается иногда не слишком адекватно, но, вообще, - нормальный. Ты не обращай внимания просто.

Я только кивнула, и, поднявшись, начала варить Глебу кофе. В конце концов, он меня приютил, а я даже ничего для него не сделала! Хочется отблагодарить хотя бы малостью!

- Спасибо! - Глеб взял из моих рук чашку и с удовольствием потянул напиток. –Кать, ты оставайся. До тех пор, пока что-то не разрешиться.

- Да как оно разрешиться? – я снова поникла, вернувшись с небес на землю. Да, эта жизнь, Глеб и его смешной друг, - не моя на самом деле. А в моей что? Пустые стены и брат с бедой…Если честно, от такой жизни только и хочется, что убежать в чью-то чужую!

- Сегодня попытаюсь что-то сделать, - обнадеживает меня Глеб. – Но сама понимаешь, - обещать ничего не могу.

Я только кивая, шлепаю закрывать за ним двери. И замираю в полном шоке, когда Глеб, каким-то привычным движением, наклоняется надо мной и целует в висок, выходя за дверь. Вот и что это было? И, главное, отчего я так и стою, как вкопанная после того, как дверь за ним закрылась, прижимая ладонь к тому месту, где только что были его губы?