Когда жизнь удалась... - Натали Нил

Натали

– Кирилл, – поворачиваю голову к застывшему живой статуей куму, – Помнишь, когда я ещё совсем мелкая была, мы ездили за город на звёзды смотреть… Помнишь? Все вчетвером… Вы, придурки, тогда меня ещё глинтвейном напоили… Сколько мне тогда было-то?

– Помню, – мрачно бросает Кирилл, – Четырнадцать…

– А поехали туда, а? Сегодня обещали какой-то метеорный поток. Не помню, как называется… И Дэну давай позвоним. Может, они с Софочкой к нам присоединятся…

Шеф подозрительно на меня смотрит. Продолжаю упрашивать:

– Ну, давай! К хренам этот ресторан, дорогие костюмы и шпильки. Нудно!  Я глинтвейн сварю. Возьмём пледы и поедем. Что-то меня Гор опять из седла выбил... Чёрт! – закусываю губу.

– Ладно, поехали. Сейчас Романа вызвоню, – тянет к уху мобильный, но я останавливаю.

– Мы ж не пили почти... Я всего-то глоток сделала… Сама поведу. Давай без лишних людей. Сами справимся.

– Хорошо, – тяжело вздыхает Кирилл, – Поехали.

Он звонит Денису и, на удивление, тот сразу соглашается. Кирилл расплачивается, вызывает такси, и мы отправляемся за моим мерсом.

*****

Сначала едем к Киру. Он быстро меняет костюм и рубашку на джинсы и кардиган, превращаясь из мрачного шефа в того самого уютного домашнего Кира, которого я уже и забыла. Потом мы заезжаем в супермаркет и едем ко мне.

Варю глинтвейн, быстро ныряю в джинсы, натягиваю гольф и любимую джинсовку. Едем за Денисом с Софией. Господи, как же давно мы не собирались вот так – без повода. Просто потому, что можем. Дэн улыбается, глядя на меня.

Мы выезжаем далеко за город, где уже нет фонарей. Спускаемся к реке и, наконец, усаживаемся на разостланные пледы. Кир подсвечивает фонариком. Я разливаю горячий глинтвейн из термоса по чашкам. София успела откуда-то выудить апельсиновый сок, коробку Рафаэлло и ореховое печенье. Всё по-простому. Все свои… Как когда-то давно. Не в этой жизни...

– А ты чего не пьёшь? – вдруг Кир обращается к Софии, – Не нравится Натыно варево? Вроде, вкусно…

– А нам нельзя, – опережая жену, отчитывается Денис, довольно улыбаясь.

– Не поняла… Почему нельзя?  – пристально вглядываюсь в темноте в лицо Софии, – Ты заболела? Антибиотики пьёшь?

– Ната, притормози, – опять влезает Дэн.

– Наточка, не заболела я. Всё хорошо… – отнекивается София. И до меня вдруг доходит. Я закрываю рот ладонью.

– Мама дорогая, так вас поздравить можно?

София кивает, а Денис притягивает жену к себе за плечи и целует в висок.

– Ну, ребята, вы даёте, – выдыхает Кир.

– Дэн, отстань от жены! Ты уже натискался! Софи, иди ко мне, – переползаю на их сторону и отвоёвываю невестку у брата, – Как же вы решились, а?  

Софи старше меня на три года. Тоже совсем не девочка уже. Она счастливо улыбается.

– Да, как-то так вот и решились… Старшие сейчас разъедутся, что мы делать-то будем? Сами не ожидали, что так быстро справимся, – улыбается невестка.

– Денис, подлец ты такой, когда встречал меня из Дании, уже знал, да? И ничего не сказал! Вот, как с тобой можно мирно жить, а? Ты точно мне родственник? Или меня вам всё-таки подкинули? – свечу в лицо брата фонариком, отобранным у Кира. Он счастливо смеётся, закрывая глаза рукой. Жутко хочется достать его ногой.

– Наточка, да мы только вчера на УЗИ подтвердили, что всё нормально… Ты же понимаешь… – Софи успокаивающе кладёт мне на руку свою.  

Я за неё рада. Очень рада! Но чьё-то безмерное счастье отзывается у меня глубоко в душе болью и грустью… Я бы тоже могла… Ещё могла бы… Сколько мне осталось? Всего ничего, и потом уже никогда. Почему всё так сложилось? Господи, чем же я тебя прогневала-то?..

Обнимаю Софи, нежно, со всей любовью, целую в щёку, отпускаю и ложусь на спину. Я же приехала на звёзды смотреть... В тёмном небе переливается россыпь крупных бриллиантов. Замечаю падающую звезду, но, как всегда, не успеваю загадать желание… Как говорится, лох – это судьба… С досады закусываю губу.

– Что, не успела? – голос Кира выводит меня из грустных раздумий.

Поворачиваю голову. Шеф ложится голова к голове. Так же ложатся Денис и София. Наши тела образуют крест, наши головы соприкасаются. Мы замыкаем круг, переплетая пальцы наших рук. Мне нравится чувствовать тёплую ладонь Кира и тонкие пальчики беременной невестки. 

– А помнишь, как отец тогда на вас орал? – говорю, ни к кому не обращаясь, и улыбаюсь.

– Ещё бы, – тут же откликается Денис, – Споили ребёнка, козлы великовозрастные. Спасибо, не пришиб никого сгоряча. Главное, ты ж и выпила-то чуть-чуть. А развезло, будто бутылку вина сама приговорила…

-  Дааа… как же хочется откатить всё назад… стать безрассудной, беззаботной, безбашенной и ещё много таких «без»…      

София, безошибочно угадывая моё настроение, слегка сжимает мои пальцы своими:

– Всё у тебя будет хорошо, Наточка... Вот увидишь...

Нас накрывает тишина ночи, нарушаемая лишь трелями сверчков. Атмосферу прорезает особенно крупный метеор, падая яркой звездой с длинным хвостом…

– Все успели? – спрашиваю шёпотом.  

Все молчат. Успели… Прикрываю глаза и чуть слышно читаю строки:

Подай мне, надежда, руку,

пойдём за незримый гребень,

туда, где сияют звёзды

в душе у меня, как в небе...*

Пусть у всех всё сбудется…

---

* – Хуан Хименес