Жар под кожей - Адалин Черно

Руслан

— Я дома! — кричу с порога, ожидая, что Аня, как и перед этим выйдет мне навстречу. Улыбнется, стыдливо опустит взгляд в пол и позволит себя обнять. Именно позволит, потому что первый шаг она всё ещё не может сделать.

— И я дома!

Вместо Ани передо мной возникает мама с упертыми в бока руками.

— Объяснишь, как получилось так, что едва я вышла за порог, как тут уже обитает другая женщина.

— Я всё объясню, — произношу, надеясь, что она не выгнала Аню.

Я осматриваюсь по сторонам, заглядываю за спину матери, но Ани нет.

— Нету здесь никого, — объясняет мама, — я встретила твою девушку на лестнице, а о ней от консьержа узнала. Ты вообще думаешь, что творишь? А если бы она вынесла нашу квартиру?

— Она не такая!

Знаю, что это звучит киношно и вообще некстати, но я уверен, что она ничего бы не взяла из нашей квартиры.

— Ты себя слышишь, Руслан? Ты видишь девушку первый раз в жизни и уже уверен, что она не такая? Что с тобой? — голос мамы звучит на удивление раздраженно.

Не помню, чтобы когда-то она была такой злой и раздраженной. Краем взгляда замечаю, что в квартире устроен настоящий переворот и удивленно приподнимаю бровь.

— Я смотрела все заначки, — объясняет мама. — Всё на месте.

В данный момент меня мало волнует то, что она смотрела, на месте ли деньги. Я начинаю думать, где Аня и почему она ушла.

— Руслан, ты меня вообще слушаешь?

— Нет, — отвечаю честно. — Ты точно не приложила руку к тому, что она ушла?

— Руслан, я встретила твою женщину на лестнице и то не уверена, что это была она. Ты где ее нашел? Она как моя ровесница.

Мам явно преувеличивает, но продолжает давить на проблему возраста. Аня старше на несколько лет, и я лишь закатываю глаза, не понимая, как можно быть такой.

— Что она делала в моей квартире и почему она старше тебя?

— Она старше на несколько лет, — объясняю. — Тут она была временно. Сегодня мы съезжаем.

Мама удивленно открывает рот и не знает, что произнести. Я же иду в комнату. Туда, где была она. Ни одной вещи не оставила, всё собрала и ушла. И мои вещи собрала, вон стоят в уголке в сумках. Решение набрать Аню приходит спонтанно, я звоню ей, но она не отвечает, поэтому липкий страх расползается по всему телу. Что, если он ее нашел? И забрал? Или заставил пойти с ним?

Она не отвечает. Ни на первый звонок, ни на второй, ни на третий. Я быстро беру с пола сумку и иду на выход. Вещей здесь осталось еще много, но я соберу и перевезу их на квартиру потом, чуть позже. Сейчас мне нужно найти ее.

— Стоять! — мама останавливает меня у порога. — Ты расскажешь мне, что происходит, как давно ты решил, что хочешь снимать квартиру, а главное, как тебя окрутила эта… — она замолкает, видимо, решая не комментировать дальше.

— Ее зовут Аня, мама, — сообщаю ей, понимая, что мне не нравится ее тон. Она явно настроена против и единственное, чего я хочу, чтобы мама не начинала свои нравоучения.

— Аня, — соглашается мама. — Вы вместе жить собрались? Как давно вы знакомы?

— Да, мы вместе собрались жить. Знакомы… — я задумываюсь. — Месяц, наверное.

— А встречаетесь? Давно?

— Мы не встречаемся, — хмыкаю, одевая кроссовки. — Мам, я все потом объясню, ладно? Приеду и расскажу, но сейчас мне нужно ее найти

— Ты не расскажешь, что происходит? — мама чуть смягчает тон.

— Расскажу, но позже. Я вас даже познакомлю, честно.

Надев кроссовки и подхватив сумку, целую маму на прощание и выхожу за дверь. Я знаю, что мне обязательно предстоит объясниться, потому что мама просто так это не оставит. Наверняка и папе позвонит, расскажет, что его сын вляпался в историю с женщиной бальзаковского возраста. Мне плевать, что она передаст отцу, насрать на то, что будет говорить мне. Я не шестнадцатилетний прыщавый подросток, не способный принимать решения и зависящий от родителей. Думать я буду сам.

С этими мыслями я добираюсь до снятой квартиры: аккуратная маленькая кухня в черно-белых тонах, спальня с большой кроватью и гостиная с раскладным диваном. Я предусмотрительно снял квартиру, где у Ани будет своя комната. Как бы мне не хотелось трахать ее до потери сознания, этого я себе позволить не могу хотя бы потому, что она жутко устала от предыдущих отношений. И ей явно нужна передышка, пусть она и с желанием отвечает на мои ласки.

Едва я успеваю переступить порог квартиры, как раздается звонок.

Аня.

Три буквы, а в груди что-то екает.

Отвечаю и сразу же сыплю вопросами, где она, с кем, нашел ли ее бывший.

Аня в отеле и даже называет адрес. Говняш ее не нашел, поэтому я выдыхаю и стараюсь успокоиться. Это ведь хорошо? То, что она одна? Или плохо, потому что это значит, что она отказывается от моей помощи и предпочитает жить одна. Я хочу знать, что думать, но по пути в отель не думаю ни о чем, просто приезжаю, на рецепции называю номер, они уточняют, ждет ли клиент посетителя, и едва получаю положительный кивок — срываюсь к ней.

Я давно такого не испытывал. Чтобы тянуло и душой и телом. Чтобы дрочил, будто я нахожусь в пубертате и мне никто не дает. Чтобы хотелось землю рыть, но ее защитить от всего, закрыть собой и показать, что она дорога мне.

Херь, одним словом, происходит. Я не могу ее отпустить, не могу спокойно дышать, понимая, что не знаю, где она. Это пугает меня, но я не хочу избавляться от этого чувства, потому что впервые за гребанные двадцать два года я живу. Дышу полной грудью, чувствую, что живой, а не полудохлый, мне хочется проявлять инициативу с девушкой, а не сесть, раскинуть ноги в стороны, опрокинуть голову назад и получать кайф.

Я даже перед дверью номера останавливаюсь. Смотрю на потресканный лак, на едва держащуюся ручку и думаю о том, что она хотела здесь укрыться. От него? Я снесу эту дверь одним ударом ноги, да и он тоже, хоть и поменьше моего. Я точно не оставлю ее тут.

Стук в дверь, и я слышу по ту сторону шаги. Щелкает замок, и на пороге появляется Аня. Виновато опускает взгляд в пол, отходит на несколько шагов, пропуская меня внутрь. Я осматриваюсь. Убогий вид, потертый старый ковер, давно не белое постельное белье, табуретка, на которую страшно сесть.

Единственное украшение номера — она. Я фокусирую взгляд на ней и не могу сдержаться, подхожу ближе, трогаю ее сначала за руку. Не получив сопротивления, обнимаю. Обволакиваю руками и прижимаю к себе так сильно, как могу. Аня отвечает. Утыкается носом мне в плечо и тяжело дышит.