Право первой ночи - Сандра Бушар

Когда Сомерсильд вышла, фон Миллер будто потерял дар речи. Он изучал ее долго и самозабвенно, поедая глазами и с трудом удерживаюсь от волшебной и манящей мысли, прижать невесту к себе, вернуться обратно в спальню и не покидать ее не под каким предлогом.

— Ты готова, Адалин? — с трудом проглатывая истинные желания, сквозь зубы пробормотал фон Миллер. Ему требовались все внутренние силы, дабы спокойно стоять на месте.

Адалин сделала долгий, протяжный вздох, выдавив из себя нервную улыбку.

— «В горе и радости?» «…И только смерть разлучит вас?» — процитировала Сомерсильд извечные строки бракосочетания. Но вместо ответа проследила за тем, как легкая улыбка на губах мужчины потускнела, а затем и вовсе испарилась.

— Поторопись, — холодно хмыкнул он, грубо сжав запятьте Адалин и быстрым шагом направившись к лестнице. Девушка едва поспевала за мужчиной, пару раз почти споткнувшись. Фон Миллер больше не был мил и добр, он шел на пролом к своей цели, совершенно не интересуясь состоянием невесты.  

В тот момент над Адалин будто развеялась розовая дымка, а наивные мечты о любящем муже стали прахом. Да, Людвиг фон Миллер хотел обладать девушкой, этого не отнять. Возможно, он считает ее достаточно привлекательной для рождения ему наследников. Не более…

С каждым шагом Сомерсильд будто все больше и больше покидали силы. Он чувствовала, как земля притягивает ее, а тучи сгущаются.

«Что произойдет, когда интерес угаснет?» - вернулся в невесте тревожный вопрос. «Какова будет судьба?»

Когда феодал буквально волок ее по длинным извилистым ступенькам, Адалин вдруг остановилась, намеренно упершись каблуками в пол и не давая сдвинуть себя с места. Недовольный мужчина наконец обернулся, Адалин отчаянно надеялась, что ее влажные глаза останутся незамеченными, отчетливо прошептав:

— Господин, вы не хотите состариться со мной?

От прямого, сказанного лоб-в-лоб вопроса феодала буквально передернуло. «Видимо, он не умеет лгать» - подумала девушка, когда фон Миллер скривился, будто от кислого лимона, и отвернулся.

— Адалин, прошу, — нехотя, рвано выдавил он из себя, — Сейчас не самый подходящий момент.

— Именно сейчас тот самый подходящий момент! — Адалин уперто смотрела на феодала, ожидая его ответа, как глотка свежего воздуха. Она мечтала развеять свои тревоги, снова вернуться в состояние прекрасного предсвадебного блаженства, но фон Миллер продолжал уперто молчать, будто ожидая, пока Адалин вдруг забудет свой же вопрос. Тогда девушка сглотнула обиду, надрывно всхлипнув:

— Прошу, скажите хоть что-то…

— У нас много прекрасного времени впереди, — наконец произнес фон Миллер, — Ты не будешь ни в чем нуждаться. Что еще нужно?

— И правда, — горько согласилась Адалин, ведь четко поняла – большего ей не услышать. Не будет романтики, признаний в любви и обещаний умереть в один день. В какой-то степени девушка оценила честность и прямолинейность феодала, но от этого легче на душе не стало.

Солнце светило так ярко, как никогда; пели птицы, от ветра шумели деревья... Но теперь, чем меньше шагов оставалось до церкви, тем сильнее Адалин ощущала невидимую удавку плотно сдавливающую ей шею.

Церковь располагалась недалеко от въезда в замок, огромный золотой купол был неким маяком для всех местных жителей. Высокие витражные окна с изображениями святых бликовали на стоящие рядом плиты, создавая иллюзию чудной двухмерности. Каждую ступень перед входом покрывал красный ковер, а резные двери украшали золотые драгоценные ручки.

Любуясь, на какое-то мгновение Адалин забыла о внутренних переживаниях и предстоящем венчании. Девушка хотела войти внутрь и полность окунуться в творение, но внезапно на пути возник широкоплечий старик в черном сюртуке. Адалин не сразу узнала в нем дворецкого, который когда-то позволил ей войти в дом.

— Господин, госпожа, — скромно кивнул он в знак приветствия.

— Отойди, Отто! Мы и так опаздываем! — отмахнулся фон Миллер, пытаясь войти, но вместо желаемого, получил лишь скомканное и торопливое объяснение старика:

— Боюсь, лучше вам не заходить туда. Особенно невесте…

— Что происходит? Говори! — рявкнул феодал и когда дворецких что-то быстро шепнул на ухо – окаменел. По лицу прошла тень, глубокая морщина знакомо залегла меж бровей, а губы вытянулись в ровную тонкую линию. — Дьявол! — переведя взгляд она Адалин, он нехотя разжал руку, кивая невесте на рядом стоящую лавку. — Тебе придётся подождать тут пару минут, Адалин.