Телохранитель для смертницы - Ева Финова

– Это почему же? – не унималась я между тем, решив прибегнуть к бесхитростному шантажу. Заскользив руками по голому торсу Виля, ощущая ни с чем не сравнимое удовольствие, я прислонилась губами к коже, пробуя ее даже языком.

Потому следующие слова демона, хоть и в человеческом обличии, были произнесены скороговоркой:

– Думаю, я не вправе раскрывать секреты твоей матери. Пусть лучше она сама тебе в этом сознается.

И, подхватив меня на руки, он непроизвольно сменил ипостась на демонскую, чем немало меня возбудил. Потому как пресс и кубики его стали еще более внушительными и жесткими.

– Ну а теперь, если позволишь…

– Да?.. – ответила я и, переведя взгляд на его лицо, зацепилась за шрам на брови, вскрикнув: – Ох…

Но Виль не злился и даже не упрекал, а лишь смотрел на меня своими бездонными очами, пожирая взглядом.

– Это лишь малая плата за то, что пришлось вытерпеть тебе. Но все же ответь, как так вышло, что за все те разы ни одно семя не взошло?

– Что-что? – уточнила я, недоуменно воззрившись на него, причем наверняка округлившимися глазами. Только сейчас сообразила, что после нашего соития могут появиться… Вот кто? Демонята?

– Сколько ни рассматриваю твою утробу магическим…

– Не продолжай! – вскрикнула я, смутившись. Нет, не фактом рождения детей, а назойливыми воспоминаниями о мамином бутыльке.

– Ой, – только и вымолвила и чуть не заплакала. Как там матушка сказала: «Решаю вопрос с будущим потомством?» Неужели я могу быть бесплодной?!

– Что? – насупился Гиэль, судя по голосу, потому как голову я отвернула, вперив взгляд в пустоту.

– Мне нужно увидеть королеву.

– Ты мне не доверяешь? – непонятно как пришел к таким странным выводам он. Вновь подняв на него взгляд, заметила затаенную в глубине глаз обиду.

– Нет, нет же. Матушка давала мне выпить какие-то бу-бутыльки… – выдавила из себя, стараясь звучать бодро, но под конец все же запнулась.

И тогда Виль Гиэль лишь со злостью устремил свой взор вновь к лунному колодцу, но там уже никого не было.

– Спор, говорите? Да, я устрою вам неожиданный результат!..

– Что ты?.. – начала было уточнять я, но любимый меня прервал:

– Ничего, пожалуй, лучше сделаем это в замке.

Правда, вопреки обещаниям мой любимый отправил меня одну порталом в какую-то огромную спальню с такой же большой кроватью, спрятанной под полупрозрачным балдахином из золотистой кружевной ткани.

Я же, в этот раз уже не став подавлять зевоту, попросту разделась догола, потому как несвежая рубашка вряд ли понравится моему ночному гостю, который – теперь уже не сомневалась – непременно будет. Забралась в кровать и с предвкушением подбила под голову подушку в свежей наволочке, пахнущей луговыми цветами, как вдруг услышала шорохи.

Удивленно открыла глаза, оглядываясь, и справа от себя у зашторенного высокого окна обнаружила ту самую картину Буше на треноге, подсвеченную маленьким тусклым магическим огоньком.

Потому, довольно улыбнувшись, прошептала:

– Спасибо, Диг Видан, что послала Вильгиэля ко мне.

– Неужто ты рада моему обществу? – пророкотал демон, появляясь подле кровати с моей стороны.

Я же в ответ застонала, не желая прогонять дрему, что вот-вот познакомит меня с крепким сном. Но у Гиэля, причем сразу в демонской ипостаси, были другие планы, потому как он, сняв с себя единственное – штаны, или портки, или и то и другое, – залез в кровать, оттеснив меня к другому краю и уложил на себя сверху, притянув в объятья.

– А может, вначале спать? – промычала я, укладываясь щекой ему на плечо.

Однако его слова заставили проснуться в тот же миг.

– Твой отец допросил служанку и оборотня в тюрьме, а теперь обыскивает Викитри, у нас попросту мало времени, чтобы сделать следующий ход.

– Что-что? Прости… – опешила я от такой формулировки. – Хм, это теперь так называется? Ход? Не любовь, совокупление, коитус на крайний случай?

Демон хотел было что-то ответить, но вместо этого загадочно ухмыльнулся и руками захватил меня за ягодицы, заставляя низ живота слегка пульсировать и ныть.

– Если ты мне не подыграешь, мне придется вспомнить про клятву.

– Но в чем подыграть? – только и уточнила я, отказываясь понимать своего демона.

– Боги, да я хочу сделать тебе ребенка, чтобы у короля не осталось выхода, кроме как согласиться на наш с тобой брак!

– О! Вот как? А меня в известность когда собрался поставить? – возмутилась я и попыталась слезть с Виля, пока он еще чего не придумал.

– Ну-ну, можно подумать, тебе не нравилось?

Поняв, видимо, что скакать я на нем не планирую, Гиэль после своих слов скинул меня на кровать рядом, причем на спину и навис следом, захватывая губами грудь, лаская ее вершину языком.

В ответ лишь охнула и выгнулась дугой ему навстречу. Дрему как рукой сняло, и я застонала от удовольствия. Однако затем мысли, которые должны были покинуть мою голову из-за более приятного занятия, как нельзя некстати вернулись, и я все же выпалила вслух:

– Скажи!

– Например? – прошептал он, вновь опаляя жарким дыханием кожу груди, а затем все же повернул голову в мою сторону. И я, вцепившись вначале в его рога, плавно переместилась пальцами к гладким и шелковистым волосам, засим вконец и осмелела, потребовав:

– Скажи, что ты меня любишь!

Но не так-то просто было услышать его ответ, как оказалось.

Усмехнувшись, демон лишь склонился опять к моей груди, в этот раз даже пробуя ее прикусить. Слегка, да так, что меня дернуло и порядочно встряхнуло под ним одновременно от приятных и болезненных ощущений. И непонятно, чего было больше.

Он же усмехнулся повторно, поведя головой, выпутал мои руки из своих волос и поцеловал ладонь, пробуя мою линию жизни своим шершавым языком.

– Разве ты не поняла это еще с первого раза? – пояснил он, словно маленькой несмышленой девочке, а следом еще укоризненным взглядом окинул.

– Ох, простите великодушно за мою недогадливость, – проворчала я, поведя ладонью по его щеке. И ощутила еще больший прилив нежности и вместе с тем возбуждения.

И демон сжалился, похоже, потому как все-таки произнес прямо без тени издевки и иже с ним сарказма в голосе:

– Аитирель, упрямая, строптивая, своевольная, а местами даже не в меру вредная, я полюбил тебя не сразу, как увидел, нет. – В его угольно-черных зрачках на мгновение полыхнуло пламя. – Я полюбил тебя, как только лишь почувствовал твое приближение. Ты еще спускалась по лестнице в башне, а я уже мучился от желания обладать и сделать своей женщиной.

Хитрый Виль в то время, пока говорил все это, ни на секунду не оставлял в покое мое тело и покрывал меня поцелуями в абсолютно нелогичной последовательности. Каждый раз, приподнимаясь на локтях, своим возбужденным взглядом он обжигал почти до ощутимого жжения на коже и целовал живот, ложбинку, а иной раз даже спускался ниже, пробуя языком мой пупок.