Хмельная страсть - Кира Шарм

- Просто отвези меня домой, - хрипло шевелю губами, снова стискивая кулаки. И сейчас реально, мне просто хочется отъебашить по морде ту самую реальность, в которую окунул меня Гарин. Метелить ее до бесконечности. Даже если сам об нее разхерачусь в кровь и ошметки костей.

- Садись, - благо, друг без всяких слов чувствует мое состояние и понимает, что вопросов сейчас лучше не задавать. И это бесценно, потому что бывают моменты, когда нужно просто побыть рядом и помолчать. Дорога с Кариным понемногу выталкивает меня из состояния лютого пиздеца, оседающего на душе омерзительной гнилой вонью.

- С тобой подняться или сам? – притормозив у моего дома, спрашивает Андрюха, не глядя на меня.

- Сам, - киваю в благодарность, хоть он меня и не видит. Не настолько я и пьян, меня совсем другое вышибло.

- Машину твою сейчас заберу, здесь поставлю, - вздыхает Андрей. – Глеб, - его рука, ложащаяся мне на плечо, останавливает уже на выходе. – Что бы у тебя не случилось, ты не один, помни об этом, пожалуйста. И лучше поделись, пока не станет поздно.

Я снова киваю, с благодарностью похлопывая его руку.

Но – стану ли рассказывать? Втягивать их в дерьмо, которое у самого из щелей лезет, отбивая все желание вообще как-то трепыхаться? Объяснить ему, что все мы – просто наивная пацанва, изучающая в универе теорию, которая потом ничего общего не будет иметь с жизнью? Это вряд ли. Может, их еще пронесет и даже не придется с таким столкнуться.

Ползу по лестнице до своего шестого этажа, как девяностолетний дед. Да и чувствую себя совершенно так же, - совсем разбитым. Тихонько открываю дверь, - Катя, должно быть, уже спит, так что стараюсь двигаться почти бесшумно.

Просачиваюсь на кухню, заталкивая в себя холодный оставленный Катей для меня ужин, хватая прямо со сковородки. И благодарно улыбаюсь, понимая, что она не только позаботилась об этом, а еще и постелила на моем диване.

Мне хочется ее увидеть. В конце концов, те лучики света, которыми я бредил целый день, никуда ведь не делись. Осторожно приоткрываю дверь комнаты и на носках подхожу к ней. Она спит. Волосы смешно разметались, закрывая ее лицо. Отбрасываю их, слегка поглаживая. И снова улыбаюсь, вспоминая, как она отбивалась от меня в ванной. Какая же она милая… Но… Это еще что такое?

Рука касается мокрой щеки, и я понимаю, что девочка плачет во сне. Даже представлять не хочу, что ей сейчас снится. Но, по крайней мере, с этим я могу хотя бы попытаться справиться!

- Тише, малыш, тише, - я осторожно укладываюсь рядом, зарываясь руками в ее волосы и прижимая к себе. – Все твои беды позади… Все хорошо…

Просто не могу удержаться и вдыхаю ее одуряющий запах. И понимаю, что плыву. Такого чувства меня никогда еще не было, - такая-то безумная смесь притяжения, желания, и одновременно чего-то очень мягкого… Ее хочется гладить, чувствовать каждый миллиметр кожи, хочется просто медленно и долго ласкать вместо того, чтобы впечататься в губы поцелуем и брать страстно и жадно. И внутри все отзывается невероятным теплом, которое заставляет биться сердце чаще… Странное чувство. Очень странное. И я не могу оторвать рук от ее волос и лица.

Катя на миг вздрагивает и всхлипывает одновременно. Поддается моей тихой ласке, потянувшись за рукой и даже не проснувшись. А после улыбается, да так, что я и сам расплываюсь улыбкой в ответ, прижимая ее к себе еще сильнее и начинает тихонечко посапывать.

- Все хорошо, - снова шепчу я, пытаясь надышаться этим одуряющим ароматом. – Теперь все будет хорошо. Ты дома.

И прижимаюсь лбом к ее лбу, чувствуя, что просто задыхаюсь от нежности.

Дома… Да, я и сам вдруг почувствовал себя дома. Как будто от того, что я рядом с ней, захлопнулась черная дверь, за которую мне довелось сегодня заглянуть. Все будет хорошо, - понимаю я, ловя ее тихое дыхание. Просто потому что не сможет быть по-другому.