Плен – не подчинение - Альмира Рай

Как отрезал. А потом еще и достал огромный нож, давая мне последний шанс уйти.

— А если все же медведь на запах…

— Будет тебе еще одна шуба.

Я охнула, посмотрев на то, в чем сейчас была одета. И ведь правда… Шкура медведя.

— Господи, — забормотала я, шагая в дом. — Что ты за изверг такой, а?

— Посмотрим, как ты заговоришь, когда я принесу тебе шашлык!

* * *

— Это обалденно вкусно! — со стоном произнесла я, прожевав последний кусок мяса. Лайф добавил солений и какое-то безумно аппетитное рагу. И да, мы приготовили сразу всю бедную несчастную косулю. Возможно, на завтра даже что-то останется.

— Ты всегда так много ешь? — спросил он, похлопывая себя по животу. Я засмеялась.

— Ты ешь в три раза больше!

Он посмотрел на свою тарелку и хмыкнул. День плавно перетекал в вечер и в целом казался очень даже приятным. Вот только стемнело быстро. Я достала свечи и спички.

— Итак, чем вы, отшельники, обычно занимаетесь? Тебе разве не скучно здесь?

Лайфорд смотрел на меня с полуулыбкой, но думал о чем-то своем.

— Здесь время течет иначе, не так быстро, как в остальном мире. Я в спячке большую часть суток. Когда же хочется размять мышцы, заготавливаю дрова и охочусь. А еще здесь довольно много стариков. И они бедствуют, голодают, мерзнут. Я их дилер.

Я улыбнулась. Оглядываясь назад, в нашу первую встречу, я бы и подумать не могла, что этот пугающий мужчина со зловещей аурой окажется таким заинькой, что просто хочется усесться на его колени, обнять и потрепать за щечки. Я засмеялась, представив, каким бы было его лицо, если бы он прочитал мои мысли. И в тот же момент у Лайфа стало почти что такое лицо, отчего мне стало смешнее еще больше.

— Иди сюда, — поманил он, а потом и перетянул. Воткнул нож в консервную банку с синей упаковкой и протянул мне.

— Ты сказал, это на десерт. Что там?

— Просто пей.

— Жидкий десерт? — недоверчиво протянула я и с большим сомнением взяла у него банку. Но когда сладкая вязкая жидкость со вкусом молока попала на язык, я удивленно уставилась на мужчину. А он смотрел так, будто только что подсадил меня на наркотик.

— О боже! Это не может быть так вкусно.

— Сгущенка! Лучшее, что придумали в России, — заверил он и выхватил у меня банку. Но не отпил, а смазал каплю и растер ее по моему плечу.

— О нет, нет! — захохотала я, спрыгивая с него. — Все равно мы закончим этим. Но я думала, что ты расскажешь мне больше о себе. Почему ты здесь? Тебе больше негде жить? У тебя совсем нет денег?

Он хмыкнул и встал, направляясь ко мне. Сгущенку тоже прихватил.

— Да я поняла, — сокрушенно произнесла. — Другого занятия здесь просто нет. Вот почему ты был так рад меня видеть.

— Почему же, — не согласился он и издевательски протянул: — По-о-олно развлечений. Пушкин. Достоевский. Чехов.

— Кто все эти люди? Они русские?

Он посмотрел на меня с прищуром.

— Шекспир? Лондон?

— Город? Я не понимаю, что ты от меня хочешь!

— Город вспомнила, но не можешь вспомнить писателя.

— Оу, — выдала я, наконец, сообразив. Вот теперь почувствовала себя действительно глупо. И немного неловко. — Знаешь… Мне кажется, я никогда не училась.

Он остановился в шаге от меня у каминной полки и вопросительно поднял брови. Кажется, у меня была отсрочка. Обо мне он слушал охотно, а вот о себе совсем не хотел рассказывать. Я вздохнула.

— Ты жил у родных, а нас с братом определили в приемную семью. Но там было плохо, и мы сбежали совсем мелкими. А дальше просто… Все, что мне снилось, как мы воровали еду в придорожных кафе. Мы были где-то в теплых штатах, потому не мерзли. Где мы ночевали и чем занимались в свободное от краж время — я понятия не имею. А потом у нас как-то появился трейлер. Брат перестал воровать и начал работать. А я нет! Чем я занималась?

Я уставилась на него в глупой надежде, что он мне скажет. Но Лайф смотрел на меня так как мне вовсе не нравилось и хмурился.

— Не хочу, чтобы ты думал, что я какая-то развязная и… грязная. Брат опекал меня, отгонял всех парней. Я точно ни с кем не спала до того как этот ублюдок похитил меня и…

— Эй! — он прервал мою речь, которая плавно перетекла в истерику, поставил сгущенку на полку и притянул к себе. Я вцепилась в его ручища, которые обнимали крепко, но не губительно. Это было приятное ощущение.

— Что ты помнишь о нем? Имя?

Покачала головой.

— Это странно, но имена ускользают от меня. Такое чувство, будто я вспоминаю их во сне, но как только просыпаюсь, все стирается.

— Когда это было? — допытывался Лайф.

— Кажется, мне только исполнилось девятнадцать, — шепнула я и подняла на него голову. — Около десяти лет назад, понимаешь? Что со мной могло произойти за это время? Я потеряла память и оказалась на другом континенте.

Он смотрел долго и пристально. И на секунду мне показалось, что у него было, что сказать мне. Я затаила дыхание, смотря на него умоляюще. В какой-то момент это взбесило его, и он раздраженно и гортанно зарычал.

— Не смотри на меня так. Ты не будешь добиваться всего, чего тебе хочется этим взглядом.

— Но ты хотел мне что-то сказать! — настояла я. — Говори! Ну же!

— Я просто… — он запнулся и тут же обозначил. — Ничего не буду обещать. И все еще считаю, что это ловушка. Но я пошел по следам от машины.

Сначала я ощутила несказанную радость и надежду, а в следующую секунду включился разум и скептицизм.

— Ну да! И конечно после очередной вьюги никаких следов…

— Они обрываются резко на дороге, — прервал он, говоря уверенно. И с каждым его словом крохотная надежда во мне росла все больше. — Но не потому что, ты свалилась с небес на Ниве! Ты перелетела через сугроб, поднялась на нем, как на трамплине. А до этого скатилась со снежного холма. Когда я поднялся по нему, то увидел сломленные ветки, указывающие на то, что ты потеряла управление. Снега много и дороги не видно. Но деревья вырублены так, что автомобиль может проехать. Я не был там раньше и понятия не имею, куда ведет эта дорога. И на карте, естественно, она не обозначена.

Мои глаза бегали по его лицу от губ до глаз, и я пыталась представить себе эту картину. В голове по-прежнему было пусто, но у меня не было причин не верить ему.

— Где это? Как далеко от дома?

Лайф призадумался и поморщился.

— Совсем рядом. В трех километрах.

Я послала ему недоуменный взгляд.

— Серьезно? И это недалеко?! Скажи, что километры меньше миль.