Охота на птичку - Натали Эклер

Он судорожно тянет в себя воздух в миллиметре от моих губ, я делаю то же самое — и словно пьянею: голова идет кругом, ноги становятся ванными. Это сногсшибательно прекрасно — дышать с ним одним воздухом.

‒ Пожалуйста, Никит, ‒ прошу, сама толком не осознавая, о чем.

Он понимает по-своему. Целует. Резко и жадно. И, к собственному изумлению, я мгновенно отвечаю. Неожиданно страстно обвиваю руками его плечи, выгибаюсь, тесно прижимаюсь.

‒ Ох, Птичка, ‒ выдыхает он со стоном, секунду смотрит в глаза и снова бешено целует, вжимая меня в дверь.

Словно два мощнейших генератора, мы совместными усилиями вырабатываем столько энергии, что в коридорчике становится невыносимо жарко. Горящими телами сжираем весь кислород вокруг, на коже выступает липкий пот. Никита нажимает ручку и толкает дверь за моей спиной. Мы вместе выпадаем в спальню.

Понимаю, что будет дальше. Отклеиваюсь от него на мгновенье, включаю заднюю, решаю признаться.

‒ Мне в аэропорт, на рейс опоздаю.

‒ Куда? — не понимает он.

‒ В Барселону…

Всматриваюсь в его глаза, а в них столько похоти, что разум явно в отключке.

‒ Потом полетишь, ‒ спокойно бросает он и стаскивает с себя футболку.

Вижу его голый торс и неслышно ахаю. Хочу сказать, что противозаконно быть настолько прекрасным, но не осмеливаюсь. Передо мной ‒ хрестоматийный образец идеальной мужской фигуры с татушкой в виде бабочки на предплечье. Почему бабочка? ‒ мелькает ненужная мысль.

Жадно рассматриваю загорелое тело и делаю вывод: он совершенен. Но, в таком случае, почему бы нет? Что мне мешает воспользоваться упавшей с неба возможностью и переспать с этим сексуальным принцем? Я его хочу, он меня ‒ тоже. Мы оба ‒ взрослые, адекватные люди. Трахнемся по-быстрому, получим удовольствие и разбежимся. Вовсе не зазорно, в духе времени. Мне уже давно пора начать заниматься сексом, а тут такой сказочный вариант подвернулся.

В телефоне и планшете что-то одновременно пищит. Это приложения оповещают о приехавшем такси. Хватаю планшет, но Никита, словно прочитав мои мысли о ни к чему не обязывающем сексе, забирает его и бросает на кровать. Потом аккуратно стягивает резинку с моих волос, нежно прочесывает их руками, рассыпает по плечам, берет двумя пальцами за подбородок, фиксирует, предупреждает:

‒ В этот раз играем до конца, Птичка.

И роняет меня на кровать вслед за планшетом, мгновенно накрывая собой.

Чувствуя, как его возбужденный член упирается в мое бедро, я вдруг вспоминаю о презервативах. У меня их точно нет, и надо ему об этом сказать, но он не дает. Придавил своими безупречными рельефами и целует так увлеченно, что под его натиском я не могу и слова выговорить.

Краем глаза улавливаю, как его крупная ладонь сминает через майку мою не самых выдающихся размеров грудь, и чувствую, как загораются щеки. Мне неловко, но мы оба настолько возбуждены, что тормозить поздно. Никита уже скользит рукой вниз и гладит оголившийся живот, медленно заводя пальцы за джинсовый пояс моих коротких шорт.

Его руки такие горячие, что обжигают кожу живота. Словно на контрасте, я вся покрываюсь мурашками и несколько раз судорожно вздрагиваю. Выверенным движением он подминает своим бедром мое и расстегивает шорты.

‒ Сладкая, ‒ выдыхает он прямо мне в губы, и меня обдает волной жара. ‒ Хочу тебя, с первой секунды безумно хочу.

