Обвиняется в измене - Айя Субботина

- Ты тощая, глупа… блядь! - взрывает мою голову пронзительный женский крик. - Шлюха! Таскаешься с чужим мужем! Ты…

Я больше ничего не слышу. Денис успевает открыть дверцу машины и силой вталкивает меня в салон.

Тусклый хлопок - и я оказываюсь в полной тишине.

Два орущих друг на друга голоса доносятся словно сквозь толщу воды, и я нарочно поворачиваюсь так, чтобы даже случайно не зацепить взглядом происходящее. Закрываю ладонями уши, сжимаю со всей силы, пока в ушных раковинах не появляется болезненный вакуум.

Щека быстро опухает, горит, хоть я прикасаюсь к ней только ребром ладони.

Но больнее всего от тех слов, которые, как бы сильно я ни пыталась заглушить голоса в своей голове, до сих пор бьют по мне выпущенной из пушки очередью теннисных мячиков.

Шлюха. Блядь. Таскаюсь с чужим мужем.

Как бы сильно я ни пыталась сделать вид, что это просто недоразумение, факт остается фактом - я заслужила все это, каждую букву каждого слова. Потому что если бы не появилась жена Дениса…

Боже, я знаю, что позволила бы ему все.

Понятия не имею, сколько проходит времени, прежде чем дверь машины открывается - и в салон буквальна врезается до чертиков злой Денис. Если бы от бешенства можно было сгореть, под его задницей осталась бы не дорогая кожаная обивка, а обугленные ошметки.

Несколько минут он просто молчит и курит, выпуская дым в окно длинными сизыми струйками. Понятия не имею, почему вижу это, ведь до сих пор сижу к нему спиной, но в какой-то момент ловлю себя за тем, что, несмотря на противную сцену, все равно с упоением подсматриваю за тем, как он складывает губы в трубочку, как изредка пробегает по ним языком.

- Одуван, то, что ты видела... - начинает он, но я резко перебиваю его встречным почти что криком.

- Пожалуйста, я хочу домой. Я никуда не пойду, увольняйте меня, если хотите, но я просто не смогу. Я хочу отмыться от всего этого. Мне противно. Мне тошно от того, что сказала ваша жена, потому что мы не должны так себя вести!

- Нет, - как-то слишком уж спокойно отвечает Денис.

- Вы слышали, что я сказала? - на всякий случай уточняю я.

- Уверяю тебя, Одуван, проблемами со слухом я точно не страдаю.

- Вы не можете меня заставить.

- Могу и заставлю, - еще спокойнее продолжает гнуть свою линию он. - У меня там долбаные англичане, Одуван. Дза засранца, перед которыми я должен на хрен выстелиться, если хочу получить их инвестиции- И так уж получилось, что в это время суток в пешей доступности есть только один переводчик, который может помочь вести с ними диалог. Сама догадаешься, о ком я, или разжевать?

Паника, страх и отвращение, которые только что переполняли меня с головой, внезапно сходят, уступая место злости. Этот человек просто мерзавец. Мерзкий и циничный эгоист, которой всегда и во всем думает лишь о своей выгоде. И пусть наше знакомство было недолгим, я слишком хорошо выучила его повадки, чтобы принять как факт: его «нет», даже если я станцую джигу на саблях, никогда не превратится в «да».

Поэтому, и еще чтобы привести в порядок голову и остыть, я выхожу из машины. В пару движений поправляю прическу и платье, откашливаюсь, как хористка перед выходом на главную сцену страны.

- Рад, что мы понимаем друг друга, - зло бросает мне в спину Ван дер Мейер, но на этот раз я успеваю одернуть руку до того, как он «вежливо» схватит меня за локоть.

Монстр матерится сквозь зубы, но, к счастью, больше не пытается до меня дотронуться.

Я переживу этот вечер.

А завтра скажу отцу, что у нас с «начальником» возникли разногласия непреодолимой силы, из-за которых я вынуждена уйти. И меня не будут мучить угрызения совести за то, что Ван дер Мейеру придется побыть ужом на сковородке.

Это будет справедливая плата за мое сегодняшнее унижение.