Принцип удовольствия - Эмма Аллан

– Я опять тебя хочу! – прошептал он ей на ухо иуперся пенисом в анус.

Надя ахнула и затрепетала. Но податься тазом назад ей мешализлые мысли, родившиеся вдруг в голове. Она вспомнила, что Джек женат. Но егопенис не позволил ей рассердиться слишком сильно: он начал настойчиво тыкатьсяв естественное отверстие, норовя проскользнуть в него без мыла. Стенки лонасжались. Пульс Нади участился. Злые мысли о жене Джека испарились, их местозаняли фантазии об играх с ним в душевой кабинке. Ведь он, как оказалось, стольже резв, как и юный Тони. Его пенис моментально окреп и рвался в бой. В клитореу Нади возникла пульсация. Не говоря ни слова, Джек взял с полочки кусок мыла истал намыливать Надю, начав с промежности. Едва его рука коснулась ее заветногочувствительного бугорка, она ахнула и, застонав, оттопырила зад.

Джек стал намыливать ее ягодицы и бедра. Вскоре терпениеНади иссякло, и она простонала:

– Скорее же, не томи!

– Ты такая красивая, – сказал он и началнамыливать ей плечи и спину, груди и живот.

Надя, вся в пене, ритмично двигала торсом, зажмурившись ипредставляя, что Джек уже овладевает ею. Но вот его член наконец-топроскользнул у нее между ног, головка уткнулась в преддверие лона. Джек резкоподался вперед и вогнал пенис поглубже. Надя охнула, закусив губу, и, упершисьруками в стенку кабинки, стала ритмично приседать. Пенис проник в нее глубже.Джек снова качнулся и прошептал:

– Это чудесно!

Он стал массировать клитор, продолжая ритмично двигатьтазом. Надя вертела бедрами и стонала. На лобке образовалась густая пена.Оргазм приближался. Она воскликнула:

– Сильнее! Еще, еще, еще!

– Хорошо, – сказал Джек, дергая ее за груди.

Надя стала двигать нижней частью туловища в одном темпе сним, мотая головой из стороны в сторону. Пенис распирал ее лоно. Кабинказаполнилась густым паром. Дышать становилось все труднее. Но это не пугалоНадю. У нее открылось второе дыхание. Струйки воды ласкали ее клитор и соски.Головка члена Джека проникала в нее все глубже и глубже. Надя сильнеенаклонилась вперед, пошире расставив ноги. Ступни ее скользили, она могла влюбой момент упасть. Но твердый фаллос прочно удерживал ее в одном положении,пусть и не совсем удобном. Оргазм захлестнул Надю, пробежав электрическим токомот клитора по всему телу. Глаза ее непроизвольно закрылись, каждая клеточканаполнилась радостью и теплом. Душа ее пела. Тугие струи душа усиливали ееприятные ощущения. Руки ее соскользнули по стене, она уперлась ими и головой впол. Подталкивая ее ударами фаллоса в промежность и коленом в зад, Джек нащупалручку двери и, весь в пене, вместе с Надей вывалился из кабинки. Она несопротивлялась, а молча ползла в странной позе по кафельному полу, совершенномокрая. Джек все двигал и двигал торсом, пока тоже не кончил – в дверях ванной.Переведя дух, он подхватил ее под мышками и отнес на кровать. Там он поставилее на четвереньки и, встав позади нее на колени, одним ловким движением ввелпенис в анус. Надя уткнулась головой в матрац и раскрыла рот. Член вошел в нееглубже. Джек стал ритмично двигать торсом, сжимая ее бедра.

– Превосходно, – гудел он, как шмель. –Замечательно.

– Ах, Джек! – только и смогла ответить Надя. Всезавертелось у нее перед глазами. Она готова была сделать для Джека все, что емуугодно. От прежней ревности к его жене не осталось и следа. – Я хочу тебя,Джек! – провыла она страстным голосом.

– Чего же еще ты хочешь? – не переставаядвигаться, удивленно спросил Джек.

– Я хочу, чтобы тебе тоже было со мной хорошо!

– Но мне и так прекрасно. Я всем доволен!

В подтверждение своих слов он ускорил темп телодвижений. Взаднем проходе у Нади стало жарковато. У нее перехватило дыхание. Онадотянулась рукой до мошонки и сжала ее в кулаке. Пенис задрожал внутри ее.

– Ну, теперь лучше? – спросила она медовымголосом.

– Да, – прохрипел Джек.

– Тогда кончай скорее! – сказала Надя и дернула замошонку.

– О да! – Джек резко подался вперед, напрягся изаржал, как жеребец, извергнув горячую густую струю. Пенис разбух и затрясся,словно пневматический молот. Сперма начала выливаться из заднего проходанаружу. Надя вскрикнула и тоже кончила. Потом еще раз, и еще раз, и еще. Потомона куда-то провалилась. А ликование Джека становилось все громче и раскованнее,и казалось, ему не будет конца.

Потом они пили шампанское в саду и закусывали его сыром исалатом. Ночь выдалась теплой. Надя превосходно чувствовала себя в одномхалате. Беспокойство, терзавшее ее всю предыдущую ночь, ушло, сменившись негой.Ей казалось, что умиротворение покинет ее не скоро. Но она ошибалась. Впрочем,испортила себе настроение вновь она сама, задав дурацкий вопрос:

– Ты не мог бы рассказать мне о своей жене?

Вероятно, подсознательно ей хотелось проверить, насколькожена Джека ей стала безразлична.

Джек успел надеть джинсы и рубашку, однако застегнуть ееполенился. Отвечать подробно ему, видимо, тоже не хотелось, и он спокойнопромолвил:

– Она очень красивая.

С этим нельзя было не согласиться, ведь Яна Гамильтон былатоп-моделью, она рекламировала не только наряды, но и косметику. Ее длинныеноги, упругие маленькие груди, точеная фигура и фотогеничное лицо сводили с умане только мужчин, но и женщин.

– Она не такая, как ты, – меланхолично продолжалДжек. – Она холодная и мстительная.

– Она знает, что ты ей изменяешь?

– Да. Она мне тоже не верна. Иногда мы делим с ней еелюбовницу. Она ведь бисексуальна.

– Ты шутишь?

– Нет, я говорю вполне серьезно.

Надя залпом допила шампанское. Пальцы ее дрожали.

– Так у вас бывают домашние оргии?

– Не часто, но иногда мы себе такое позволяем, –ответил Джек не моргнув и глазом.

У Нади возникло ощущение, что ее засасывают зыбучие пески.Джек иронично прищурился и промолвил:

– Жизнь – сложная штука, Надя. В ней нет никакихустоявшихся правил. Женщины обрели свободу. Взять хотя бы тебя! Подумай, какихвысот тебе удалось достичь в карьере. Еще десять лет назад женщины и мечтать оних не смели. А ты стала членом совета директоров коммерческого банка. Что жеудивляться их раскрепощенности в сексе?

– При чем тут карьера?

– Ну как же ты не понимаешь, Надя! Женщины теперь самизаботятся о своем благополучии. Они обрели свободу действий и больше неподлаживаются под мужчин. За примером и ходить далеко не надо: ты ведьфактически совратила меня, женатого мужчину и известного художника, потому чтотебе приспичило трахнуться. И сегодня ты вытащила меня из мастерской, оторвалаот мольберта. Я бросил искусство и помчался к тебе. Так что фактически мужчиныи женщины поменялись ролями. Не так ли?