Все, дальше я перестаю отслеживать его действия. Потому что пальцы Гордиевского ныряют во влажное кружево моих трусиков и творят там такое, что у меня получается только по-рыбьи открывать рот и жадно хватать воздух, чтобы не задохнуться от возбуждения.

Никиту такие немые стоны, похоже, конкретно заводят. Сквозь туман наблюдаю, каким одичалым и голодным взглядом он пялится на мои губы, пока его пальцы умело растирают мою влагу по клитору. Мне приятно, но вместе с тем стыдно. Опускаю веки, пытаясь подчинить эмоции и собственное тело хоть какому-то контролю. Смыкаю губы и сжимаю челюсти, чувствую, как рефлекторно зажимаюсь там, где хозяйничает его рука. Он замечает эту скованность и реагирует молниеносно: размыкает мои губы своими, врывается в рот и совершает там такие очевидные движения языком, что я теряюсь.

Он что, трахает мой рот своим языком?

Это осознание окончательно срывает тормоза. Издаю тихий протяжный стон, и он вторит ему своим хриплым и глубоким. Я захлебываюсь желанием и теперь уже ни за что не остановлюсь. Хочу большего, хочу быть его. Полностью.

Рука сама тянется к ремню на джинсах, хватается за массивную пряжку, но он перехватывает ее и отводит вверх. Крепко сжав запястья, соединяет обе мои руки над головой, фиксирует и продолжает толкающие движения языком.

Параллельно он медленно вводит в меня хорошо увлажненный палец и начинает осторожные движения, постепенно ускоряя их и синхронизируя с языком. Дальше я не могу даже пытаться что-то контролировать, это нереально.

Мое трепещущее тело в безусловной власти красавчика Никиты, и я ловлю неописуемый кайф. Горю и вибрирую под ним, готовая на все. Никогда мне еще не хотелось секса так сильно. Мне нужно больше, я готова, но он почему-то тянет. Достает палец и снова стимулирует клитор, теперь подыгрывая языком по пылающей плоти.

Мое нарастающее возбуждение срывается и несется электрическими разрядами, заставляя тело непроизвольно извивается. Тугой узел внизу живота, который все это время затягивался, разрывается. Я выгибаюсь в пояснице, успеваю глухо вскрикнуть прямо ему в рот и разлетаюсь миллиардами нитей, рассыпаюсь триллионами бусин, падаю в бездну и снова взлетаю к звездам.

Сквозь пелену удовольствия осознаю, что впервые в жизни испытываю оргазм рядом с реальным мужчиной, а не во сне. Господи, как же это прекрасно!

Через некоторое время я, наконец, открываю глаза. Никита смотрит на меня так… восхищено? Да, именно! Он в диком восторге. Словно только что, благодаря ловкости его рук, я поставила мировой рекорд по оргазмам.

‒ Я сейчас, малыш. Две секунды, ‒ бросает он, вскакивает с кровати и исчезает в ванной.

Я все еще в агонии, но тоже подрываюсь и хватаю телефон. Выглядываю в окно ‒ такси ждет у подъезда. Пытаюсь сообразить, что происходит. Очень стыдно, ничего не понимаю, но точно хочу уйти. Выхожу в коридор, беру чемодан и неслышно покидаю квартиру.

Спускаясь по лестнице, мучаюсь единственным вопросом: почему он сбежал в ванную? Что со мной не так, что парни не кончают, а бегут в душ? Заглядываю в шорты: может, там снова кровь? Нет, все в порядке, только сексом несет за версту. Надо будет переодеться в аэропорту.

Прыгаю в такси и умоляю таксиста мчаться изо всех сил. Мне нельзя опоздать на рейс, мне жизненно необходимо улететь!

Водитель все понимает и дает по газам. Откидываюсь на сиденье, прикрываю глаза и шумно выдыхаю. Пытаюсь выровнять дыхание и усмирить взбесившийся пульс.